Чай с пряностями, или Призраки прошлого (СИ)
- Его тоже отведите к врачу, - скомандовал Слоувей. - У вас же еще один помощник был? Этот, как его, Ред Ист?
- Да, есть, - кивнула Хелли. - Помощником его трудно назвать. Скорее уж, нахлебник, захребетник и трутень.
- Он тоже в доме был?
- Вероятно, - пожала плечами Лисси. - Они с Диком оба здесь живут.
- Этого трутня тоже к доктору, - распорядился детектив и взялся за ручку черного входа.
Все остальные сгрудились вокруг Лисси и Хелли, собираясь обсудить произошедшее.
- Откуда вы узнали про цветок? - поинтересовалась у Сайрены Хелли. - И почему детектив так взволнован?
- Видите ли, девочки, мне попалась одна статья... - и Сайрена стала рассказывать о легенде и своем переводе с алтайского.
Детектив взялся за ручку двери черного входа и дернул ее, распахивая. После чего с недоумением воззрился на маленький чулан перед своим носом, который оказался за дверью. В чулане стояли пустые стеклянные банки, оплетенные паутиной, и одинокая швабра. Детектив засунул нос в чулан, не обнаружил там другого выхода и в полном изумлении захлопнул дверь. Ему показалось, что он еще не выздоровел, лежит в отдельной палате у доктора Ивилса и продолжает видеть наяву те, несомненно, чудесные, но совершенно неуместные на данный момент видения.
«Видимо, все же нюхнул этой гадской мемории, и начался рецидив», - расстроился Слоувей.
Он оглянулся на молодежь, с интересом слушающую Сайрену, посмотрел с укором на дверь черного выхода и снова дернул за ручку. Однако в этот раз за дверным полотном обнаружилась лишь гладкая кирпичная стена. Кладка была ровная и качественная, без единой дырочки, без единого намека на проход, пролом, пролаз или другое отверстие для проникновения.
ГЛАВА 54, в которой на время подвергается сомнению тезис о том, что безвыходных ситуаций не бывает
- С-ш-ш-ц-х-р! - выразил Слоувей через стиснутые зубы нахлынувшие на него чувства и повернулся к беседующей компании.
Сайрена как раз переходила к самому драматичному моменту легенды.
- ...И взяла тогда Тойла цветок Уй Санаа, что дала ей ведьма. Рос цветок не по дням, а по часам, и появились вскоре на нем цветы невиданной красоты...
- Кхе-кхе! - легким кашлем привлек Слоувей всеобщее внимание.
- Мы скоро идем! - пообещала ему Лисси, поворачиваясь к мужчине. - Вот прямо сейчас! Только дослушаем ниссиму Сайрену, - и девушка сложила руки в молитвенном жесте.
- Я могу вас попросить оторваться буквально на секундочку, нисса Меззерли? - любезно обратился к ней детектив. - И открыть мне дверь черного хода. А то руки, знаете ли, заняты.
- Конечно! - смутилась Лисси. - Простите, нисс Слоувей! Вам же, наверное, нужна помощь. Хотите я сама принесу цветок в участок?
- Нет-нет, просто откройте мне дверь, - напряженным голосом попросил детектив.
Лисси сделала несколько шагов и распахнула дверь черного хода. Возможно, приложенные к ручке усилия были чрезмерными, потому что дверное полотно вдруг накренилось и рухнуло на пол с диким грохотом, едва не задев взвизгнувшую и вовремя отскочившую в сторону Лисси. Однако отверстия наружу, которого все присутствующие были вправе ожидать, на своем законном месте не оказалось. Вместо него там была лишь гладкая кухонная стена, оклеенная такими же обоями с веселенькими цветочками, как и другие стены. У Шака немедленно отвисла челюсть, а Сай стащил очки и экстренно стал из протирать, видимо, списав увиденное на какие-то дефекты на линзах.
- Я так и знала. Снова! - загробным тоном сказала Хелли. - Сначала ракушки, потом слоны, теперь вот это! Господи, черт меня дернул сегодня потащиться в кондитерскую!
- Что это, деточка? - близоруко сощурилась Сайрена, подошла и похлопала рукой по тому месту, где еще полчаса назад был выход на улицу.
- Это безобразие и издевательство! - ответила ей Хелли и грозно возвела глаза к потолку. - Эй! Даже не смей снова начинать! Второго раза я не переживу.
