Химеры (СИ)

Один из этих редких законов сегодня вечером вступил в силу.
Они впаяны в полуночные души, эти законы, никто никогда не изучал их, не обсуждал, не подвергал сомнениям. Киаран пошевелил губами, силясь сформулировать, что же произошло, почему не раньше и не позже, а именно когда человек поставил перед ним тарелку с горячей пищей, сошлись все условия. Почему сладкая человечья кровь, которую он и так мог взять в любой момент (ну… предположительно. Киаран покосился на короткие кожаные ножны с громовым оружием, таким маленьким и таким убийственным), почему эта кровь приобрела свойства крови добровольной жертвы, способной увеличить его, киаранову, личную силу десятикратно.
Конечно, Киаран — не королева Инара, а человек, разделивший с ним пищу — не лорд, владеющий землями и людьми. Но все великое начинается с малого.
Не эта ли жертва сделает Киарана могучим магом, каким его видела Кунла? Не это ли даст ему возможность вернуть отца и одолеть сестру?
Вот сила, рядом, только руку протяни.
Человек поворочался на узкой лежанке и закинул руки, открывая беззащитное горло. Рот Киарана против воли наполнился слюной.
Но были ведь и другие сказки.
В библиотеке Аркс Малеум хранилось множество книг. Что-то принесли с собой слуа после Великого Разделения, что-то попало в Полночь потом, спустя долгие века. Книги привозили после Савани, после Йоля, когда возвращалась после дозволенных бесчинств Дикая Охота.
Некоторые из них были запачканы человеческой кровью.
Киаран читал их. Он вообще много читал, шныряя в одиночестве по запутанным анфиладам Аркс Малеум. Если утащить книгу и спрятаться в какой-нибудь дыре, то не отыщут, не станут донимать жестокими забавами.
Киаран переглотнул, еще раз вдохнул одуряющий запах близкой человеческой крови, облизал губы.
— Клянусь, что не причиню тебе зла, и все, что ты мне дал, принимаю у тебя в долг… клянусь, что ни тебе, ни кровным твоим, ни псам, ни соколам, ни чадам, ни домочадцам, — забормотал он, раскачиваясь на стуле, как безумный.
Тяжелое золотое сияние было так близко. Но что-то мешало взять. И это был не Пэ А девять двадцать пять.
Человек пошевелился, открыл бессмысленные блестящие глаза.
— Ну что ты бубнишь, — сказал он сонно. — Если замерз, зажги духовку. А ну марш спать.
  
Часть вторая. Глава 18
 
Спустя какое-то время черный прямоугольник двери со скрежетом распахнулся. Позвали на допрос. До этого принц успел заснуть, сидя на откидной койке, проснуться, проверить своего мертвого соседа (тот еще не рассыпался), побродить по камере, снова заснуть. Пить хотелось адски.
В кабинете он ничего разглядеть не успел, сразу включили мощную лампу и направили в глаза. Пришлось смаргивать, щуриться и смотреть в сторону, в темноту, где плавали ослепительные круги. За спиной молча встали двое конвойных.
— Вы утверждаете, что являетесь родственником короля Дара, его величества Герейна Лавенга?
— Да, я являюсь родственником короля Герейна. Дайте воды.
— Обойдешься, наймарэ. Имя.
— Анарен Лавенг.
— Цель поездки в Найфрагир?
— Приехал в поисках следов его высочества Алисана Лавенга. Дадут мне пить или нет?
— Нет, не дадут. Вы нашли что-нибудь?
— Да, самолет.
— Больше ничего?
— Больше ничего.
— Что делали в Химере?
— Собирался возвращаться. — Энери болезненно прищурился и попробовал разглядеть старшего офицера — у него был голос Комрака. И в этом голосе сквозила ненависть.
— Как вы оказались в Даре?
— Я Нож Холодного Господина. Мне неизвестна цель, с которой меня вернули в серединный мир.
— Ножи — персонажи из сказок и средневековых волшебных историй, хватит заливать.
— Наймарэ и мары тоже были персонажами сказок и волшебных историй, не правда ли? Еще полгода назад вы поминали Полночь только в проклятиях и думать не думали, что она существует на самом деле. А теперь она вас жрет. Жрет вас на улицах и в собственных домах!
— Заткнись, наймарэ.
— Правильнее называть меня сэн Анарен. Или «ваше высочество».
 
