"Фантастика 2023-71". Компиляция. Книги 1-17 (СИ)

Слишком много совпадений. И раньше не было ничего похожего.
Ладно, это всё — большая политика. О ней можно будет подумать не впопыхах.
Нозоми повторно попыталась вызвать внутренний интерфейс.
Тщетно. Ни юриста позвать, ни законность соблюсти, хоть бы и звонком в прокуратуру.
Интересно, сколько ещё не будет связи? До закона о региональном взаимодействии подобное ограничение гражданских прав было немыслимым, даже на считанные минуты.
А китайские сотрудники восьмёрки, с высоты её жизненного опыта, действовали однозначно скоординировано и по какой-то своей программе. Интересно, как так получилось, что в двух машинах не оказалось ни одного японца?
— Это пострадавшая? Быстро, какие жалобы? — Врачи, не чинясь, плюхнулись на колени прямо на асфальт перед дочерью и принялись разворачивать универсальный медицинский блок.
— Сперва её ударили в затылок, кулаком. Не могу утверждать наверняка, но, кажется, сам удар был нанесён под расширениями. — Нозоми старалась говорить как можно короче. — После удара она потеряла сознание и упала. В падении ударилась головой об бордюр.
— Так. Что за ерунда… — тот из врачей, который был ниже ростом, озадаченно уставился на абракадабру вместо голограммы, которую полагалось получить в исполнении медблока.
— Связь и нейро-функционал не работает! — быстро подсказала вдова. — Полиция же отключила всё, они предупреждали!
— Как надолго вырубили? — второй доктор обернулся к паре патрульных, которые всё ещё держали в руках таззеры. — Сколько сигнала не будет?
Хорошо хоть шокеры в руках офицеров были сейчас опущены.
— А? Что? — молодые копы даже не сразу поняли, что обращаются к ним.
— Как долго техника не будет работать?!
— Мы не знаем, — искренне удивились патрульные первого месяца после набора. — Это вон, вопрос к восьмерке, — кивок в сторону китайцев.
— Как долго не будет работать техника?! — невысокому врачу пришлось чуть повысить голос и привстать, чтобы завладеть вниманием, кого нужно.
— Мы работаем, — равнодушно пожал плечами Ван, ровно на секунду отвлекаясь от разговора. — Перенесите её во-он туда и там действуйте. Зона подавления должна заканчиваться примерно у коричневой стены, на границе тротуара. Плюс-минус. Какой-то просвет должен быть.
— Серьёзно? Человека с травматическим повреждением — перенести до того, будет сделана диагностика? — доктор сжал губы в узкую полоску. — И таскать вперёд-назад, пытаясь поймать сигнал? А если позвонок сломан?!
— Что предлагаете? — китаец словно не испытывал никаких эмоций, просто обсуждал заурядный рабочий момент.
Демонстрируя внешне максимум корректности к представителям смежной профессии.
— НЕМЕДЛЕННО сделать так, чтобы диагностическое оборудование заработало!
Между притормозивших прохожих-японцев, число которых достигло пары десятков, пробежал лёгкий ропот.
— Не учите меня делать мою работу. — Ровно выговорил слова хань. — Пожалуйста, занимайтесь своим делом и не отвлекайте других.
— А вы не мешайте мне делать мою! Так. — Врач встал с коленей и подошёл к полицейскому. — Вы здесь старший? Пожалуйста, представьтесь. Имя, звание должность?
***
Руру, оставшись на время без гаджетов из-за вырубленной связи, неожиданно поймала себя на совсем других ощущениях. Без нейростимуляции мысли формировали чуть иную общую картинку, что ли.
Неужели полицейский концентратор искажает эмоции? Похоже, как минимум частично снижает их амплитуду.
Хм. Сейчас светловолосый Асада уже не казался ей эдаким монстром. А коллеги из восьмого бюро, положа руку на сердце, вели себя далеко не безупречно, хотя и демонстрировали определённые рамки.
К сожалению, даже будучи служительницей закона, она оставалась ещё и японской женщиной.
Во-первых, восьмое бюро по отношению к патрульным всегда имеет приоритет.
— Хотя ещё вопрос, откуда они здесь так быстро взялись, — пробормотала она самой себе, пытаясь заглушить боль в сломанных пальцах.
