"Фантастика 2023-195. Книги 1-17 (СИ)
– Я тоже как-то раз связал два шарфика.
Варька удивленно посмотрела на Тараса.
– Ты умеешь вязать? На спицах?
– Ну что ты, – покаялся Тарас. – Я их между собой связал. В узел.
– Убери руки, паразит. Да что ж у меня за охальник ошивается? Куда ж ты все время лезешь? Убери лапы!
– Да я чуть-чуть.
– Не бери меня за здеся.
– Да я в прихваточке.
Тарас действительно напялил на руку Варькино сооружение.
Варька задохнулась от такой наглости, замахнулась сковородкой, но было уже поздно. Охальник добрался-таки до чувствительных мест, прихваточка упала на пол, губы Тараса влажно скользнули по её ключице к открывшейся груди, а пальцы... Она попыталась поставить сковородку на край стола, та, качнувшись, прогрохотала на пол, но это уже не могло оторвать их друг от друга.
Глава 37
Дальний родственник Хвоща Сява вёл Филиппа уже второй день. Они шли перелесками, лесными тропами, просто по солнышку через бурелом – и вышли к широкому озеру, по берегу которого двинулись вправо. Дороги старались только пересекать. За спиной у обоих были бутафорские вязанки хвороста, но пока обманывать никого не пришлось.
– Ты бы хоть рассказал, как он там? – Филипп нарушил долгое молчание и задал Сявиной спине вопрос.
– В порядке мужик. Мощный парень.
Филипп оступился в глубокий снег и чертыхнулся.
– А подробнее? Ты говорил, с ним ещё кто-то.
– Девка с ним. Такая же ушлая. И три парня. Двое из Колледжа, один из наших. Да теперь ещё сестра.
– Ольга, что ли?
– Вроде да. Я с ней не знакомился.
– А те весталки, что ушли из башни?
– Те сами по себе. Они как бы ни с кем. Собираются уйти при первой возможности.
– А зачем вы их с собой-то тащите?
Сява обернулся и посмотрел на Филиппа как на недоумка.
– Дак никто не тащит. Идут, куда хотят. Просто пока не время расходиться. – Он поправил за плечами хворост. – И потом, польза от них. Они иногда тепло на всех нагоняют. Как погодная мачта.
– А правду говорят, что с весталкой ничего нельзя сделать, пока она сама не захочет?
– Брешут. Весталка – она как обычная баба. Ну, только покрасивше.
Филипп задумался.
– А чего ж вы тогда...
– Тю, дурак. Сделать-то можно, а потом у тебя елдак отвалится али сосной пришибёт. И дня не проходишь.
– А... А вот если... Кто это?
Прямо на лесной тропинке соткался из пустоты человек. Только что его не было, и вот он. Проявился из ниоткуда. Ни Филипп, ни Сява прежде не сталкивались с отводом глаз, поэтому появление Костина произвело на них жуткое впечатление.
– Здравствуйте, молодые люди, – вежливо сказал валч.
– Здравствуйте... – прошептал Сява.
– Вы ведь к Хвощу идёте? – спросил Костин.
– Нет, – замотал головой Сява. – А кто это?
– Мы это... Дрова... – сказал Филипп, не понимая, почему он боится этого хлыща, но понимая, что боится. Он сплюнул на снег, прикинул по ноге, как именно выхватит клинок, ежели что, и решил, что это просто от неожиданности.
– Я давно тут круги черчу, – доверительно сказал валч. – Я ваших друзей чувствую. А они прячутся. – Глаза его ласково поблёскивали, и Филипп снова почувствовал страх. Рука его медленно потянулась к рукояти.
– Мы просто...
– Не надо врать. Я этого не люблю. – Костин потянул из-за пазухи какой-то предмет, и Филипп, понимая, что удобнее момента не будет, прыгнул, выхватывая клинок и далеко вынося руку в колющем ударе. Сява, каким-то чудом пришедший к тому же самому выводу, попытался подсечь валчу ногу своим посохом, больше смахивающим на дубину, но Костин оказался проворнее. Странно изогнувшись, он ушел от обоих ударов, и падающий навзничь Филипп вдруг ощутил короткий укол – тонкий серебристый штырь, похожий на вязальную спицу? вошёл ему в бок. В это же мгновение хлесткий удар наотмашь сбил с ног Сяву, так что у того посыпались из-за спины дрова и вылетел посох. Сява, подобрав под себя ноги, попытался отползти в сторону, проскальзывая на собственной вязанке хвороста, из которой вывалился мешок с припасами. Филипп, лежавший рядом, выгнулся в короткой агонии и затих, а Костин не спеша надвигался на несчастного паренька, поигрывая второй такой же спицей.
