"Фантастика 2023-71". Компиляция. Книги 1-17 (СИ)
Судья мгновенно среагировал и записал их себе для памяти. Не стесняясь и не испытывая ложной неловкости:
— Если я увижу номер документа в реестре, ваша подводная компания может на меня рассчитывать. На условиях анонимности, по факту необходимости моей помощи.
Чиновник отлично знал, какие суммы министерство обороны платит по контрактам с таким индексом. Похоже, кроме якудзы работу действительно выполнить не мог никто.
Даже интересно, что там за технология? Видимо, в исследованиях «прикладных нейро-расширений» (сформулируем культурно) Джи-ти-груп напоролись на какое-то уникальное и оригинальное решение. Которое быстро исхитрились продать воякам (точнее, флоту).
Ладно, пусть их.
Разложенные в разные корзины яйца, в исполнении папаши светловолосого (тут догадка, но скорее всего так), теперь не выглядели чем-то диким либо неприемлемым.
* * *За некоторое время до этого.
— Масахиро, что произошло в порту?
Ватару не хотел звать сына сюда, но на этом настоял сам Гэнки.
Томиясу пришёл в себя, хотя всё ещё не мог говорить или двигаться.
Спасибо современной медицине: ему на горло наконец налепили голосовой аппарат. В сочетании с нейро-концентратором, оябуну было достаточно произнести слово мысленно — и синтезатор тут же озвучивал его вслух.
Несмотря на очень тяжелое состояние шефа и товарища, финансист мгновенно поспешил в госпиталь. Там, вопреки позиции лечащих врачей, он обстоятельно ввёл больного в курс дел: Джи-ти-груп срочно требовалось участие своего первого лица.
Подтверждение полномочий самого Ватару, плюс личное одобрение на работу с агентурой перед выборами (судья, привет от которого передал сын — лишь один пункт из многих) — только часть очень солидного массива.
По приказу Гэнки, Асада-старший прямо из палаты объявил общий сбор здесь, срочно.
Параллельно, был вызван и Маса из-за последней бучи в порту (опять — привет, сынок; и где ты только находишь приключения…).
Над инцидентом с Хейдугой и Сёгуном, кстати, лично Гэнки только беззвучно посмеялся, улыбаясь и взмахивая правой кистью над одеялом.
Маса, едва войдя в палату, попирая правила приличия, небрежно махнул обоим старшим, даже не поклонившись:
— Старикам привет!
Слава богу, никого из гуми ещё не было: то, что Томиясу мог стерпеть неформально и наедине, в иных условиях трактовалось бы однозначно как оскорбление. Причём не самим Гэнки, а как раз присутствующими, которым усиление Ватару было ни к чему (через брак с Мивако, а теперь и ещё через невольное подключение сына к делам. Хотя, видит бог, Ватару этого точно не затевал).
Неожиданно экран на стене взорвался пронзительной трелью.
Маса, сориентировавшись первым, рванул вперёд, хлопая по красной кнопке.
Затем, не успокаиваясь, метнулся к двери и заорал что было мочи в коридор:
— Клиническая смерть! Реанимационную бригаду, срочно!
Следующую половину минуты Ватару ошарашенно смотрел, как сын перебрасывает Томиясу с кровати на пол, бросив ему через плечо:
— Правила реанимации!
Затем, оторвав от простыни кусок, Маса дышал Гэнки в рот, нажимая на грудь.
Реаниматологи, честь им и хвала, прибежали галопом и очень быстро потеснили сына возле лежащего на полу тела.
— Увы, — через долгие сорок минут вытер пот со лба старший из врачей. — Сливай воду.
За это время старому товарищу финансиста вводили струйно препараты (в вену, как сказал Маса). Что-то кололи прямо в сердце. Плюс, три или четыре капельницы, в том числе с нанитами.
Как оказалось, всё напрасно.
Первая пара коллег из Джи-ти-груп, «спасибо» пробкам Токио, добралась сюда ещё через полчаса.
Чтобы застать труп Томиясу и Ватару с сыном рядом, врачи не в счёт.
* * *¹ смертники
Глава 22
Три раза чёрт побери.
Гэнки в итоге умирает, несмотря на все наши усилия.
