Серебряный лебедь (ЛП)

Выключив кран, я снова оборачиваюсь полотенце вокруг тела и выскальзываю наружу, сначала высушив волосы, а затем быстро проведя по ним плоским утюжком. Не знаю, почему я трачу на это так много ненужного времени; не то чтобы мой наряд был бесподобен. Без каламбура. Надев черное платье без бретелек, которое обтягивает мою задницу немного больше, чем я хотела на сегодняшний вечер, накладываю немного макияжа, тщательно прокрашивая глаза, чтобы добавить эффект к моей маскарадной маске зомби, а затем надеваю ее на голову. Вот. Это все, что мне нужно. Накрасив губы матовой помадой глубокого бордового цвета, я подхожу к сумке, достаю кеды и обуваю их на ноги, а затем кладу всю одежду обратно в сумку, поверх книги. Теперь, когда она у меня, это все, о чем я могу думать. Надеюсь, вечеринка продлится не слишком долго, и люди не заметят, что я пробралась в свою палатку, чтобы почитать. Сейчас я очень сожалею о том, что согласилась на это. Это даже не мое представление о том, что такое кемпинг.
Запихивая все внутрь, перекидываю сумку через плечо, а затем иду по темному коридору к лифту, который доставит меня в подвал студенческой парковки. По спине пробегают мурашки, и у меня возникает стойкое ощущение, что кто-то наблюдает за мной. Кто-то, кого я не знаю и с кем не знакома. Пожав плечами и желая поскорее убраться отсюда, нажимаю на кнопку, а затем жму ее еще несколько раз, пытаясь ускорить процесс. Двери со звоном открываются, и я захожу в теплое помещение. Это быстрое путешествие вниз, и как только двери открываются, я снова встречаю гулкую тишину пустоты между бетонными стенами. Посигналив папиной машиной, открываю водительскую дверь с колотящимся в груди сердцем, забрасываю сумку внутрь и быстро забираюсь внутрь, мгновенно запирая двери.
— Вот дерьмо, — шепчу я. Полностью осознаю, как себя накручиваю. Мой пульс медленно замедляется, и я нажимаю на кнопку, заводя машину.
— Позвони Татум, — приказываю я по Bluetooth, выезжая из гаража.
— Звоню Татум, — отвечает голосовой помощник, и я включаю стерео как раз в тот момент, когда в динамиках начинает звучать «The Exorcist». Сделав звук чуть тише, чтобы могла слышать Татум, она почти мгновенно берет трубку, и я позволяю ей и музыке успокоить меня.
За исключением того, что ты включила ремикс песни «The Exorcist». Кого ты пытаешься успокоить? Своего девятого демона?
— Девочкаааа! — Татум визжит в трубку, ее голос заглушается приглушенными пьяными тонами и громкой музыкой.
Я смеюсь, выезжая на главную магистраль, которая приведет меня туда, где они находятся. Согласно моему GPS-навигатору, это тридцатиминутная поездка буквально в самую глушь.
— Что?
— Эта вечеринка просто потрясающая! И, боже мой! — невнятно бормочет она. О, боже. — Картер поставил нас на самую плоскую часть земли, ну, знаешь, вроде как рядом с ним, что чертовски сомнительно! Но все же, палатки у всех остальных немного перекошены. — Она хихикает, а потом рыгает. — Упс. Прошу прощения.
— Тейт? — я смеюсь. — Притормози, или ты не сможешь встретиться со мной, когда я приеду. Где Тилли?
— Она где-то здесь. — Отмахивается от меня подруга. — Поторопись! Ты нам нужна! О! И Королей здесь нет. Ты в безопасности!
Качаю головой.
— Хорошо, увидимся через тридцать минут! Попроси кого-нибудь трезвого пойти с тобой.
Татум вешает трубку. Королей там нет? Это странно, учитывая, что они были так одержимы тем, чтобы сделать мою жизнь несчастной. Должно быть, они нашли новую игрушку для игр. Я должна быть счастлива, но другая сторона меня — девчачья сторона — хочет знать, что, черт возьми, я сделала не так.
Включив радио на полную громкость, я позволяю тексту песни Disturbed поглотить все мои чувства. Как только добираюсь до выезда, мой телефон загорается на сиденье.
Неизвестный: Беги.
