"Фантастика 2023-195. Книги 1-17 (СИ)

Джед
Известие о том, что виновник наших проблем — ищейка Вестранов Людвиг Менно, совершенно выбило меня из колеи. С этим дэем я встречался во время службы, к счастью, мельком, затем вскользь был повторно представлен ему лет пять назад, когда еще бывал при дворе. Не знаю, запомнил ли он меня, надеюсь, что все же нет, но моя память хранила и облик королевского мага, и безупречные манеры, а пуще прочего — рассказы о «подвигах» дэя Людвига, никак ни с этим обликом, ни с манерами не вязавшихся. Но в том, что эти рассказы не досужий вымысел, я не сомневался ни тогда, ни сейчас. Пропадали люди и волки, иногда целыми семьями, горели родовые замки, исчезали старинные архивы… Нет, в наш просвещенный век, в нашей благословенной стране, с нашей доброй королевой и быть не могло каких-либо гонений, травли, казней без приговора суда… Но люди пропадали, а замки горели. Слава Создателю, не настолько часто, чтобы вызвать роптание верноподданных, но и не так редко, чтобы те утратили страх перед венценосным семейством, в настоящий момент состоявшим из несовершеннолетнего короля Дарена, в народе по-прежнему именуемого принцем, королевы-регента и ее младшего брата герцога Вестранского. Приезд последнего в Лазоревую Бухту, как я теперь понимал, не случайно предшествовал смерти Виктории Солсети.
Ушлая красотка замахнулась так высоко, точнее, обнаглела настолько, чтобы шантажировать самого Вестрана? Или — даже подумать страшно — его сестру? Оставалась, конечно, надежда, что на крючок попался сам Менно, это бы все упрощало… в определенной мере упрощало бы… Но, учитывая образ жизни сего достойного дэя, надежда эта вряд ли имела шансы оправдаться. И выходило, что вляпался я по самое… По самое-самое.
Полностью захваченный безрадостными мыслями, я безропотно стерпел устроенную Саной сцену с криками и легким рукоприкладством — заслужил, чего уж тут. Без особого интереса выслушал вернувшуюся с горы Паруни нэну, сообщившую о том, что ей удалось связаться с унери кама во внешнем мире, и те пообещали передать весточку отцу и разыскать Унго. Не стал спорить, когда Ула отослала нас с лекаркой за можжевельником… Лишь встретив Яру, слегка вспылил из-за совершенно неуместного в сложившихся обстоятельствах приглашения на танцы, от которого дэйни Лисанна, будь на то ее воля, могла бы избавить меня лишь парой слов. Как следствие, наговорил целительнице лишнего, из-за чего она до сих пор на меня дулась. Но девичьи обиды меня сейчас тоже не занимали.
Устроившись в углу у низкого столика, я снова разложил перед собой злополучные бумаги. И снова не нашел в них ничего, что могло бы угрожать благоденствию правящего семейства. Патент был по виду подлинным, письма невинны, блокнот пуст.
«А что, если это совсем не те документы, которые ищет Менно?» — промелькнуло в разгоряченном непривычно долгими размышлениями мозгу. Что, если те остались где-нибудь в Алвердо, или на вилле баронессы Солсети, или в столичной квартире Виктории?
— Так все из-за этих бумаг? — тихо подошла Лисанна.
— Да, — ответил я, хоть миг назад и усомнился в этом.
— Можно взглянуть?
Я пожал плечами, и девушка, сочтя это приглашением, опустилась на пол по другую сторону столика. Просмотрела письма, свиток, пролистала блокнот и растерянно захлопала длинными ресницами.
— Но это же ерунда какая-то! — прошептала она жалобно. — За такое не убивают!
— Скажи это Менно.
Сана испуганно вздрогнула, но тут же постаралась взять себя в руки.
— Хорошо. Давай еще раз просмотрим? Вот эти письма…
Любовные письма некоего Н. Т. к дэйни Анне в Драмлин — очевидно, так называлось поместье, где она проживала, — казались мне самыми бесполезными из хранимых в шкатулке бумаг. Будь неведомый Н. Т. хоть трижды женат, шантажировать его этими посланиями не получилось бы.
— И времени прошло уже много. — Целительница, в отличие от меня, обратила внимание на даты. — Почти семнадцать лет. Зачем хранить какие-то старые письма? Может… Может быть, в них скрыт какой-то шифр?
 
