В паутине вечности (СИ)

– Ты не понимаешь, – раздражённо выпалила я, повысив голос на полтона, – некоторые вещи невозможно изменить.
– Например? Давай решать проблемы вместе, – моя вечная наставница не оставляла попыток хоть как-то обнадёжить меня.
– Я совершенно не вписываюсь в высшее общество. Мне довелось встретиться с одной бессмертной – именно такая достойна находиться рядом с правителем, – пыталась я скрыть горечь за холодностью.
– А мне показалось, что вы смотрелись вполне гармонично. К тому же, ваш выбор пал на одинаковую одежду: брюки и свитер. Ваши вкусы, определённо, схожи, ты не находишь? – её непоколебимая вера в лучшее и разбивала в дребезги все мои аргументы и не переставала изумлять.
– С огромной разницей в стоимости и эпохе вещей, всё верно, – слова Кассандры будет трудно забыть. – Ты безнадёжно добра ко мне, Дана.
– Может быть, не только я принимаю тебя такой, какая ты есть? Иначе мы здесь не сидели бы. Старейшина волен сам выбирать, кого брать с собой в качестве сопровождения. Совсем не обязательно везде искать подвох, милая.
Я задумалась над этими словами, но давать себе ложные надежды не хотелось. Было ещё одно обстоятельство, которое оставило неприятное чувство. Сперва я колебалась, но потом всё-таки решила поделиться своей точкой зрения.
– Знаешь, у меня сложилось впечатление, что Роберта не слишком уважают, но заявить об этом прямо, конечно, не решаются. Что ты думаешь об этом?
Лицо Даны приобрело задумчивый и смущённый вид. Какое-то время она молчала, тщательно подбирая слова.
– Каждый правитель неизбежно сталкивается с критикой, завистью, лишениями. Как ты знаешь, раньше Рольштад возглавлял другой бессмертный. Тогда выбор кандидатуры нового старейшины многие сочли необоснованным. Позднее власть сменилась и в Мондервиле, что быстро привело к процветанию. Некоторые считают, что Рольштад тоже мог бы стать лучше, – продолжать фразу она не стала, всё и так было понятно.
Мои догадки подтвердились. Там, в ресторане, злость и обида помешали адекватно оценить ситуацию. Я заботилась лишь о своих тревогах, наивно полагая, что у старейшины их априори быть не может. Мне казалось, что ему сила приносит исключительно власть, но я заблуждалась. Для нас обоих дар был и бременем тоже.
Пора приступать к сборам. Попрощавшись, Дана ушла в свою комнату, оставляя меня в одиночестве. За одну ночь изменилось многое. Вещи, которые не занимали никакого места в моём существовании, вдруг начинали становиться важными. Придётся подстраиваться под изменившуюся реальность. Не только ради себя. Я села за письменный стол и включила компьютер. Хотелось выглядеть достойно, поэтому я погрузилась в изучение стиля. Проблем с усвоением информации у бессмертных нет, но её обилие всё равно приводило в растерянность. Выключив ноутбук, я подошла и распахнула двери гардеробной. Перед взором предстало немалое количество совсем новой одежды и обуви. Можно было подобрать наряд для любого случая. Даже нижнему белью отводился целый отсек, но смотреть в его сторону я пока не решалась. Узкие выдвижные ящики хранили в себе изысканные ювелирные изделия. Украшения выглядели просто и лаконично, но в их внушительной стоимости сомнений не возникало. Проводя рукой по стройному ряду вещей, я поняла, что задача упростилась ненамного. Поочерёдно доставая вешалки, я скептически осматривала каждую вещь, прикладывая к себе. Было непривычно, но большинство предметов гардероба явного отторжения не вызывало. Интересно, кто всё это выбирал? Приступив к примерке, я потратила достаточно времени, чтобы отсортировать вещи. Некоторые из них сразу отправлялись в чемодан, который тоже нашёлся в шкафу, а другие я перевешивала подальше. Когда сборы подошли к концу, я переоделась в новый образ. Выбор пал на облегающие брюки из плотной матовой ткани. К коротким юбкам я даже не притронулась. Мне слабо представлялось, как можно передвигаться в чём-то настолько неудобном. Наверх я надела лёгкий джемпер из вискозы, отдав предпочтение тёмно-серому цвету. Яркие цвета мне решительно не нравились и казались какими-то несуразными. Лоска образу придал чёрный жакет, прекрасно подходящий к брюкам. Чуть не забыв о верхней одежде, я сняла с вешалки длинный серый плащ. Отказаться от высоких сапог я не могла, но всё же заменила их моделью без шнуровки, на низкой платформе с каблуком. Это добавило образу женственности, снизив градус воинственности. Причесав волосы, я ещё раз окинула своё отражение придирчивым взглядом. Мертвенно-бледное лицо не выражало никаких эмоций. Кардинально ничего не изменилось, но всё равно было ощущение, что из зеркала на меня смотрит кто-то другой. Сможет ли когда-нибудь преобразиться моё внутреннее «я»?