Детектив осторожно поставил горшок с меморией и кастрюлю на кухонный стол и, пропустив все те, несомненно, подходящие к случаю, но несколько грубоватые выражения, которые рвались из его души, нервно сказал:
- Будем рассуждать логически. Если этот выход стал непригодным...
- Непригодным? - истерично хихикнула Хелли. - Вы так называете его полное отсутствие?
- ...стал непригодным, - с нажимом повторил детектив, - то давайте воспользуемся другим.
- Не возражаю! - ухмыльнулась Хелли. - Но я лично никуда не пойду. Вот сяду здесь и буду сидеть до Зимнего Коловорота.
И Хелли, демонстративно сложив руки на груди, уселась на табуретку.
Сай с опаской подошел ко второй двери - ведущей из кухни в магазин - и осторожно приоткрыл ее.
Все дружно ахнули. За дверью была гладкая кирпичная стена.
- Он нас замуровывает! - воскликнула Хелли. - Вот гад!
- Еще окно есть! - озарило Шака, и все с облегчением обратили свои взоры в ту сторону.
За окном буднично спешили по своим делам люди. Какой-то мальчишка в пальто и кепи радостно пинал консервную банку о фонарный столб. Каретная улица жила своей рутинной скучной жизнью, показавшейся пленникам Проклятого дома сейчас ностальгически прекрасной.
- Попытаемся выбраться через окно! - решительно заявил Слоувей, и Шак принял его слова к действию.
Молодой человек оторвал приклеенные Лисси в ожидании холодов куски бумаги и отворил первую раму. После чего застыл соляным столбом при виде шкафа все с теми же стеклянными банками, изящно оплетенными паутиной. В кухне резко потемнело, и девочки вскрикнули от страха.
- В первый раз так тоже было! - с видом знатока заявил едва видный в потемках Слоувей. - Сначала у меня был чулан, потом кирпичная стена, а потом дверь просто-напросто отвалилась.
- Поэкспериментируем? - бодро предложил Шак.
Он закрыл окно, и в комнату вернулся тусклый дневной свет. Все воззрились на картину обыденного Груембьерра, отчетливо видную сквозь стекло. Мальчик в кепи на улице бросил пинать ногой банку и стал с увлечением прыгать в луже, вызывая большие выплески коричневой жижи и ругань прохожих. Шак снова с надеждой открыл окно, и теперь вместо кладовки и в самом деле оказался ровный ряд кирпичей, едва видный в тусклом свете.
- Хватит! - экстренно вмешалась Лисси. - Верните свет в кухню. И больше не открывайте окно. Еще не хватало, чтобы и оно отвалилось. Я только-только ремонт сделала. Вы знаете, сколько мне стекла стоили? Не смейте больше прикасаться ни к моим окнам, ни к дверям, Шак.
- И что, нам здесь остаться жить? - жалобно спросила Хелли.
- Да, тесновато, - оглянулся Шак. - Хотя самое главное есть: мука, плита и Лисси. С голода не умрем.
- А когда мука закончится, мы за Лисси примемся? - огрызнулась Хелли.
- Ни за кого мы приниматься не будем! - вмешался детектив. - Каннибализм запрещен законами Соларии. Надо выход искать.
- Да как же его искать, если больше ни одного? - охнула Сайрена.
- Да, положение становится безвыходным, - резюмировал Сай и озадаченно подергал себя за косичку. - С выходами как-то напряженно. Больше дверей и окон я не вижу. А в вьггяжку от трубы даже Кекс бы не пролез, будь он сейчас здесь.
- Действительно, ни одной, хоть самой завалящей дверцы, - согласилась Лисси.
Все затравленно заозирались и заоглядывались.
- Есть еще дверцы шкафа! - с оптимизмом сказал Шак, которому понравилось быть лидером спасительной операции.
Хелли лишь фыркнула и одарила молодого человека взглядом, который ясно выражал ее мнение по поводу ментальных способностей Шака.
- А что? - внезапно поддержала Шака Лисси. - Если уж те двери стали не дверьми, то почему бы этим...
Бросив на девушку благодарный взгляд, окрыленный Шак подошел к дверцам высокого деревянного шкафа, в котором хранились разные запасы сухих продуктов, и не без опаски приотворил маленькую щелочку.
Заглянул, сглотнул и распахнул створки настежь.