— У нас на руках, — изрекает отец, хмуро глядя на вошедших коллег. — Только что. Ничего не смогли сделать.
Его соратники по борьбе переглядываются между собой и аккуратно проходят в палату, обходя по дуге медицинский персонал.
— Очень невовремя умер, — явно со скрытым подтекстом, хотя и нейтрально на вид, отвечает невысокий толстяк.
Если бы не его рост, смотрелся бы, как родной брат Сёгуна.
Так-то, смерть вообще не бывает вовремя, тем более что мужик Томиясу был неплохой.
Хуже всего то, что в глазах пары джентльменов из Джи-ти-груп (интересно, почему именно они пришли первыми?), несмотря на откровенный минор ситуации, время от времени пробиваются любопытство и торжество.
Последнее не точно, но ментальный блок я уже достаточно давно качаю со всем старанием, хотя и никому об этом не говорю. Даже Цубасе.
В такой откровенной ситуации я уже ошибаться бы не должен.
Кстати, после замены собственного концентратора на таблетку, личный прогресс по ощущениям ускорился в разы (тьфу три раза, чтобы не сглазить). Я специально какое-то время ходил без ничего, чтобы почувствовать разницу.
Почувствовал.
Пару недель назад поймал себя на том, что неожиданно начал стесняться своей отсталости в плане микроэлектроники здесь.
Это как с языком в новой стране: ты вроде бы и хочешь на нём говорить, но поначалу делаешь ошибки и этих ошибок прилюдно стесняешься. Как следствие, замыкаешься и перестаёшь на нём общаться. Откатываясь назад и не прогрессируя.
Слава богу, в отличие от иностранного языка, тренировка ментального блока требует исключительно личной концентрации, добросовестности и числа повторений. И самое главное — для личного прогресса в нейрофизиологии не нужны партнёры. В отличие от бокса и того же языка.
— А когда смерть бывает вовремя? — пожимаю плечами в ответ, поскольку ну не время сейчас работать вторым номером, если говорить о завязывающейся беседе.
Я-то это чётко вижу, а вот батя…
Отец придавлен эмоциями плюс просто не считает нужным вступать в пикирование. В такой обстановке.
Потерю друга в уже случившимся периоде, хотя и буквально вот только что, он явно переживает намного сильнее, чем какие угодно ещё потери в будущем. По мне, это ошибка.
К моему растущему сожалению, в намерениях пары вошедших читаю откровенно недекларируемый подтекст.
Кстати, небольшое открытие, которым пока ни с кем не делился: местный нейро-концентратор оптимизирует нейронные связи между уже имеющимися активными нейронами. Может здорово ускорить образование этих связей, но не сильно влияет на объём твоей изначальной базы.
Мне же, по счастью, досталось полное наследство от меня «того». А доктор наук, что ни говори, всё же может поконкурировать со школьниками, даже если те родились через сто или двести лет после него. И с их родителями поконкурировать тоже часто может.
Ну и, на закуску, мой предшественник в этом теле был абсолютный лентяй и разгильдяй. Он просто ни во что не вникал глубоко, да и вопросами личной прокачки не занимался. Хоть физически, хоть мозгами.
Сейчас, когда я вспомнил молодость и стараюсь не терять напрасно ни минуты, абсолютно все нагрузки на организм конвертируются в индивидуальный рост. Такими темпами, что местами просто страшно, особенно если говорить о боксе и его разновидностях.
В общем, на самом деле я уже далеко не тот тормоз, каким считают окружающие. Просто старательно это скрываю, хотя и не всегда успешно (как минимум, Цубаса периодически сияет восхищением, другое дело что она профессионально держит за зубами язык, хотя тоже явно о чём-то догадалась. Ну либо ей намного лучше меня, в силу профессиональной подготовки, известны возможности таблетки).
Иногда заигрываюсь со знаком минус — вхожу в роль дурака настолько убедительно, что забываю выйти из неё уже в общении со своими. Да и в общении с самим собой, чего уж…
— Или у вас были другие планы насчёт его смерти? — абсолютно с таким же нейтральным и змеиным выражением лица, как у толстяка, радушно ему улыбаюсь.