Гвалактика белая. И только вера. Книга 12 (СИ)
А тех, кого не смогу…
Два часа пролетели, как один миг. Нормальный душ, не экономя на воде. Свежий комплект формы. Личная переписка… Адресатов немного, но каждый дорог. Особенно Кими, чьи рассказы о моей первой воспитаннице теперь воспринимались совершенно иначе. Не острее – обделеннее.
Пока не возьмешь ребенка на руки не поймешь, как это, когда он прижимается к тебе… не искренне – полностью отдаваясь и безоговорочно принимая.
Было в этом что-то изначальное, если и имеющее к чему-то отношение, так только к самой жизни.
Последние полчаса потратила на то, чтобы разобраться с творившимся на базе в мое отсутствие. В способности заместителей держать все под контролем не сомневалась, но…
Это было мое!
Каждый корабль, каждый человек!
Учения, как и предполагалось, закончились через сутки после нашего отбытия. Итоговая оценка, выставленная капитаном Дарфином – хорошо, пусть и с небольшим минусом. Щедрый аванс в тех условиях.
Как командир подразделения я его прекрасно понимала. Оборви крылья в начале и уже никогда не полетят, не поверят, что могут.
Сверхкороткий, погружение, двойной прыжок, сверхдальний… На «Эссанди» и «Тсерре» попробовали все, ну а отработали уже в пределах возможностей кораблей.
Выложились на все сто! При всем желании не придерешься.
В оперативный я вошла за минуту до назначенного времени. Посадила Тимку в приготовленное для меня кресло, преувеличенно тяжело разогнулась, намекая, что с подкармливанием звереныша пора заканчивать.
Нет, выглядел он, как и положено хищнику, вполне поджарым, но по высоте в холке уже походил на довольно крупную собаку.
- Господа офицеры!
Оперативный зал был большим, но для нас уже тесновато. Девятнадцать капитанов, это которые с боевых кораблей, плюс еще два с технической поддержки, помощники, начальники служб, старшие медики…
- Капитан Ягомо, прошу вас, - начала я с самаринянина, отметив, как за спиной встал один Кирьен. Слайдер предпочел место напротив, вроде как демарш против моего самодурства.
- Группа готова к выполнению боевого задания, госпожа лидер-капитан, - тут же откликнулся Ягомо. – Слетку экипажей и звеньев оцениваю на хорошо… по завышенным критериям, - добавил он после короткой, но многообещающей паузы. – Подготовка капитанов в соответствии с разработанным планом. Техническое состояние кораблей…
- Думаю, о техническом состоянии кораблей, нам доложит капитан-лейтенант Морозов - кивком давая понять, что лаконичность сказанного меня вполне устроила, остановила я самаринянина.
- Допуск по всем кораблям группы, - Морозов бросил быстрый взгляд в окно, на видневшийся вдали стапель. – Готовность по «Дальниру» - сутки.
- Уверены? – нахмурилась я. Юл… Юлиан говорил, что и с маршевыми, и с трескалками все весьма серьезно.
- Технические службы корпусов «Север» и «Миджари» оказывают нам…
Дальше было понятно – работа по принципу: всем миром, но Морозова перебила не я, а оперативный дежурный:
- Госпожа лидер-капитан, эрари Джориш. Код экстра.
- Принято! – отчеканила, отходя к находившемуся в углу модулю связи. Можно было и через командный, но…
Препарировать собственное решение не стала. Сделала и сделала… Устроившись в кресле, подняла защитное поле. То встало, искажающей дымкой отгородив от остального зала. Вместе, но…
- Господин эрари… - как только слетела кодировочная таблица, приветствовала я главу ударной армады самаринян.
Виделись пару дней назад…
Несмотря на некоторые разногласия, а может и благодаря им, тогда он выглядел значительно более живым.
- Госпожа лидер-капитан…
Мне оказалось достаточно услышать голос, заглянуть в глаза… Зеленые, но запорошенные пеплом…
- Господин эрари?
Самообладание не подвело, позволив произнести вопрос если и не равнодушно, то с тем холодным спокойствием, которое отличало их выдержку.
- Мне не хотелось бы становиться вестником беды, но… - поднялся он из-за терминала.