Видимо, читала княжна Дманевская не только любовные романы. Хотя ее предположение заслуживало внимания. За неимением других версий.
— А дворянская грамота, по-твоему, к чему?
— Не знаю, — понурилась девушка. — Ты же у нас юрист.
— С юридической точки зрения это документ, подтверждающий дарование титула. Но его потеря ничего не изменит для хозяина: подобные патенты проходят регистрацию в королевских архивах, в храмовых книгах и в дворянских списках. Кроме того, обычно имеется несколько нотариально заверенных копий.
— Этот отпечаток — это же…
— Королевская длань, — подтвердил я. — Подобных документов очень мало. И владельцы их ценят. А еще — коллекционеры. Знаешь, такие чудаки, собирающие старые книги и свитки и готовые родовой замок заложить за перчатку Георга Третьего или панталоны Вильгельма Криворукого…
— Я знаю, кто такие коллекционеры, — перебила меня Лисанна. — Думаешь, Виктория собиралась продать патент одному из них?
— Возможно. Но он не такой уж древний.
Документу было всего двадцать лет. Подписал его покойный король Эдуард, скрепив подпись кровавым отпечатком своей ладони, — символ того, что одаренный баронством дэй Алджис оказал неоценимую услугу короне и монарху лично. Предполагаю, спас жизнь: его величество славился способностью даже в мирное время попадать в опасные передряги. Три случайных ранения на охоте (два из которых он нанес себе сам); несколько неудачных падений с лошади; шторм, застигший его в морском путешествии; лавина, сошедшая на его отряд в горах, тут, неподалеку — это далеко не полный список. Эд Неудачник — так за глаза называли короля его подданные. Под этим именем он и вошел в историю.
— Остался блокнот, — сказал я. — Возможно, он зачарован, но магии я не чувствую.
— Я тоже, — определилась, подержав в руках записную книжку, целительница. — Похоже, это просто старый пустой блокнот. Тут только тиснение на переплете, почти затертое. Похоже на герб или… — Она всмотрелась в еле видный оттиск. — Нет, не разобрать.
— Дай-ка я взгляну. Похоже на птицу. Аист, кажется. Можно будет просмотреть списки геральдического общества.
Итак, что у меня есть? Выписанный двадцать лет назад патент, письма семнадцатилетней давности и блокнот, видимо, того же времени. Барон Алджис, Анна из Драмлина и загадочный Н. Т. Думаю, нужно попытаться отыскать кого-то из них. А пока мы с Лисанной раз за разом перечитывали письма, в каждом слове пытаясь увидеть таинственный шифр.
О времени вспомнили, лишь когда буквы стало сложно разбирать в сумерках.
— Темнеет, — откуда-то из глубины дома подала голос нэна. — На танцы-то идете?
— Какие танцы? — отмахнулся я.
— Нехорошо выйдет. Яра уж по всему селению раззвонила, народу много придет.
Ох уж эта Яра!
— Сходи, с тебя не убудет, — попросила Ула. — И мы с Саной пойдем поглядеть — где она еще такое увидит? Интересно же?
Княжна закивала, с радостью отвлекшись от непонятных бумаг.
Ладно, схожу. Последнее развлечение перед серьезным делом. Дай-то Создатель, чтоб не последнее в жизни.
  
ГЛАВА 11
 
Лисанна
Костры разложили на берегу озера. Пламя освещало широкую поляну и лица собравшихся тут оборотней, но почти не согревало: от воды тянуло сыростью и холодом. Волки как будто не ощущали этого, рассевшись прямо на земле, а я переминалась с ноги на ногу и жалась поближе к огню.
— Пойдем, найдем себе местечко, — потянула меня за руку Ула.
Джед уже сидел рядом с дядей, всем видом демонстрируя, насколько не рад здесь находиться. Бывало, кто-то из метаморфов приближался к нему, чтобы что-то спросить или просто поздороваться, и тогда мужчина отвечал сердитым рычанием, с ходу отбивая у собеседника желание дальнейшего общения.
Вожак Бер-Рэн тоже выглядел недовольным, и, очевидно, причиной его недовольства был устроившийся поблизости недружелюбный племянник. Несколько раз бородач делал Джеду замечания, но тот неизменно щерился в ответ.