Во благо государства (СИ)
К некоторому удивлению, слухи о своей и Регента нечеловеческой природе капитан тайной стражи восприняла относительно равнодушно, а сообщение о том, что ими тайно управляют Нарин’нэ и Хель’рау, заставило её рассмеяться. Несколько задели её только слова об «интеллекте хищного зверя», а в целом доклад Кель’рина привёл её скорее в состояние довольства.
— Вот значит как, спасти страну от нас решили, — сказала она, когда он закончил, после чего, воспользовавшись языком северян, выразила в адрес заговорщиков подозрение в скотоложестве. — Пойдём к Таю. Подружку захвати с собой, возможно, он захочет её выслушать. Получим разрешение на арест и покончим с этим.
Кель’рину оставалось только с извиняющимся видом посмотреть на «подружку». Шайин’сай, по искре которой то и дело пробегали тонкие волны бешенства, только с независимым видом вздёрнула подбородок.
* * *Аудиенцию у Регента им предоставили немедленно. Впрочем, Кель’рина это не удивило. Насколько он успел понять установившуюся при новой власти негласную иерархию, Исан’нэ, со своей скромной должностью капитана тайной стражи, прочно занимала место второй по важности персоны в стране.
Хранитель Державы встретил их в малой приёмной Владыки, предназначенной для частных встреч. Как и большой церемониальный зал, комната была снабжена богато украшенным троном, установленным во главе длинного стола. И, как и обычно, Тай’нин не стал занимать почётное место, а расположился на одном из стульев у дальнего конца стола. Посетителям он без лишних церемоний предложил сесть напротив себя.
— А это нормально? — шепнула на ухо Кель’рину Шайин’сай, получив обращённый лично к ней приглашающий жест. Как ни странно, обычно самоуверенная аристократка продемонстрировала нечто, подозрительно напоминающее скромность. Буквально только что, стоя у дверей приёмной, она, забыв полученные от Исан’нэ обиды, предавалась радостным мечтаниям по поводу предстоящей встречи. Но стоило ей переступить порог, в её поведении тут же стала проявляться нервозность, граничащая с робостью. Как будто бы испарились куда-то стоящие за её спиной десятки поколений сыновей и дочерей Высоких Линий и она осталась просто молодой женщиной-одарённой, неожиданно поставленной перед лицом вершителей судеб целой страны.
Вместо ответа на её вопрос молодой маг молча отодвинул ей стул.
— И кто твоя гостья? — поинтересовался Тай’нин, как только все расселись.
— Госпожа Шайин’сай, четвёртая дочь третьей ветви Ан’ау’сай, — официально представил её Кель’рин. — Она оказала мне большую помощь в поиске доказательств вины стоящих за покушением на Нарин’нэ заговорщиков.
— Ваше Могущество, я так счастлива, что удостоена вашего личного внимания! — начала говорить Шайин’сай, не обращая внимания на то, что тот поднял руку, призывая её остановиться. — Позвольте мне выразить…
— Моя госпожа, не могли бы вы помолчать? — собрав в кулак всё, что ещё помнил из хороших манер, остановил её Тай’нин. — Когда понадобится ваше мнение, я скажу. Исан’нэ! — не дожидаясь ответа, повернулся он к соратнице. — Ну что, как наше дело?
— Мы достигли полного успеха, — бодро доложила та. — Правда, не совсем так, как я ожидала. Предполагалось, что заговорщики должны были пригласить подружку Кель’рина к себе. После того, что она им наговорила… Но вместо этого я сегодня утром получила от Альфина донос на неё.
— Хитрец! — со смехом сказал Тай’нин. — А по поводу доносов… Ко мне сегодня уже приходил Букаро. Жаловался на обнаглевшую мятежницу. Это же вы? — любезно поинтересовался он у Шайин’сай, вызвав у той довольную улыбку. — Ещё двое обращались с просьбами их принять, думаю, по этому же вопросу. Впечатляет! Ладно, Ис, продолжай.
— Ей удалось встретиться ещё с одним магом из Гильдии, Тугаро. Он во многом в курсе идей заговорщиков и готов их выдать. В подробности покушения они его не посвящали, однако выказывали готовность пойти на убийство. Считаю, что это именно такой свидетель, которого ты искал. Он пересказал всё, что с подачи Альфина говорят про нас в Гильдии. Это меня слегка беспокоит.
— И что там говорят? Или мне спросить у нашей гостьи?
— Для этого я её сюда и привела.
