В паутине вечности (СИ)

– Надеюсь, возражений не будет? – цинично уточнила я.
– Нет, – кратко и без эмоций ответил Роберт.
Клыки, словно вострые лезвия, пронзили тонкую кожу на шее. Тепло питательной жидкости будоражило, приятно разливаясь по телу. Поток чужой жизни, минутая врата губ, преобразовывался в нашу силу. Почувствовав боль, жертва очнулась. Я колебалась, но всё-таки разжала челюсти и отстранилась, продолжая крепко удерживать тело. Убивать кого-то в присутствии старейшины мне не хотелось, да и хлопоты с трупом не вписывались в наши планы. Под действием слюны бессмертного следы от укуса быстро затягиваются, поэтому закон не будет нарушен. Проведя языком по ране, я встряхнула жертву за плечи и заглянула в глаза.
– Забудь эту ночь и не употребляй алкоголь, – приказала я стальным голосом.
Несмотря на опьянение, информацию он усвоит. Силы моего внушения предостаточно, чтобы воззвать к недрам человеческого разума, даже в таком состоянии. Правда, нагрузка на мозг при этом велика. Тонкими струйками кровь потекла из носа смертного, и он снова потерял сознание. Впрочем, жить будет. Всё это время Роберт стоял поодаль и неотрывно наблюдал за процессом. Даже спиной я чувствовала на себе его проницательный взгляд.
Когда до дома оставалось меньше половины пути, мы перешли на шаг. До рассвета ещё было время, хотелось насладиться природой и покоем. Мы шли в тишине до тех пор, пока Роберт не предпринял попытку завязать диалог.
– Если предпочитаешь молчать, извести об этом. Больше я не потревожу, обещаю, – с несвойственной робостью произнёс он.
Голос Роберта, пожалуй, был одним из самых завораживающих звуков, которые мне доводилось слышать. Мне не нужна тишина, если она обусловлена его молчанием, но признаваться в этом я, конечно же, не стала. Лишь сухо произнесла:
– Говорите.
– Почему не убила? – выбор настолько банального вопроса удивил.
– Что здесь странного? Если бы каждый убивал всякий раз, когда проголодался, человечество давно бы вымерло. Вам ли не знать об этом?
– И всё же? – не отступал Роберт.
Было очевидно, что его интересовали не тонкости устройства пищевой цепи, а мои моральные устои, но разговоры на личные темы всегда давались с трудом. Мне и самой хотелось бы знать, какой точки зрения стоит придерживаться. Я была настоящим примером того, как в одной личности может уживаться целая армия противоречий, не разрешившихся за несколько веков.
– Не скрою, что хотела, но он не похож на того, кто заслуживает смерти, – ответила я прямо.
Не знаю, какие выводы Роберт для себя сделал, но мне тоже хотелось получить информацию, и я решила начать издалека.
– Вы изначально планировали выставить меня на посмешище? Это подразумевалось под: «Отвлечь внимание»?
– Ничего подобного я не желал. Привыкнуть к нахождению в высшем обществе придётся, это неотъемлемая часть моих обязанностей. Неплохо, если ты научишься извлекать из подобных мероприятий не только негатив, но и выгоду.
На лице Роберта читалась смесь неоднозначных эмоций, которые не удавалось расшифровать. Мало того, что я не могла похвастаться высокими навыками коммуникации, фантастическая выдержка мужчины только усложняла задачу. Справедливо будет признать, что его прямой вины в случившемся нет. Я заочно согласилась на все условия, и никто не обещал, что будет легко. Но было одно обстоятельство, приводящее меня в настоящую ярость.
– С Кассандрой тоже придётся встречаться? Кто она такая?
– Мой деловой партнёр, с которым ты умудрилась испортить отношения в первую же минуту встречи. Ей принадлежит крупная доля в добывающей промышленности, как и мне. Между прочим, ты очень точно подметила, в какой отрасли.
Очевидно, ситуация забавляла мужчину. Глаза прищурились, собрав в уголках нестройный ряд мелких морщинок. На губах его впервые появилась лукавая улыбка, в которой не было ни капли злобы или насмешки, но я восприняла это по-своему.