Аппаратная анестезия в данный момент тоже не работала — из-за отключенного концентратора.
 
Во-вторых, в Японии женщине сложно спорить с мужчиной даже при равных должностях и званиях (о чем сейчас речь однозначно не шла).
Та картина, что разворачивалась перед глазами, вызывала ощущение неприятия.
Старший инспектор Ван (лично не знакомы и не сталкивались, но фамилия на слуху), не придя ни к какому соглашению с докторами скорой помощи, без затей сейчас наступал на подростка:
— Я честно предлагал тебе быть сговорчивее. Полминуты назад. Теперь вот и помощь сестре не может быть отказана из-за твоего упрямства!
Блондин отвечал хмурым взглядом исподлобья, периодически поворачивая голову то влево, то в право, стреляя глазами по сторонам.
Кольцо оперов вокруг него замкнулось: из второй машины восьмёрки выгрузилось ещё какое-то количество сотрудников, по виду — тоже этнические китайцы. Руру подумала ещё, что некоторые из них к полиции просто физически не могут иметь отношения — ну откуда в усиленной (судя по количеству голов) группе реагирования столько иностранцев?
Хотя-я, кто знает штатное расписание восьмёрки. Начальству виднее. Возможно, на этом этапе неспокойной оперативной обстановки на улицы выгребли абсолютно все резервы.
И ведь жетоны достоверно не проверишь ещё минуты две, мелькнула мысль. По идее, ведомственная принадлежность таких служащих должна считываться интерфейсом патрульного даже в скрытом режиме.
Сейчас эти восемь человек буквально нависали над мальчишкой, хотя и находились на расстоянии нескольких метров.
Такое впечатление, им было нужно, чтобы он последовал за ними сам. На виду собирающейся толпы и случайных свидетелей.
Кстати, а ведь может быть! Китайские сотрудники не особо склонны вот прямо тщательно соблюдать местное национальное законодательство, слухи по департаменту ходили и раньше. А количество непричастного народу вокруг явно зашкаливало.
— Вы в Японии. Вам лучше бы соблюдать здешние правила, — наконец ответил Асада-младший. — Если не хотите нарваться на ответку в свою очередь.
Пацан как будто что-то взвешивал про себя.
Руру посмотрела на свою правую руку и вздохнула.
— А не то что? — в голосе Вана мелькнуло скрытое торжество.
— Пожалеете.
— Хочешь маленький урок твоей беспомощности? Он тебе ещё понадобится, позже. Кажется, ты кое-чего не понимаешь, — китаец перевёл дух, набирая воздух.
Руру предположила, что он сейчас забалтывает фигуранта, рассеивая его внимание. Но зачем? Численный перевес невесть откуда взявшейся группы восьмёрки уж с одним подростком точно позволял управиться. Наверное.
— И чего это вас так понесло? Вообще берега потеряли? За такой подход можно ведь и из страны улететь, — вроде как лениво процедил Асада.
— Когда твои возможности сработают, ЕСЛИ они сработают, будет поздно. И это всё уже не будет иметь никакого значения, — Ван, не мигая, словно гипнотизировал собеседника.
— А исключительно китайцы в двух ваших машинах — это совпадение? Или так по штатному расписанию положено? — старшеклассник озвучил тот самый вопрос, который независимо от него недавно возник и у патрульной.
Руру, честно говоря, спросила бы то же самое. Если бы ей это было нужно и если бы позволяла субординация.
— А у тебя нет власти меня спрашивать. — Хань открыто и жизнерадостно улыбнулся, обозначая точку в дискуссии. Видимо, скоро начнётся что-то интересное. — Кстати, сейчас и по сестре урок преподам, хочешь? Вот прямо здесь?
Они стояли на расстоянии менее метра друг от друга. Если вспомнить старые американские фильмы, как два ковбоя перед стрельбой.
— Руки коротки, — Асада гораздо менее спокойно огляделся по сторонам, как будто выискивая среди зевак знакомые лица.
— Твои руки ещё короче, — Ван наступил молодому якудзе на ногу. — Ну давай, сделай мне что-нибудь! Я же так неправ!
Хм, ломает фигуранта психологически? Какая-нибудь хитрая обработка по горячим следам, на месте происшествия? Чтобы вывести из равновесия и потом легче работалось на этапе следствия?