- Кто? – не сорвалась я и на этот раз. Встала, пусть и не сравняв нас в росте, но сделав вектор разговора более четким. – Отец? Шторм? Девочка?
Он молчал, а я понимала.… Нет! Нет! Нет!
- Таласки? Олиш? Сашка?
И опять тишина… Как осознание, как мало оказалось тех, кто был не здесь, не со мной…
Сейчас бы радоваться – все, кто дорог, за кого болело сердце, за кого готова рвать глотки, становиться бесчувственной стервой, да даже сдохнуть, но не потерять, были настолько близко, что я могла и стать, и сдохнуть, но не позволить уйти им, однако в груди уже стало пусто, отдаваясь немногими еще неназванными именами.
- Эрари! – едва ли не умоляюще посмотрела я на Джориша.
До невозможности сильного, безгранично уверенного в себе и своей Богине, способного быть каждым из нас и все равно оставаться самим собой…
Я смотрела на него и видела, с каким трудом сдерживает ярость, как срывается на первом звуке, как отводит взгляд… не прося прощения - ненавидя себя за то, что именно он…
- Император Индарс. Его флагман нарвался на…
Все остальное я уже не слышала, лишь ударило в голову… жизнь за жизнь…
На этот раз речь шла о двух жизнях. Его и нашего с Искандером нерожденного сына…
Защитное поле «дернуло», не дав выйти за границы, но сдалось перед бросившимся ко мне Стасом. Но и он отошел, стоило мне сделать шаг… Слепой… Беспомощный…
- Капитан! – схватив, впившись в плечо, остановил меня Дарил. – Капитан! – заорал, встряхнув…
Он смог бы понять… Он смог бы понять, разделить… на себя, на всех, кто был с нами когда-то, кто, как и я знал, помнил, но…
Это было только моим.
Моим и… его, ушедшего уже навсегда…
- Капитан Ягомо, - не имея права сорваться здесь, видя не сочувствие – решимость в их глазах, повернулась я к самаринянину, - прошу вас закончить оперативку. Я…
- Капитан, кто? – так и не отпустив меня, глухо спросил Дарил.
Хотелось ли мне завыть?!
Нет, в этот миг мне хотелось лишь одного – убивать! Всех, до кого дойду, дотянусь, доползу… Оставляя за собой только кровь и смерть…
- Император Индарс, - сухо и хрипло ответила я, чувствуя, как уходят подступившие к глазам слезы. – Прошу меня извинить, но…
Тишина за моей спиной была… абсолютной. Просто тишиной, перед которой меркло все, перед которой все было малым и не имеющим ценности.
Просто и тишина…
…в которой только и можно было осознать тяжесть понесенной нами потери.
Тяжесть собственной потери мне предстояло осознавать одной…
***За спиной закрылась створа, Индарс сделал шаг…
Он мог забыть – тело помнило, вернув на десятки лет назад и оставив здесь:
- Господин адмирал, вице-адмирал Айзер…
Поднявшийся навстречу Соболев окинул его быстрым взглядом – форма старховская, но нашивки двойные, включая дублировавшееся по градации Союза звание, и, подойдя, протянул руку. Когда ладони встретились, крепко пожал, тут же предложив:
- Давайте оставим официоз для иных случаев. Для вас - Владимир Михайлович.
- Ирадис ар Карим, если следовать вашей традиции, - соглашаясь, кивнул он. – Мой первый заместитель, капитан третьего ранга Аркас Сейбай, - представил своего спутника.
- Господин адмирал, - склонил тот голову, тут же предпочтя отступить назад.
Всегда рядом…
За десять дней между тем и этим, были моменты, когда срывало. Не вопросом: а не трусость ли это, не бегство ли от тех проблем, которые теперь предстояло решать сыну - вырванностью из потока информации, в центре которого привык быть, невозможностью отрабатывать на износ, как это было последние годы, осознанием, что каждая минута из тех, когда он не у дел…
Все уходило, стоило посмотреть на Рокоса. Спокойного и уверенного в том будущем, которое выбрал.
- Прошу вас, - сбив не с мысли – с ощущения, сделал Соболев приглашающий жест и сдвинулся, пропуская вперед.
- Мы еще кого-то ждем? - проходя в рабочую зону адмиральской каюты, уточнил Ирадис.