Безрассудная

Как и Изабелла Доз.
Кэт чувствовала, что она и Дейвид стоят слишком близко друг к другу. Она шагнула назад, едва не наступив на ногу Элфреду Дозу и чуть не потеряв равновесие. Молодой лорд спешно выхватил у нее бокал с шампанским, а Дейвид протянул руку, чтобы удержать ее. Но она справилась сама, поблагодарив обоих.
— Ваше шампанское, — поклонился Элфред.
— Благодарю вас. — Кэт отошла еще немного. Это могло быть шарадой для Хантера, но он становился вполне серьезен, когда дело касалось расстояния между ней и Дейвидом.
Хантер внимательно наблюдал за ними.
Маргарет выручила ее, встав между ними.
— Как забавно! Это просто чудесно, Кэт. Конечно, вы будете помогать Хантеру и брать уроки живописи, но теперь мы будем больше походить на семью.
Иными словами, Кэт не станет чем-то вроде служанки высокого ранга.
— Благодарю вас, Маргарет.
Маргарет обняла ее, и это казалось вполне искренним. Кэт снова чуть не уронила бокал, но кто-то подхватил его и вложил ей в руку.
Деликатное прикосновение к ее плечу бросило Кэт в жар. Рядом был Хантер.
— Мы поужинаем, дорогая?
— Конечно. Я уверена, что все проголодались, — пробормотала она.
Разумеется, за ними наблюдали. Хантер улыбнулся, приподнял подбородок Кэт, откинул прядь ее волос свободной рукой и запечатлел на ее губах нежный поцелуй.
Кэт показалось, что она слышит звук всхлипываний.
Дейвид.
Поцелуй несколько затянулся. Хантер слегка поднял лицо, их взгляды встретились. Только Кэт могла видеть его глаза, в которых светились вызов и усмешка.
— Обед, — напомнила она, задыхаясь.
— Ах да, обед, — спохватился Хантер. — Я совсем забыл.
Лорд Эйври прочистил горло. Хантер шагнул в сторону.
Вскоре они устроились за столом. К счастью, Кэт оказалась на одном конце, а Хантер — на другом. Элфред сидел рядом с ней, а леди Доз — рядом с Хантером.
Беседа началась с текущей политики, потом провозгласили тост за королеву. Разговор перешел к предстоящей экспедиции, и выпили шампанского за ее успех. Следующий тост был за мастерство Илайзы как модистки, а еще два — за красоту Маргарет и работы Уильяма. Наконец Брайан Стерлинг поднялся, чтобы провозгласить тост за новообрученную пару.
— За Кэтрин Адер, гораздо больше, чем просто смертную красавицу, которая сумела завоевать не только сердце, но и руку такого человека, как Хантер, и за самого Хантера, удачливого мужчину во многих отношениях, но никогда не ловившего такую удачу, как теперь! За долгую жизнь, счастливый брак, дюжину детей и лучшее, что я могу пожелать любому мужчине, — счастье, которое обрел я сам!
Уильям поднял бокал, и тост пошел по кругу.
Кэт снова осознала, что у нее болит и кружится голова. Она окончательно уверилась — дурное зелье, скорее смущающее чувства, нежели возвышающее их. Кэт теряла силы, и вечер казался бесконечным. Но ей приходилось улыбаться и болтать. Она боялась упасть в обморок и наконец решила ускользнуть на кухню.
— Ты покраснела! — сказала Мэгги.
— Слишком жарко, — согласилась Эмма.
— Мы немедленно отведем тебя наверх.
Они повели ее по лестнице для слуг. Илайза не могла не заметить исчезновения сестры и вскоре с беспокойством последовала за ней. Кэт чувствовала себя больной, ее сильно тошнило. Как только с нее сняли платье, она бросилась в ванную…
Закрывшись там, Кэт слышала возбужденный разговор Мэгги и Эммы, мечтая о тишине и уединении. Ей было так плохо, что она едва не потеряла сознание. Корсет был слишком тугой, и она не могла распутать шнурки.
— Кэт! — У двери теперь была Илайза. — Впусти меня!
Кэт едва нашла дверную ручку. Илайза вбежала, схватила полотенце, смочила ей лицо и помогла удержаться на ногах.
— Шнурки, — с трудом вымолвила Кэт.
Илайза ослабила их. На двери висел халат, и она накинула его на плечи сестры.
— Это от возбуждения? От шампанского? Ты ведь никогда не болела!
— Никогда, — согласилась Кэт.
Она вся дрожала. Но рвота помогла. Мучительная боль исчезла. Кэт чувствовала себя слабой, как котенок.
— Пойдем… давай уложим тебя в постель, — сказала Илайза.
 
