Искушенная дьяволом (ЛП)

О, Боже. Я слишком часто вижу этого человека.
Не поприветствовав меня, он спрашивает требовательным тоном: — Куда идешь?
Я показываю вниз по улице. — В цветочный магазин Розы.
— Садись, — приказывает он, кивком головы указывая на заднее сиденье.
Уф.
Я тяжело вздыхаю, подходя к внедорожнику, и с опаской, сжимающей мой желудок в тугой клубок, забираюсь на заднее сиденье.
Анджело забирается рядом со мной, заставляя меня придвинуться ближе к другой двери, чтобы между нами было больше пространства.
Мое сердцебиение учащается, и по позвоночнику пробегает дрожь.
Я знаю, что должна быть благодарна за то, что вырвалась из палящей летней жары, но меньше всего мне хотелось бы застрять в машине с одним из лидеров Коза Ностры.
— Слишком жарко, чтобы идти пешком, — бормочет он. Бросив на меня косой взгляд, он ворчит: — Почему ты так тепло одета?
Я обхватываю себя руками и прижимаюсь всем телом к двери: — Когда я выходила из дома, было прохладно.
Прости меня, отец.
Без приказа Анджело Большой Рикки едет к магазину Розы. Тяжелая тишина наполняет воздух, и я так остро осознаю, что рядом со мной опасный мужчина, что не могу сдержать дрожь в теле.
Я также не могу не заметить, насколько он привлекателен, и это вызывает странное ощущение в моем животе.
Анджело не пытается завязать со мной разговор, и когда Большой Рикки останавливает машину перед магазином, я облегченно выдыхаю.
Выдавив из себя благодарную улыбку, я смотрю на Анджело. — Спасибо, что подвезли.
Он не отрывает глаз от документа, который читает, и просто кивает.
Открыв дверь, я бормочу: — Пока. — Я быстро вылезаю из внедорожника, закрываю за собой дверь и, обогнув заднюю часть машины, бросаюсь в магазин с кондиционером.
— Матерь Божья, Тори. Это машина мистера Риццо? — спрашивает Роза, глядя на автомобиль, все еще припаркованный у магазина.
— Да. — Я пожимаю плечами и пытаюсь притвориться, что это пустяк. — Он просто подвез меня, потому что на улице очень жарко.
Она поднимает на меня бровь. — Этот человек ничего не делает бесплатно. Будь осторожна.
Кивнув, я иду за ней в подсобку, где она проводит большую часть своего времени, составляя букеты.
— Мы можем заказать розы для прихода на этой неделе? — спрашиваю я, стараясь изо всех сил игнорировать тот факт, что Анджело Риццо уделяет мне слишком много внимания.
— Розы стоят дорого, но я могу добавить маргаритки.
— Это было бы здорово. — Я оглядываю все ведра с различными живыми цветами. — Я приготовила пасту « алла Норма» для отца Паризи, — сообщаю я ей, чтобы мы случайно не приготовили для него одно и тоже.
— Хорошо. Я приготовлю для него макку позже на этой неделе.
Суп? В такую жару?
К счастью, Роза не замечает удивления на моем лице, потому что занята тем, что подрезает стебли покороче.
— Что ты печешь для мессы? — спрашивает она.
— Канноли. — Давно их у нас не было на кофе-часе.
— Сделай побольше на случай, если снова будет больше людей.
Кивнув, я говорю: — Сделаю. — Сделав шаг в сторону передней части магазина, я добавляю: — Мне пора идти. Я хочу быть дома до обеда.
Роза протягивает мне розовую гвоздику. — Да, не ходи по этой жаре.
Взяв цветок, я приветливо улыбаюсь ей. — Увидимся в воскресенье.
Оставив Розу за ее работой, я замечаю, что внедорожник все еще припаркован у входа.
О нет!
Я на мгновение задумываюсь, но, зная, что не могу прятаться здесь весь день, издаю стон, выходя из магазина.
Как только я ступаю на тротуар, задняя дверь машины распахивается.
Боже, помоги мне.
Когда я с опаской заглядываю внутрь, Анджело бормочет: — Залезай.
Отец, я чем-то тебя расстроила? Мне начинает казаться, что ты меня оставил.
