"Фантастика 2023-71". Компиляция. Книги 1-17 (СИ)
Деваться было некуда и Юнь, затравленно озираясь, уселась в единственный пустой ряд.
Рыжий, абсолютно не впечатляясь происходящим, высвободился из рук подруг и поднялся. Выбрался из междурядья и уверенно уселся рядом с китаянкой:
- Чтобы долго не рассусоливать: ты должна вернуть долг Миру до конца недели.
- А чего это ты раздухарился?! - Сяовэнь взяла себя в руки и теперь лишь удивлялась.
- Власть теперь меняется. Ты просто не догоняешь.
- Еще мною животные не командовали! - азиатка с вызовом сплюнула себе под ноги.
Медблок школы был оборудован по последнему слову техники. Лицевые повреждения ей частично устранили (не полностью, но говорить и плеваться уже получалось. Если очень хочется). Язык тоже наскоро посадили на нано-мост - даже говорить можно (хотя и смешно смотрится).
- Через эти шины на твоей челюсти общение выглядит смешно, - спокойно кивнул Рыжий. - Юнь, я тут порылся в сети, пока сидим ждем. Твоя косметическая хирургия после нашей с тобой драки будет стоить тебе до десятка тысяч, причем это только налом. Понятия не имею, какая часть еще сверху покроется твоей страховкой.
- И? - китаянка хотела выглядеть уверенной.
Судя по любопытству с оттенком опасения во взгляде, обмануть выражением лица не смогла даже Седькова.
- Я буду вышибать тебе челюсть раз в день. Выбивать зубы, нос, до чего еще дотянусь. Я очень не люблю саму идею так ломать женщину, но тут просто нет выбора. За следующие шесть дней нашего с тобой совместного обучения в школе ты потратишь ровно стоимость своего долга Миру - если не отдашь ей долг. Сохранить деньги у тебя и так не получится.
Когда голубоглазое чудо договорило свой без сомнения яркий спич, Виктор неожиданно обнаружил, что его с интересом слушают абсолютно все присутствующие, а не только хань. Включая завуча, Хадзимэ Хамасаки, обе охраны и старшеклассников.
- Я математик. - Седьков прикольно засмущался и покраснел, неожиданно оказавшись в центре внимания. - Иногда проблемы требуют цифровых решений. Эмоции тоже важны, но иногда их стоит игнорировать, если тебе важен результат. Шестьдесят штук на медицину не равно им же - но за долг.
_______
Там же, через некоторое время.
- Спасибо за поддержку. - Миру осталась с ними троими в приемном покое, хотя могла и уйти.
Наверное.
Ее родитель, Трофимов, школьный врач и примчавшийся отец Юнь орали друг на друга за дверью по-китайски и японски, переходя с языка на язык в канцелярском кабинете врача.
Прочие латинос и три группы охраны (третья - свежая китайская, прибыла с Юнь-папашей) были отправлены наружу с тем расчетом, что школьники вернутся на занятия.
Мордовороты конкурирующих организаций разбрелись по своим помещениям и минивэнам (такой бум на территории не остался незамеченным: десятка два школьных чатов, разных классов, пестрели деталями).
Сяовэнь под присмотром пожилого китайца из свиты отца была наконец отпущена в ту клинику, куда и хотела с самого начала.
- Не за что благодарить, - Седьков равнодушно пожал плечами.
- Почему ты отказался обсуждать с моим отцом вариант опеки моей семьей? - японка спрашивала ровно и спокойно.
В принципе, именно после этого прилюдного загиба прочих свидетелей беседы аккуратно и спровадили с глаз подальше.
- Ты поставил моего отца в очень неловкое положение при всех, - продолжила Миру. - Ты просто не до конца понимаешь.
- Мы с ним не понимаем друг друга взаимно, - Виктор снова передернул плечами.
Айя не отказала себе в удовольствии и прижалась к нему бедром плотнее.
С той стороны движение зеркально повторила Эрнандес.
Седьков первый раз в жизни сориентировался правильно и буднично бросил свои ладони на их талии.
"Слава Иисусу" - вздохнула Айя в привате. - "Что-то в горах сдохло".
Ана загадочно улыбнулась, но ничего не ответила.
