Девятое зеркало (СИ)
Он сказал это серьезно, безо всяких шуток, и я опешила.
– Это невозможно.
– Постарайся.
Как будто это делается по желанию.
– Может быть, начать с тебя, Акар, – нахмурилась я. – Веди себя иначе.
– Как? – взглянул на меня коротко, приподнимая меч и снова вжимая в пол.
– Не пытайся никого убить, для начала. Не похищай и не принуждай меня делать то, что я не хочу.
– И когда ты полюбишь меня? Как скоро, м? Быть может, никогда?
Я молчала, и из-под меча Акара снова посыпались искры.
– Я – мужчина, Тея, – меч продолжал скрежетать о камень. – Что ты думаешь о тысячах лет, которые я провел в одиночестве? Может, я и сейчас должен блюсти целибат? Может, я должен забыть вкус твоих губ?
– Я даже не знаю тебя. Почти. Может ты… ветреный…
Меч в его руках умолк – Акар остановился и удивленно посмотрел на меня.
– Ветреный? Что это значит? – и рассмеялся. – Не вижу здесь других женщин, чтобы проверить. И разве тебе нужна моя верность?
Ну, разумеется, ничего мне от него не нужно!
Акар продолжил движение.
– Я готов подождать три дня, – произнес он, разглядывая черные борозды на камне. – Хватит тебе этого для твоей… – выругался, – любви?
– Нет.
– Договорились – три дня. Это последнее слово.
И судя по голосу – действительно последнее. Но я, уже изрядно уставшая, упорно твержу:
– Нет, Акар. Сделка предполагает согласие обеих сторон.
– Тогда тебе лучше согласиться.
Глава 11
Железный дворец был наполнен мраком даже днем. Робкие солнечные лучи проникали внутрь и тотчас растворялись, ползли светлой дымкой по стенам, мерцали на поверхности воды в огромном гулком гроте. Эхо здесь было звонким и тревожным, точно плач ребенка.
Несколько природных каменных бассейнов, наполненных горячей вулканической водой, и прохладное подземное озеро, теплые каменные лежаки, ступени вытесанные в скале, широкое вырубленное в камне окно, открывающее вид на бесконечное снежное плато – это были купальни Железного дворца, которые и сейчас, спустя тысячи лет запустения, вызывали неподдельное восхищение.
Я вошла в воду, погрузилась в один из бассейнов, не сдерживая стон блаженства. Горячая вода мигом расслабила каждую мышцу, потянула в сон.
Рэйкон был на удивление спокоен. Не взирая на то, что он обрел силу, он просто наблюдал за происходящим, предпочитая не вмешиваться.
У меня, наконец, выдалось время подумать. Каким даром он наделил меня? Этот вопрос все еще оставался без ответа. И был ли этот дар вообще?
Согревшись вдоволь, я насладилась минутами уединения, которые предоставил мне Акар.
Я постоянно твердила себе, что на поиски Светоча у меня есть целых три дня, а после я должна сбежать из дворца.
Надев чулки и штаны, грубую серую рубаху и жилет из овчины, я завязала мокрые волосы узлом и вернулась в покои, которые отвел для меня хозяин гор. Предполагаю, это была спальня самой Эморы, потому что апартаменты были украшены былой позолотой, мрамором, тяжелой черной парчой и зеркалами. Постель, усыпанная подушками – теплая, как объятия любимого – была украшена черными лентами балдахина.
Я взобралась на нее, скрестила ноги и медленно разглядывала все вокруг. Одна из дверей вела в будуар с круглым кованным столиком, другая – в гардеробную комнату, заполоненную мрачными манекенами, облаченными в одежды Эморы. Такой роскошной одежды я не видела ни у одной благородной дамы. Даже у жены архитектора Энталя, Агнес, а ведь она была первой модницей Молберна.
По периметру пьедестала, на котором стояла кровать, располагались желоба для огня – наверное, когда работала Кузница, они пылали пламенем Борогана.
Огромные железные чеканные двери дрогнули и отворились, пропуская внутрь мужчину, который нес в руках черный плащ, отороченный мехом.
Я перестала дышать, наблюдая, как он идет к моей постели, а затем боязливо замирает и опускается на колени.
– Приветствую, госпожа, – незнакомец, который, определенно, не был Акаром, склонился, касаясь лбом пола в знак глубочайшего уважения.