– Сейчас я задам тебе несколько вопросов, – сообщил Сяве валч. – И ты всё мне расскажешь.
В расширенных Cявиных глазах крутнулось холодное болото. Он почувствовал, как что-то вонзилось в его голову, и позавидовал Филиппу, который был уже мёртв.
– Маленькая моя... Девочка моя хорошая...
– Да, это я, – согласилась Варя.
– Котёнок мой маленький...
– Мур-р... – Девушка потёрлась щекой о его ладонь.
– Цветочек мой беззащитный...
– Мур-р-р-мяу... – Она продолжила кошачью песню и вдруг остановилась. – Никакая я не беззащитная. Я ещё тебя смогу защитить.
Это нахальное заявление в принципе было правдой. Варька не слишком много умела в боевой магии, разве что кинуть в толпу файербол, но зато могла управляться с «крыльями дракона». Это была странная смесь магической спортивной игры – простолюдин не имел никаких шансов освоить «крылья» – и жёсткого боевого оружия, более нацеленного на защиту. На курсе обычно находилось лишь несколько человек, которым подчинялись «крылья». Варька входила в число избранных.
– Царапаться будешь? – грустно спросил Тарас. – Как чушку меня гонять?
«Крылья» только среди школяров имели такое название, поскольку «шарик удачи» на тренировках отбивался невидимым крылом. Для простолюдинов крыло напоминало кошачью лапу, надетую на руку наподобие перчатки. Когти были достаточно длинны, а сама лапа непонятно широка, дружинники не могли взять в толк, зачем там вообще нужно расширение, но именно это расширение и было основой невидимого «крыла удачи». Когти играли второстепенную роль, основное были именно эти непонятные пластинки. Умелый боец мог контролировать пять-шесть, а то и восемь нападавших, вооружённых холодным оружием. «Крыло» повышало чувствительность ладони, и тот, кто владел этой техникой, «скользил» по струнам, выбирая самое удачное движение из множества возможных, уклоняясь от стрел и мечей и разрывая когтями глотки. Смотрелось это чудовищно, бороться с таким «драконом» без магии было очень сложно. Конечно, если стрел была туча или клинки применялись в таком количестве, что уйти было некуда, «дракон» нарывался на удар. Но для этого нападавших должно было быть много, да и действовать им приходилось согласованно, поскольку двадцать человек одновременно к одному всё равно не подойдут.
И всё же «пляска дракона» была очень сложным видом боя. Тарас не смог освоить даже её азы, более пластичный Никита «скользил» очень и очень посредственно, а Ярослав даже не пытался надевать боевые «лапы-крылья». Тренировка обычно шла со специальным шариком, который обрабатывали старшие маги. Шарик делался лёгким и прыгучим, перепархивал от одного игрока к другому, а «лапами» требовалось его отбивать. У школяров Колледжа, традиционно имевших хорошую растяжку, «драконьи задатки» считались выше, чем у других магических школ. Гимнастика первого курса очень этому способствовала. В какой-то момент у немногих избранных происходило как бы «срастание» руки и «крыла», они более не ощущали перчатку как помеху, чувствовали шар, движение и слабость поля, провалы крыльев, и объяснить здесь было ничего нельзя. Только пробовать. Именно из этих счастливчиков и получались самые страшные бойцы.
Простолюдины терпеть не могли этот вид боя, о котором ходило немало кошмарных легенд. Изучать его им было негде, умельцев даже среди магов было мало, а на арене, где магия блокировалась, крыло нельзя было ни применить, ни посмотреть. Поэтому вся техника борьбы с «драконом» обычно заключалось в попытке задавить числом. Если это не получалось, нападавшие терпели поражение.
Варька, разумеется, взяла «когти» с собой. У неё имелась даже запасная пара, что было большой редкостью, и шарики для тренировки. Вот только партнёра не было. Пару раз она поиздевалась в лесу над Никитой, после чего он категорически отказался от всякого спарринга с этим «лесным котом».