- Миру, я тут в сети историю читал, ржал накануне, - с видом пожившего пенсионера продолжил одноклассник. - Расскажу по памяти. Дошкольная воспитательница написала: "Работаю в детском саду. Села на кровать, укладываю мальчика, пять лет. Он говорит, что собирается жениться на девочке по имени Джой. Я знаю, что ему всегда нравилась другая девочка, поэтому спросила, почему же так. Так он мне сказал", - Седьков хихикнул, иронично посмотрел на японку и продолжил. - "Понимаете, лучше быть с девочкой, которая играет со мной в одни игры, отдает свои конфеты, нравится моей маме (их мамы дружат). Чем с той, которая мне нравится, она тоже красивая, да - но никогда не будет играть со мной в солдатиков и сама съест все мои конфеты". - Он плотнее прижал латиноамериканок к себе. - "И тут я поняла, что некоторые дети умнее меня".
- Я бы еще поспорила о сексуальной привлекательности, - заметила Мартинес. - Миру, не сочти за негатив - мы к тебе нормально.
Хамасаки-дочь пронзительно и задумчиво посмотрела на троих одноклассников по очереди.
- Виктор за тебя на амбразуру грудью попер, - подхватила Эрнандес. - Японцы твои - за Сяовэнь вписались. Мы - за Рыжего. Получается, по факту мы с тобой в одной лодке.
- Но когда Рыжий к тебе яйца подкатывал, ты морозилась, - фыркнула Айя. - А сейчас, когда у него рейтинг за шесть сотен перевалил, причем собственным горбом - твой папа начинает предложения делать... Тебе не кажется, что это несколько, м-м-м? - она пощелкала языком, подбирая слова.
- Раньше он из себя ничего не представлял, - спокойно ответила Миру. - С учетом выяснения в школе отношений, - кивок на дверь, где продолжали орать взрослые, - Рыжему лучше иметь плотную точку опоры. Просто для того, чтобы не улететь на луну. Мы умеем быть благодарными. Ситуация серьезная. Или вы верите в справедливость?!
- А какая для меня самая большая ценность? - неожиданно спросил Виктор, продолжая обнимать подруг уже здорово ниже талий и обращаясь к Хамасаки.
- Ты играешь в независимость. - Подумав, кивнула японка. - И думаешь, что весь такой оригинальный и несгибаемый сможешь в одиночку между ебанами протиснуться. Пардон за лексику.
- Херасе. Эк тебя растащило, - присвистнула Эрнандес. - Ты ж вообще не материшься, в принципе.
- Хорошо, давайте скажу открытым текстом. Тем более моя мать написала, вы в курсе по очень многим нюансам. Вы не понимаете, что все эти драки, - Миру нервно махнула волосами по дуге, - лишь следствие каких-то других процессов? Более серьезных? И вы их можете просто не видеть?
- Допустим. - Мартинес тоже за мгновение превратилась в зрелую и серьезную. - Что дальше? Ну не хочет Рыжий ни к вам на поклон, ни твоего отца - во временные опекуны. И че теперь?!
- Юнь - не Чень. Я сейчас о фамилиях, а не о детях. Вы просто всего не знаете. Скажу больше...
- Юнь - не Чень, не Али, - перебила ее Айя. - Миру, мы тоже не тупые и не сироты! Да, мы понимаем, что ты и она - небожители. Но родство так не заключается, понимаешь? Далеко не у всех диаспор в ходу брачные контракты, как у вас!
- А ты это к чему?! - азиатка здорово удивилась и не стала этого скрывать. - Речь о временной помощи, а не о...
- Мы тоже чего-то стоим в этом мире, - дипломатично скруглила углы Эрнандес, придержав руку подруги на шее Рыжего. - Давай так. Ты согласна, что школьные расклады именно в данном случае неактуальны и тупо устарели?
- Да, - подумав, не стала спорить одноклассница. - Сегодняшний день очень хорошо показал, что старым меморандумом можно подтереться.
- Если титульные нации оказываются по разные стороны, - безжалостно перепечатала Мартинес. - Вот и мы это видим. Читать и считать мы тоже умеем.
- А это к чему? - Хамасаки, похоже, решила старательно копировать Седькова, не успевая следить за мыслью собеседника.
Или действительно проблемы с имплантом? У нее ж скорость обращения к информации упала, хм.
- Ученический Совет имеет тридцать пять процентов в Уставе Школы, - пожала плечами баскетболистка. - Выборы в него - на той неделе. Оснований для замены старого Совета по Уставу более чем достаточно. Ты намеки понимаешь? Или в интригах не сильна?