Клянусь этой жизнью (ЛП)

К четвертой неделе реабилитации я, наконец, лично навестила Тревора. Время пришло. Я приехала в «Центр новых возможностей», который находился у пляжа, и ждала в регистратуре. Здесь был длинный коридор, который вел к заднему бассейну и патио, находящихся высоко в скалах с видом на Ла-Хойя.
Один из администраторов сказал мне идти вперед и направляться к бассейну, где будет ожидать Тревор, но как только я обернулась, то увидела, как он шел в мою сторону. И выглядел совсем по-другому. Похудевшим, но не ослабленным, а волосы коротко подстрижены. Но самым приятным было то, что он улыбался своей теплой, гордой улыбкой Тревора. Я побежала к нему. Он раскинул руки и поймал меня. Я сомневалась насчет его поврежденной руки, но он так крепко сжал меня, что я даже вскрикнула.
— Черт, я скучал по тебе, — сказал он.
Я отступила назад и осмотрела его.
— Дай-ка мне взглянуть на тебя. Боже, ты выглядишь потрясающе, Тревор.
— Спасибо. Я чувствую себя намного лучше. Идем, потусуемся у бассейна. Эй, хочешь остаться и посмотреть мой сеанс терапии? Он очень крутой. Теперь я использую руку намного больше.
— Да, с удовольствием.
Он вывел меня на улицу. Мы сидели в шезлонге и говорили о его выздоровлении и о том, насколько хорошо у него идут дела. Тревор рассказал, что поговорил со своим старым тренером из Калифорнии о должности помощника тренера на следующий сезон, и вариант был многообещающим. Мы смотрели на океан, и через некоторое время мой разум вернулся к Джейсу. Слева от меня в беседке стояла пара, целуясь. Я поняла, что мы с Тревором еще не целовались.
Я посмотрела на него. Он улыбался и постукивал ногой под мягкую джазовую музыку, которая доносилась из наружных динамиков.
— Как насчет тебя, Эми? Как дела у тебя?
— Хорошо. Я снова взялась за перо.
— О, — его лицо сделалось грустным. — Насчет того, что я нес по телефону: я вовсе не имел этого в виду. Надеюсь, ты знаешь, что я считаю тебя отличным писателем.
— Тебе не нужно извиняться.
— Вообще-то, нужно — это часть выздоровления. — Он взял меня за руку и посмотрел в глаза. — Прости меня.
Я улыбнулась.
— Прощаю.
И это была правда.
— Спасибо. Это многое значит для меня, — он отклонился назад. — Итак, ты разговаривала с Джейсом?
— Да. Мы друзья. У нас странное общее прошлое, и оно вроде как связывало нас все эти годы, но я дала тебе обещание. И я люблю тебя.
Он кивнул, а затем посмотрел на свои ноги и нахмурился.
— У тебя есть время? — тихо спросил он.
Я посмотрела на свой телефон.
— Сейчас три.
— Хорошо, пойдем в спортзал на мою терапию.
Мы почти не разговаривали, пока я следовала за ним по нескольким длинным коридорам. Мы вошли в большой зал с гантелями и матами, где несколько человек суетились, делая упражнения. К нам подошла высокая женщина в возрасте двадцати с чем-то лет, с длинными светлыми прямыми волосами. Она немного подпрыгивала при ходьбе, и было видно, что она в отличной форме, даже несмотря на скрывающие изгибы штаны цвета хаки и футболку-поло. Я посмотрела на нее и подумала: она тот человек, для которого стакан всегда наполовину полон. Я знала это еще до того, как она открыла рот.
— Эмилин, очень приятно познакомиться! Я Мелисса. — Она протянула ладонь. — Тревор очень хорошо отзывался о тебе.
Мы пожали руки. Улыбаясь, я ответила.
— Мне тоже приятно познакомиться.
Что мне действительно хотелось сказать, так это «Тревор о тебе никогда не упоминал», но она казалась милой, а мне не хотелось грубить.
Я взглянула на Тревора и заметила, что он не отрывал взгляда от Мелиссы. Он не оценивал ее и не смотрел на ее грудь; она просто привлекла его внимание в целом.
— Идем, мы начинаем отсюда, — сказала она.
Тревор поднял груз и сделал с ним упражнения на мобильность и диапазон движений. Ее руки прикасались к нему довольно-таки часто. Он выглядел очень гордым собой и счастливым.
— Ты можешь добраться до двадцати, Трев, — сказала Мелисса, когда он поднял маленькую гантель над головой. Когда он поднял двадцать, она крикнула. — Видишь, я же говорила тебе!
 