 
Пришло время отправляться в дорогу. На то, чтобы добраться до Мондервиля, уйдёт целая ночь. Я подняла чемодан и собиралась выйти из комнаты, как вдруг в дверь постучали. Чутьё подсказывало, что за ней стоит Роберт.
– Входите, это ведь Ваш дом, – произнесла я, ставя чемодан обратно на пол.
– Порядочные мужчины не заходят без стука, – ответил он с лёгкой ухмылкой.
Медленно пройдя в комнату, он остановился напротив и пробежался по мне оценивающим взглядом, заставляя испытывать неловкость.
– Мне говорили, что можно воспользоваться одеждой из гардеробной, – не придумав ничего лучше, я принялась оправдываться.
– Вижу, она пришлась тебе впору. Я рад, – мягко перебил он. – Хочу вручить тебе одну вещь.
Только сейчас я обратила внимание на небольшой предмет в его руках. Он протянул его со словами:
– Твой личный телефон для связи. Специальный экран реагирует на наши прикосновения. Устойчив к ударам, но лучше лишний раз не испытывать. Контакты, которые могут понадобиться, уже внесены.
Коротко поблагодарив Роберта, я убрала бесполезное, на мой взгляд, устройство в карман. Рука потянулась к чемодану, но мужчина опередил меня, галантно подхватив его. Наши пальцы едва не соприкоснулись, и я невольно отшатнулась, после чего направилась к выходу, пытаясь скрыть смущение.
Алек оставался в резиденции Рольштада, чтобы продолжать поиск ценных сведений. Без острой необходимости договорились не выходить на связь. Джон будет сопровождать нас на своей машине, но только до границы с землями Мондервиля. Никакого запрета на перемещение между территориями нет, но злоупотреблять гостеприимством не следует. Дальше мы со старейшиной поедем вдвоём. В гараже нас ждал огромный внедорожник, которого в прошлый раз я здесь не наблюдала. Вероятно, его пригнали по просьбе Роберта. Он сложил наши вещи в багажник, а я сбросила с себя пальто и пиджак, небрежно закинув их на заднее сидение. Лишняя одежда доставляла дискомфорт, а путь не обещал быть близким. Когда все расселись по местам, машины начали движение.
Выехав на ровную дорогу, мы набрали практически максимальную скорость. Пользуясь случаем, я решила прояснить вопрос, интересующий с первой ночи.
– Мне непривычно передвигаться посредством транспорта. Зачем так часто его использовать?
– Когда постоянно перемещаешься и контактируешь с разными личностями, экономия сил и времени становится необходимостью, а не прихотью. Никогда не знаешь, в какой момент придётся их применить. За тонировкой можно укрыться от солнца, если возникла непредвиденная ситуация. У всего есть свои преимущества.
– А ещё шикарным автомобилем можно подчеркнуть свой статус, верно?
– Верно, – моя прямолинейность его позабавила.
От внимания не ускользнули перемены в настроении Роберта. Он был сосредоточен, но разговорчив. Выражение лица стало чуть менее суровым, чем обычно. После продолжительной паузы Роберт снова начал диалог.
– Тебя что-то страшит Лина? – меня спрашивали об этом уже второй раз за сегодня.
– Пф. Я похожа на ту, которая всего боится?
– А я похож? – встречный вопрос застал врасплох.
– Нет, – он был похож на мужчину, рядом с которым нечего бояться.
– Но мне страшно.
Мало будет сказать, что я удивилась. Не его способности испытывать подобные чувства, нет. Поразил сам факт того, что он говорил об этом прямо и не кому-то, амне.