Темноволосый, сероглазый, смуглый и совершенно юный – он, похоже, был из Драгмы.
– О, боги! – задохнулась я от изумления и соскочила с кровати. – Проходи, пожалуйста!
Он поднялся и подошел ко мне, предлагая на вытянутых руках принесенный плащ.
– Ты – драгманец! – возликовала я. – Как твое имя?
– Ашарес, великая госпожа гор, – произнес он с покорностью, которую сложно ожидать от жителя Драгмы.
Наконец, он поднял голову, и я увидела его лицо и вздрогнула.
– Простите, не хотел пугать вас, – прошептал он, снова склоняясь в поклоне, – прошу принять этот дар от хозяина гор, – и он снова протянул плащ, – он согреет вас в любые морозы.
Глядя на чудовищный шрам на его лице, я прошептала раздавлено:
– Это от меча Акара…
– Я остался жив, приняв бессмертие от моего хозяина.
– Он тебе не хозяин!
Ашарес склонил голову ниже.
– Прошу вас, примите его дар, – простонал он, теряя голос от страха. – Умоляю.
Я схватила плащ, начиная ненавидеть Акара чуточку сильнее. Если это, вообще, возможно.
– Почему Акар сам не пришел?
– Волки, великая госпожа, – пояснил драгманец. – Волки в горах. А я здесь, чтобы показать вам дворец, если вам угодно.
– Волки?
– Лесной король не оставляет попыток вызволить вас отсюда.
Значит, Дерион не смирился. Не знаю, радует это меня или наоборот.
– Сколько ты уже находишься в Зазеркалье, Ашарес?
– Сотни лет.
Сильный некогда воин, драгманец, теперь вынужден преклоняться перед жестоким духом, пленившим его. Нет, в сотый раз убеждаюсь, у Акара действительно нет сердца!
– Хорошо, – прошептала я сквозь стиснутые зубы. – Я буду рада, если ты покажешь мне дворец.
Это, в конце концов, поможет мне сбежать отсюда.
Я все-таки накинула плащ, подаренный Акаром. Скорее, это была мантия, длинная и теплая, расшитая по подолу серебряной нитью.
– Я здесь тоже пленница?
– Нет, великая госпожа, – произнес Ашарес. – Вы – избранница моего хозяина, и я буду служить вам так же, как служу ему.
– Приму только твою дружбу. Мне служба ни к чему, я не аристократка. Я из Меясы, как ты мог догадаться. Со мной сюда прибыл драгманец по имени Ха-шиир, сын эдигора Драгмы.
Глава 11
Железный дворец был наполнен мраком даже днем. Робкие солнечные лучи проникали внутрь и тотчас растворялись, ползли светлой дымкой по стенам, мерцали на поверхности воды в огромном гулком гроте. Эхо здесь было звонким и тревожным, точно плач ребенка.
Несколько природных каменных бассейнов, наполненных горячей вулканической водой, и прохладное подземное озеро, теплые каменные лежаки, ступени вытесанные в скале, широкое вырубленное в камне окно, открывающее вид на бесконечное снежное плато – это были купальни Железного дворца, которые и сейчас, спустя тысячи лет запустения, вызывали неподдельное восхищение.
Я вошла в воду, погрузилась в один из бассейнов, не сдерживая стон блаженства. Горячая вода мигом расслабила каждую мышцу, потянула в сон.
Рэйкон был на удивление спокоен. Не взирая на то, что он обрел силу, он просто наблюдал за происходящим, предпочитая не вмешиваться.
У меня, наконец, выдалось время подумать. Каким даром он наделил меня? Этот вопрос все еще оставался без ответа. И был ли этот дар вообще?
Согревшись вдоволь, я насладилась минутами уединения, которые предоставил мне Акар.
Я постоянно твердила себе, что на поиски Светоча у меня есть целых три дня, а после я должна сбежать из дворца.
Надев чулки и штаны, грубую серую рубаху и жилет из овчины, я завязала мокрые волосы узлом и вернулась в покои, которые отвел для меня хозяин гор. Предполагаю, это была спальня самой Эморы, потому что апартаменты были украшены былой позолотой, мрамором, тяжелой черной парчой и зеркалами. Постель, усыпанная подушками – теплая, как объятия любимого – была украшена черными лентами балдахина.