— Здесь?
— Ну, ты же теперь помолвлена с ним. Теперь это твоя комната. И Эмма тебе поможет.
Кэт позволила сестре открыть дверь и отвести себя к кровати. Мэгги и Эмма были там, стаскивая покрывала. Мэгги вытащила шпильки из ее волос.
— Мы не дадим им впиваться тебе в голову! — заявила она.
— Мне гораздо лучше, — заверила их Кэт. Она попыталась сесть, но ей не хватило сил.
— Чай! — сказала Эмма. — Я должна приготовить чай.
И она выбежала из комнаты. Кэт закрыла глаза. Открыв их снова, она увидела отца — его лицо потемнело от беспокойства.
— Со мной все в порядке, папа, — заверила она его, стараясь улыбнуться. — Слишком много тостов!
— Ах, дорогая! — промолвил он, осторожно поддерживая ее.
Кэт услышала, как кто-то прошептал:
— Ей придется остаться.
Эмма вернулась с чашкой чая. Илайза поддерживала сестру, которая выпила чай, и мир сразу стал казаться лучше. Кэт закрыла глаза и поплыла…
Она испытывала ощущение качки, как будто они уже были в море. Потом волны превратились в песок. Кэт смотрела на пустыню. Внезапно огромное черное крыло закрыло солнце. Темнота несла с собой ужасное зло…
Кэт боролась с ним, пока не проснулась. Комната была освещена очень тускло, и получилось, что какая-то темная фигура угрожающе смотрит на нее.
Она вздрогнула и закричала.
Фигура исчезла. В коридоре послышались быстрые шаги, и в комнату вбежала Эмма в ночной сорочке. Она села на кровать. Кэт почти улыбнулась — женщина выглядела такой забавной в ночном чепчике.
— Что случилось?
Ничего, осознала Кэт. Она спала, и ей приснились гигантские крылья и тень.
— Простите, я разбудила вас! Мне приснился дурной сон.
Эмма с беспокойством посмотрела на нее и пригладила ей волосы.
— Вы теперь совсем холодная и влажная, дорогая моя. Вы чувствуете себя лучше?
— Гораздо, — заверила ее Кэт. — Полагаю, гости разошлись?
Эмма кивнула.
— Ваш отец знал, что вы должны остаться здесь. Хантер вызвал врача, но вы спали. Он считает, что это от шампанского и возбуждения, и подозревает, что накануне вы совсем не ели. Очевидно, он прав. Но теперь вам значительно лучше.
— Я никогда не болею, — сказала Кэт.
Эмма улыбнулась. Вероятно, это было не совсем правдой.
— Приготовить вам что-нибудь? Чай? Тост?
Кэт покачала головой:
— Нет… благодарю вас. Я просто… посплю. Думаю, это все, что мне нужно.
Эмма удалилась. Кэт взбила подушку, легла и закрыла глаза. Она снова поплыла, но на этот раз ей ничего не снилось. Когда она проснулась, сквозь занавеси просачивался мягкий свет.
Кэт снова почувствовала чье-то присутствие в комнате. Но теперь оно не было злым. Она ощутила пальцы на своей щеке, поймала волос, упавший на ее лицо, и мягко смахнула его.
Она вздохнула и узнала запах. Хантер.
Вскоре он ушел. Кэт снова крепко заснула. Когда она проснулась, рядом была Эмма, которая спрашивала, хочет ли она спуститься или чтобы ее отец и сестра поднялись. Снова была почти ночь.
Ее последняя ночь в Англии.
Завтра они отплывают.
  
Глава 11
 
Кэт не представляла себе, что будет так трудно прощаться с отцом. Она знала, что любит его всем сердцем, но, только когда раздался последний гудок и стало понятным, что он, Илайза — и, конечно, леди Доз — должны покинуть корабль, Кэт поняла, как ей будет не хватать ее семьи.
Мэгги и Эмма за короткое время успели тесно подружиться, поэтому Мэгги проливала слезы, что отнюдь не помогало Кэт.
— Дорогая, ты еще можешь остаться с нами. Но знай — такой прекрасный мужчина встречается не так уж часто, — сказал отец, подмигнув ей.
Кэт прижалась к нему, а затем покачала головой.
— Все хорошо. Просто я очень люблю тебя.
— Но со мной все будет в порядке. Илайза и Изабелла будут заботиться обо мне.