— Ты поганый наймарэ, как бы тебя ни звали.
Пауза.
Из-за спины доносился яростный стук пишущей машинки.
— Значит, вы утверждаете, что являетесь Ножом Холодного Господина. Мертвецом под вассальной присягой. Это так?
Анарен молчал.
— Отвечайте! Это так?
— Насчет мертвеца я бы поспорил, — Анарен бесстрашно взглянул в слепящий свет перед собой, но выдержал не больше двух секунд.
— С какими целями вы явились из Полночи в мир живых?
— Я уже говорил, что мне это неизвестно. Я не получал ни приказов, ни консультаций, ни пожеланий.
— Как вы поддерживаете связь с сюзереном?
— Никак.
— Лжешь, наймарэ.
— Вы прекрасно знаете, что Полночь не лжет.
— Почему Дар лгал, что вы из Сумерек?
— Чтобы не тревожить людей. Это очевидно.
— С кем из полуночных, кроме вас, сотрудничает король Герейн?
— Ни с кем.
— Вам это точно известно?
— Я ничего об этом не знаю.
— А кто сотрудничает с Полночью?
— Вы. Со мной. Сами предложили сотрудничество.
— Я спрашиваю о дарцах, наймарэ.
— Про дарцев ничего не знаю.
— Ах, не знаете. — Анарен услышал, как щелкает зажигалка. Запахло табаком — дешевым и довольно мерзким. — Каким образом Дар спровоцировал нападение Полночи на Найфрагир?
Анарен снова глянул прямо, щурясь от света.
— Дар не провоцировал нападение Полночи на Найфрагир, господин Комрак.
— Капитан Комрак.
— Да без разницы.
Из слепящего света выплыл клуб вонючего дыма и окутал Энери. Тот поморщился, но ничего не сказал.
Пауза.
— Чего вы боитесь, Лавенг? — вдруг совсем другим тоном спросил Комрак.
Энери даже удивился.
— Я? Хм… Что Алисан погиб, например.
— А еще чего?
— Пожалуй, ничего.
Не вас же, мои носатые языческие друзья.
— Чего боится Полночь?
— Холодного Господина, несомненно. Нарушить созданные им правила.
— А еще чего? Серебра, рун, рябины… еще чего?
— Комрак, Полночь всего перечисленного не боится. Все перечисленное доставляет Полночи неудобства, и только.
Еще один клуб вонючего дыма.
— Вы сказали, что Полночь не лжет. Почему?
— Потому что это правда. Вы это знаете и без меня.
— Почему не лжет? Что мешает солгать?
— О! — Анарен улыбнулся, показав зубы. — Комрак, вы правильно мыслите, но пока не очень умело формулируете вопросы.
— Кончай трепаться, наймарэ. Отвечай по существу.
— Я сотрудничаю, Комрак. Как могу. Хотя, хорошо, что лица не видно, а то меня от ваших найлских рож мутит.
Молчание.
— Последний раз спрашиваю, что мешает Полночи солгать.
— Невероятное отвращение ко лжи? — предположил Анарен.
Сильный пинок вышиб из-под него табуретку. Охранник без церемоний поднял принца за воротник и втиснул лицом в стол, в зеленый ворс сукна, так что клацнули зубы. Через тошнотворно долгий промежуток в затылок ткнули холодным и твердым.
— Видят боги, я старался, — медленно произнес Комрак. — Пытался его допросить.
— Сукно запачкаешь, не жалко? — с трудом произнес Энери. Нос и губы, похоже, расплющились напрочь. — Хотя давай, все лучше, чем я его тебе заблюю. Давай, ну! Дикари чертовы.
Щекнул предохранитель.
— За сегодня в меня столько раз тыкали железом, — не мог уже остановиться Энери, — что будь я дролери, дыру бы проткнули. Это ваш единственный аргумент? Чтобы разговаривать с наймарэ, Комрак, надо интеллект иметь выше среднего!
— Сейчас я в тебя так потыкаю… — зашипел Комрак, но вдруг замолк — за спиной лязгнула дверь, раздались шаги и голоса.
Вразнобой защелкали каблуки, дуло убралось от анаренова затылка.
— Что это вас тут? Развлекаетесь? — голос у вошедшего был густой и мощный, такой во времена Энери называли "драконидским рыком".
 
Упрямый принц и не подумал разогнуться. Только голову немного повернул. Так и стоял, прижимаясь щекой к сукну.