Свекровь в законе (СИ)

Лиз хотела было возмутиться, что он только что сам ее отправлял в управление, но передумала. Нечего при незнакомце, да еще гражданском, выяснять служебные отношения на повышенных тонах. Да и… это странно, конечно, но ей самой вдруг захотелось завтра прийти и поползать тут на карачках. Ой, о чем это она? Собрать улики, естественно. Но только после того, как будет готов хотя бы промежуточный анализ проб, взятых со страниц роковой книги.
  
Глава 2
 
– Дилан! Дилан! Так ты согласен или нет? А может и вовсе уснул прямо за столом?
Голос матушки резко вырвал Дилана Рихтера, лучшего выпускника факультета Усмирения магических существ и будущего ректора Академии магии Зидаира, из его мыслей. Впрочем, далеких от успешной научно-магической карьеры, потому что молодой человек никак не мог выкинуть из своей умной головы прекрасную незнакомку… Да как вообще можно применять к этой фее слово “выкинуть”? Она же не мешок с гнилой картошкой, в конце концов?
Огородное сравнение нашлось у Дилана не зря. Его маменька, грозная дама с безупречными манерами, считала, что человек должен уметь всё и немного больше, в жизни пригодится. Поэтому Дилан и помогал ей в саду подрезать розы и даже собирать яблоки с фамильного дерева. И об овощных культурах знал не понаслышке. Маман контролировала абсолютно всё.
Эту женщину не боялся только их дворецкий, он же эконом и управляющий, Рональд Калемар, которого маман называла Кальмаром.
Что он сейчас пропустил?
Дилан напрягся, пытаясь по лицу маменьки угадать, о чем она с ним только что вела беседу. А потом выдохнул универсальный правильный ответ:
– Конечно, я согласен, мама. Вы как всегда очень мудро всё придумали.
– Какой почтительный юноша, — одобрительно, но, кажется, с некоторым оживлением, произнес Рональд, который тоже присутствовал за их поздним ужином.
– Не понимаю родителей, что жалуются на какой-то там переходный возраст! — заявила маман. Она же донна Роза Рихтер. Властная женщина, разменявшая некогда полвека с хвостиком. Размер этого хвостика доподлинно не знал никто. — Детей лучше воспитывать надо, и уделять им достаточно внимания!
– Совершенно верно, — покладисто кивнул Калемар, — вы прекрасный воспитатель, донна Роза. И без вашего внимания очень трудно остаться. Не только господину Дилану.
Молодой человек вздрогнул, что не укрылось от взгляда матушки.
– Мне кажется, или ты сегодня сверх меры рассеян? — она зорким взглядом пробуравила переносицу сына, стараясь просветить его голову насквозь.
– У меня близится защита кандидатской работы, — вздохнул Рихтер-младший, а в библиотеку сегодня попасть не удалось.
– Ты себя своей страстью к обучению в гроб сведешь, — едко сказала маман, — а ведь ты не вампир, чтобы тебя такой вариант удовлетворил! Доешь ужин и отправляйся отдыхать.
– Мама, но время совсем не позднее! — попробовал возразить Дилан.
– Что значит – не позднее? Солнце село, стало быть, природа заявила о своем желании отойти ко сну. Или ты споришь не только со мной, но и с великим мирозданием? Ох, Кальмар, неужели это и есть тот самый подростковый бунт?
– Сомневаюсь, госпожа графиня, — осторожно ответил управляющий, — для этого господину Дилану уже слишком много лет.
– Ой, да я тебя умоляю! — донна Роза сердито махнула рукой, — мальчику всего двадцать с небольшим!
– Не таким уж и небольшим! — запротестовал Дилан.
– Что это ты такое матери говоришь? — в голосе графини прозвучал грозовой раскат. – Постыдился бы!
– Я говорю, что мне уже двадцать пять. Это не с небольшим. Это вовсю уже третий десяток. – Пояснил сын. – Правда, для того чтобы стать ректором, я еще слишком молод, не спорю.
– Ректором… откуда эта мечта напялить на себя пыльный ректорский парик и мантию, в которой ты будешь похож на летучую мышь? – графиня нашла новый повод для недовольства. — И потом, знаю я, что у этих ректоров на уме. Только охи и ахи юных адепток, а вовсе не наука. Студенточки за ректорами табунами ходят и засыпают любовными записочками.
 