— А... почему? — спрашиваю я, от страха мой голос дрожит.
Глаза Анджело переходят на меня, раздражение кривит его красивые черты. — На улице чертовски жарко, Виттория. Залезай.
Мне хочется скулить, как щенку, пока я выполняю его приказ, и когда я закрываю дверь, Большой Рикки спрашивает: — Куда, мисс Романо?
 
— А... в продуктовый магазин, который находится прямо по дороге. — Я бросаю взгляд между затылком Большого Рикки и Анджело, который снова уделяет все свое внимание документу в своей руке.
Это так чертовски странно.
Между нестабильной ситуацией дома и тем, что мне приходится видеться с Анджело Риццо гораздо чаще, чем хотелось бы, напряжение в моем теле достигает предела.
Глава 6
Анджело
От напряжения, исходящего от Виттории, дрожит воздух.
На улице чертовски жарко, чтобы она разгуливала в том, что можно назвать только зимней одеждой.
У меня миллион дел перед сегодняшней игрой в покер, но, зная, что Виттория сегодня утром посетит отца Паризи, я приказал Большому Рикки проехать мимо собора.
Зная ее расписание, я могу наблюдать за ней.
Но в мои планы не входило разъезжать по всему городу, как гребаный шофер.
Она моя будущая жена, и я могу привыкнуть к заботе о ней. 
Когда мы поженимся, у нее будет водитель и охранник, которые будут возить ее куда нужно.
Не в силах сосредоточиться на контракте в своей руке, я сдаюсь и смотрю на трепещущую красавицу рядом со мной. Я замечаю цветок, раздавленный в ее крепкой хватке, и бормочу: — Ты его убиваешь.
Глаза Виттории перебегают на мое лицо, и она выдыхает: — Я что?
Я жестом показываю на ее руки. — Ты убиваешь цветок.
Ее взгляд переходит на колени, затем она бормочет. — Точно. — Она ослабляет хватку на увядающей гвоздике, а затем добавляет: — Технически, он уже умирает.
Задержав взгляд на ее изящном лице, я спрашиваю: — Почему ты вышла на улицу в такой жаркий день?
Она снова переводит взгляд на меня. — У меня были дела. — Она возится с гвоздикой, и я не думаю, что она отдает себе отчет в том, что делает, когда начинает отрывать лепестки.
— И дела не могли подождать? — Теперь я задаю вопросы только для того, чтобы услышать мягкий тон ее голоса.
— Эм... — Ее пальцы двигаются быстрее, лепестки один за другим падают на ее колени. — Я всегда встречаюсь с отцом Паризи по вторникам, чтобы дать ему приготовленную еду и обсудить выпечку после мессы.
Конечно, она готовит еду для святого человека.
Она делает паузу, и ее язык высовывается, чтобы смочить губы, прежде чем она продолжает тараторить: — Я зашла к Розе в магазин, чтобы сказать ей, какую цветочную композицию подготовить к воскресенью, а сейчас мне надо в магазин за ингредиентами для канноли, которые мы будем подавать после мессы. — Наконец она замолкает, чтобы сделать отчаянный вдох.
Я нахожу ее бредни увлекательными и даже... милыми.
Тем временем гвоздика уже уничтожена, и когда она замечает это, то издает панический звук. — Мне так жаль!
Явно испугавшись, что я накажу ее за беспорядок в моей машине, она судорожно собирает лепестки.
Большой Рикки находит место для парковки у продуктового магазина, и я говорю. — Мы идем с ней.
— Что? — шепотом вскрикивает Виттория, ее широко раскрытые глаза потрясенно смотрят на меня.
— Это не обсуждается, — бормочу я, вылезая из внедорожника.
По правде говоря, я получаю слишком большое удовольствие от нашего маленького общения.
Я жду, пока Виттория вылезет, и когда кладу руку ей на поясницу, она чуть не выпрыгивает из кожи от испуга.
Я игнорирую ее реакцию, полагая, что она привыкнет ко мне, когда мы поженимся.
Большой Рикки идет где-то позади нас, когда мы заходим в магазин, и я хватаю тележку.
Виттория бросает на меня растерянный взгляд, но у нее не хватает смелости спросить, почему я присоединился к ее походу в магазин.