Я сворачиваю на дорогу, фары мигают передо мной и отвлекают внимание от телефона. Как только вывожу машину обратно на дорогу, загорается еще одно сообщение.
 
Неизвестный: Ошибка дилетанта. Я действительно надеялся, что это убьет тебя раз и навсегда. 
Бросив телефон на пол, я смотрю в зеркало заднего вида, но ничего не вижу. Никаких фар, ничего, кроме темноты и отражающегося света от уличной разметки. Капелька пота выступает у меня на лбу, и я смахиваю ее. Меня преследуют? Что, черт возьми, происходит? Бросив взгляд на свой телефон, лежащий на полу со стороны пассажира, игнорирую входящее сообщение и сосредотачиваюсь на том, чтобы добраться до места в целости и сохранности.
— Вы достигли пункта назначения, — сообщает GPS, когда я съезжаю с темной, ухабистой гравийной дороги.
— И где именно это находится? — спрашиваю я себя. Через две секунды мой телефон снова загорается на полу, и я закатываю глаза, тянусь к нему и беру в руки. Разблокировав, открываю его на недавнем сообщении.
Неизвестный: Ад. 
Меня начинает охватывать паника, и я снова смотрю в зеркало заднего вида, но вижу, что я совершенно одна, без каких-либо дорожных указателей. Теперь меня окружает непроглядная тьма, полная жути, среди чертова леса. Смотря вперед, концентрируюсь на том, что делаю. Наклонившись, открываю бардачок и вижу отцовский пистолет, который он хранит там. Улыбаясь и чувствуя себя намного безопаснее, чем две секунды назад, достаю его и кладу на колени. Мой папа всегда говорил мне: «Мэди, никогда не направляй пистолет на человека, если у тебя нет смелости нажать на курок». Достаточно сказать, что сейчас у меня большие яйца. Я не хочу никому причинять боль, но меня учили заботиться о себе, и вот как я это делаю. Оружие не убивает людей. Люди убивают людей. Оружие существует для защиты людей, которые нуждаются в защите от тех, кто убивает других.
Как только я останавливаюсь рядом с вереницей машин, приходит еще одно сообщение.
— Серьезно? — стону я, поднимая телефон и разблокируя его.
Неизвестный: Нет, детка. Это ни хрена не поможет, когда мои руки обхватят твою шею, а твой рот будет сосать мой член. 
Я оборачиваюсь, выглядывая наружу, но за все это время за мной никто не следил. Какого хрена? Я замечаю, что все еще получаю сигнал, так как его сообщения приходят нормально, но когда смотрю на панель обслуживания, вижу, как сеть то появляется, то исчезает.
— Черт. — Все равно рискнув, набираю номер Картера. Бесполезно пытаться дозвониться до Татум: она, скорее всего, уже пьяная, и, насколько знаю, у Тилли вообще нет телефона. То есть, мы пишем ей смс, когда мы не с ней, но у нее никогда нет телефона, когда она с нами.
Картер берет трубку, но я слышу голоса девушек на заднем плане. Закатываю глаза.
— Картер?
— Алло? Мэди? Ты меня слышишь?
Нет, я не слышу тебя из-за огромного члена во рту.
— Да, Картер... — Линия разрывается, и я опускаю взгляд на свой телефон, чтобы увидеть, что сигнал исчез. — Черт! — Подхватив свою сумку с пассажирского сиденья, засовываю телефон в передний карман и беру пистолет.
Это больше не кажется отличной идеей. Еще в школе, когда я сказала, что сделаю это, это было потому, что я была при свете дня. Теперь я в темноте и ни хрена не вижу. Слегка дрожа, думаю о том, чтобы накинуть свитер, но мой отец всегда говорит, что холод — это то, что помогает оставаться начеку. С этой мыслью выскальзываю из машины, не обращая внимания на приступы паники, которые пронизывают всю мою плоть от того, что я нахожусь на холоде. Тихо открываю, а затем захлопываю дверь, пряча пистолет за спортивной сумкой, которая висит у меня на плече, но не настолько далеко, чтобы не могла вытащить его, когда он мне понадобится. Идя вперед к тропе в лесу — туда, куда Картер сказал идти, — я крепче сжимаю пистолет. Слишком тихо. Почему так тихо? Это сбивает меня с толку. Ни птицы, ни сверчки не стрекочут.