– А у мадам интересный опыт обучения в академии, — с тихим восхищением прокомментировал Калемар.
– Брысь! — графиня даже взглядом своего верного слугу не удостоила. — Пойдешь в деканы, Дилли, так будет лучше.
Молодой граф решил с матерью не спорить. Он знал, что никакой перспективы в этом нет. Его покойный отец поступил в свое время как нельзя более мудро, просто оглохнув к преклонным летам. Да, у родителей была большая, просто гигантская разница в возрасте и Дилан для графа стал очень поздним ребенком. Но их чуть ли не абсолютное сходство отметало все возможные подозрения.
Спрятавшись в своей комнате, граф прежде всего развернул древний свиток, доставшийся ему с черного рынка, и принялся уже в который раз расшифровывать письмена, в нем содержащиеся.
По преданию, автором этого старинного текста был знаменитый маг, умевший ладить с любой, даже самой страшной магической тварью.
– Интересно, удалось бы ему с маменькой договориться? — задумчиво спросил сам себя Дилан. И тут же ответил:
– Это вряд ли. Роза Рихтер не поддается магической дрессировке. И обычной тоже. Да и просто договориться с ней не выйдет.
Дилан еще некоторое время просидел со своим манускриптом, пока у него глаза слипаться не начали. Но занятие это принесло ему явную пользу, удалось расшифровать целых два заклинания.
После этого Дилан с чистой совестью отбыл ко сну, и в ночных грезах ему улыбалась прекрасная блондинка в розовом деловом костюме. Жаль, она не назвала ему даже своего имени! И он теперь не знает, о ком именно мечтает. Но это не так уж и важно, когда тебе всего-то двадцать пять и ты полон надежд на будущее.
Утром граф Рихтер встал не то чтобы очень рано. К счастью, маман его не стала будить, либо не сумела добудиться, и куда-то отправилась со своим Кальмаром.
Воспользовался тишиной в поместьи Дилан с умом. С удовольствием просмаковал завтрак без матушкиных нравоучений, но заметил, что он несколько пресноват. Всё же донна Роза одним своим пребыванием рядом добавляла перчинки во все блюда. Или это повара в ее отсутствие не лили слёз, вот и яичница вышла недосоленной?
Дилан, потрапезничав, выбрал костюм поэлегантнее и направился в библиотеку. Это достойное заведение находилось в двух кварталах от дома и Рихтер решил преодолеть это расстояние пешком.
– Молодой человек! – услышал он по пути. — Вы такой красивый, верно, на свидание идете? Так и цветочков купите!
Дилан притормозил, а потом попятился на голос. Цветочная лавка! Маленькая, и вся заставленная ведрами с букетами. Продавщица — розовощекая феечка, такая пухленькая и пышненькая, что прозрачные крылышки вряд ли могли поднять ее в воздух.
Любит ли незнакомка в розовом цветы? И какие именно?
– Возьмите розы, свеженькие завезли! — призывно махала перед ним срезанными цветами пышечка.
– Нет! – резко ответил молодой человек. При слове “роза” ему сразу же привиделась мать. – Мне вот эти, нежненькие.
– Орхидеи? – фея вдруг и сама словно расцвела. — Отличный выбор. Вам оформить?
Спустя четверть часа Дилан Рихтер уже направлялся дальше, сжимая в руке изящный букет из трех орхидей и размышляя, как именно он их может вручить девушке. Ведь она явно из полицейского управления. Какой-нибудь эксперт или помощник следователя. А он ей цветы. Что-то не подумал об уместности заранее.
– Дилли! — истошный вопль матери сбивал птиц на лету, стаями. Дилану показалось, что на него перья грачей посыпались.
Он огляделся, выискивая, куда бы ускользнуть. Но улица отлично просматривалась и путей для отхода не было.
– Маменька! — изобразил он неизбежную радость. — Что вы тут делаете?
Графиня размашистым шагом шла к нему, а следом семенил Калемар, груженый огромными сумками.
– Мы ждали тебя на городском рынке. Торчали на этой жаре, а ты так и не пришел! — ноздри донны Розы топорщились так гневно, что приложи к каждой из них по воздушному шарику, враз надуются и взлетят к небесам, продолжая пугать птичек.