– Прошу простить за то, что оскорбила своим присутствием Вашу близкую подругу. Как я могу искупить вину?
– Для начала, избавься от неправильных мыслей, – мягко проговорил он. – Поверь, Илина, это не то, о чём стоит переживать. Кассандре хватает развлечений и без меня.
 
Я собиралась было сказать, что его личные отношения меня совершенно не касаются, но передумала отпираться, ведь именно эти слова подействовали успокаивающе. Роберт всегда сдержанно и терпеливо отвечал на мою грубость, что заставляло чувствовать себя ещё хуже. Я совершенно не достойна такого мужчины. Властного, мудрого, притягательного… Рядом с ним я казалась слишком юной и незрелой, как внешне, так и внутренне. Между нами была огромная пропасть, и эта мысль действовала отрезвляюще.
За разговором мы отбились от графика. Пришлось ускориться, дабы не встретить восход посреди леса. Как только мы переступили порог дома, я бросилась навстречу Дане.
– Дана! Хвала всем бессмертным, ты в порядке, – воскликнула я с искренним облегчением.
Обхватив девушку за худощавые плечи, я окинула её беглым взглядом. Физически Дана была сильнее меня, но невозможно не испытывать тревогу, зная о её стремлении к мирному решению любого конфликта. Лишь в крайнем случае она прибегала к грубой силе и делала это весьма неумело. Убедившись в отсутствии следов повреждений, я перестала хмуриться и отошла в сторону, давая возможность выразить почтение старейшине. Обменявшись приветствиями, Роберт удалился в часть дома, противоположную той, где располагались гостевые комнаты.
Дневное время полностью в моём распоряжении, а вечером мы отбываем в Мондервиль. Плотный график не оставлял времени для лишних раздумий и смятений. В этот раз нужно тщательно подготовиться к поездке, но сначала мне не терпелось поделиться впечатлениями и услышать ценное мнение. Не теряя времени, я отправилась принять душ. Вода бережно распутывала волосы, сбившиеся после интенсивной пробежки, бесследно смывала пыль дорог, а большего тело бессмертного не требовало. Переодевшись, я вернулась в комнату и устроилась на диване рядом с Даной, которая терпеливо ждала меня.
– Как всё прошло, милая? – спросила она вкрадчиво.
Последнее слово голубоглазая дева особенно любила использовать, обращаясь ко мне. Я не считала его подходящим и соответствующим моему характеру, но со временем смирилась и стала пропускать мимо ушей.
– Никак. Для совета я пустое место, не более. Но это меня не волнует, есть новости поинтереснее.
– Поделишься?
Нервно фыркнув, я встала и принялась расхаживать по комнате.
– Старейшине известно о моих способностях. Я ожидала чего-то подобного. Видимо, невозможно не оставлять следов. Но это ещё не всё. Он сказал, что отныне я буду помогать лично ему, не Алеку, – о том, что Роберт наделён таким же даром, я предпочла умолчать.
– Тебя это пугает? – понимающе спросила Дана.
В замешательстве я скрестила руки на груди и отвернулась. Страх был, но не только тот, о котором она думала. Его причины были поистине многогранными. Что будет, когда мы выполним свои роли в большой игре? Крупно повезёт, если от нас не избавятся, но что потом? Останемся в Рольштаде? Тогда будем вечно под прицелом совета. Вернёмся в Нивэйс? Не уверена, что смогу совладать с возникающей привязанностью. Впрочем, озвучила я лишь часть своих переживаний.
– Пути назад уже нет. Мне только интересно, куда это нас всех приведёт?
Дана подошла и положила руки, усеянные мелкими шрамами, на мои напряжённые плечи.
– Не забывай, что ты сильная, Лина. Даже без своего дара.
Грустно усмехнувшись, я повернулась.
– Я никто. Особенно на фоне старейшины, – произнести это вслух было непросто.
– Тогда под словом «никто» должны подразумеваться мы все. Ни один из нас больше не является главой клана, но разве факт этого делает нас никем? – голос Даны посерьёзнел.
– Но только я одна не смогла найти своё призвание и место в мире за столько лет! Всё, чему я научилась – это убивать.
– На то были свои веские причины. Для нас не существует понятия «поздно», Лина. Всегда помни об этом.