Я хлопала в ладоши, а она была искренне счастлива за него. Они чего-то достигли вместе. Я заметила, что Мелисса не носила ни помолвочного, ни обручального кольца.
После сеанса терапии они высоко над головой дали пять друг другу, и я подумала, что все это выглядело как начало хорошей дружбы.
Когда мы вернулись на улицу, к бассейну, я спросила.
— Она тебе нравится? Мелисса?
— Да, она великолепна. Я бы не смог пройти через это без нее.
— Я не совсем это имела в виду.
Он тяжело сглотнул, и его улыбка исчезла.
— А что ты имела в виду? Я не прикасался к ней, если ты к этому клонишь. Я бы не только не стал этого делать, но и уверен, что для терапевта крайне неприемлемо начинать подобные отношения со своими пациентами.
— Да я не о том. Мне просто интересно… если бы она не была твоим физиотерапевтом, а ты — ее пациентом, ты бы…
— Между нами возникла искра, но на этом все.
Я встала.
— Могу я обнять тебя, Тревор?
Он мгновенно встал и крепко обнял меня. Я знала, что произойдет, и понимала, что будет чертовски больно, но иначе нельзя.
— В чем дело, Эми?
Я вздохнула.
— Когда ты через неделю уедешь отсюда, будешь здоров и уже не будешь ее пациентом, тебе стоит разжечь эту искру.
Его руки напряглись на моей талии.
— О чем ты говоришь?
— Тревор, я люблю тебя. И хочу присутствовать в твоей жизни. Хочу увидеть, как ты преодолеешь трудности. — Я выскользнула из его объятий и посмотрела в его полные чувств глаза. — Но ты знаешь, что когда ты думаешь о жене, то представляешь не меня. — Он посмотрел вниз на свою обувь. — И это нормально, — добавила я. — Для нас наша история будет лучшей, после того, как мы уберем из нее все плохое.
Сделав шаг вперед, он протянул руку и снова притянул меня в объятия, а затем уткнулся лицом мне в шею.
— Я знаю, что ты права. Я прочитал книгу, знаешь. Пока тебя не было. На самом деле, я никогда не завидовал ему. Просто не хотел, чтобы тебе было больно. Я беспокоюсь о тебе.
— Но ты понимаешь, что мы не подходим друг другу, верно?
— Понимаю, — кивнул он.
— Мы будем друзьями?
— Ты и так мой друг. Уже. Ты привела меня сюда и спасла, и я хочу, чтобы ты была в моей жизни.
Он держал меня за руку, пока провожал к выходу. Подойдя к двери, он наклонился, поцеловал меня в щеку и прошептал:
— Спасибо тебе.
— Так держать, номер семнадцать! — я легонько стукнула его в грудь.
— Пока, Эми.
На пути к своей машине я прощалась с Эми, девушкой, которая неохотно ходила на вечеринки и футбольные матчи; девушкой, которая притворялась, что все всегда в порядке, без энтузиазма преподавая «Введение в писательское мастерство»; девушкой без прошлого; девушкой, которая не была реальной и никогда не существовала.
Как только вернулась в квартиру, я села и начала писать текст.
  
Глава 17. Как мы видим себя
 
Весь следующий месяц я занималась лишь тем, что работала, писала и присылала обновления профессору Джеймсу, Каре и Джейсу.
Однажды утром, после того как закончила полный первый черновик, я получила электронное письмо от Андреа. Она сообщила, что профессор Джеймс связался с ней по поводу моей книги, и что она хочет поговорить. Я проехала весь путь до кампуса и пробежала через залы до кабинета профессора, где Кара эмоционально общалась с ним.
— Привет, солнышко, — воскликнула она. — Меня ищешь?
Я даже не взглянула на нее.
— Профессор, — сказала я, задыхаясь.
Прежде чем я смогла вымолвить хоть что-то, он сказал.
— Я знал, что она агент Джея Колби, и, вероятно, взглянет на работу, если ты позволишь. Сегодня ты пишешь куда лучше, чем пять лет назад, и это означает, что моя работа здесь закончена. — Он встал.