— Что же, Шайин’сай, прошу вас, докладывайте! — обратился Тай’нин к аристократке, пытаясь сказать это светским тоном и сопроводить ободряющей улыбкой. Получилось не очень. Вообще, было похоже, что говорить более-менее по-дружески с кем-то, кроме своих соратников и воинов, он был решительно неспособен. Обычно в такие моменты он скорее напоминал полусотника, иронично объявляющего похвалу проштрафившемуся солдату за отлично вычищенный нужник.
— Благодарю вас, Ваше Могущество! — стараясь держаться с достоинством и при этом говорить более кратко, как это принято среди воинов, начала Шайин’сай. — О господине Тугаро я узнала вчера от госпожи Илисии из Гильдии Магов и немедленно отправилась к нему. Он…
Несколько более собрано, чем недавно у Исан’нэ, хотя и изредка сбиваясь, она вновь пересказала всё, что удалось узнать от Тугаро. Регент слушал её, не перебивая и пытаясь удержать на лице маску вежливого внимания, которая заменялась выражением легкого раздражения, стоило ему чуть-чуть отвлечься. Несколько раз он отворачивался от рассказчицы и обменивался странными взглядами с Исан’нэ, но так и не произнёс ничего вслух до самого конца доклада.
— Хорошая работа. Благодарю! — коротко сказал он, когда Шайин’сай закончила. — И что вы по этому поводу думаете?
— Я? О, простите, Ваше Могущество… Моё мнение об этом? — лицо аристократки чуть потемнело от смущения, но тут же просияло от гордости. — Конечно, значение многого я не совсем понимаю, но я думаю… Господин Альфин, конечно, ужасно подозрителен и, думаю, виновен в мятеже. Я бы тоже отрубила ему голову, вместе с этим наглецом Касинисом заодно. Но эти жуткие слухи о вас уже распространились в столичной Гильдии! Многие им верят, и с этим надо что-то делать. Признаюсь, мне и самой постоянное использование пелены кажется немного странным. Могу я попросить вас на время снять её, чтобы…
— Не можете! — отрезал Регент. — Кель’рин, твои соображения?
— Согласно Договору о Гильдии Альфина и Парвиса можно судить только с участием представителей Гильдии. Считаю, что мы теперь к этому готовы. Показания Тугаро достаточно убедительны, чтобы оправдать арест. Кроме того, можно использовать Харвиса, Нуаро, кое-кого из слуг, а также меня, Ирвина и Шайин’сай. Харвис, правда, не в форме…
— Что там с ним?
— Изначально его схватили не мы, а Лан’нау, — ответила вместо молодого мага Исан’нэ. — Он… Перестарался. Наёмник жив, но покалечен. Не может ходить, говорит с трудом. Кель’рин его подлечил, но всё равно…
— Оставим его в резерве, используем, если будут сомнения. Прекратим его мучения после суда над магами, — заключил Тай’нин. — Кель’рин, что-нибудь ещё?
— Нет. Считаю, что Альфина и гильдмастера следует арестовать и судить. Кроме того, я бы арестовал сразу и Касиниса, мне кажется, он тоже замешан.
— Ясно. Исан’нэ, ты что скажешь?
— Думаю, на Нарин’нэ покушались Альфин и Парвис. И то, что они говорят о нас… Неприемлемо, как и их намерения. Их надо уничтожить. Я бы разобралась и с теми, кто просто им поддакивал, но я понимаю последствия. Не знаю, что с ними делать.
— Молодец! — зачем-то похвалил её Тай’нин.
Некоторое время он молча сидел, положив подбородок на сцепленные пальцы, и размышлял, после чего позвал часового из коридора.
— Найди Лан’нау! — скомандовал он, когда тот вошёл и замер у порога. — Пусть возьмёт с собой пару одарённых, десяток простых воинов и ко мне. Выполняй!
Гвардеец ударил кулаком по нагруднику и исчез. Регент проводил его долгим взглядом.
— Начинаем? — спросила Исан’нэ, умудрившись в одно короткое слово вместить радостную готовность, достойную Хиссан.
— Да, Ис, — кивнул он. — Начинаем.
Глава 20. Маги
Предполагая, что возможно придётся драться, Кель’рин попросил, и получил, у Регента разрешение сходить в «Расколотый Щит» за своим снаряжением. Когда же он со всей поспешностью, доступной для одетого в полный гвардейский доспех человека, вернулся в малую приёмную Дворца, там уже было тесно от собравшихся людей. Кроме Исан’нэ и Шайин’сай, внутри уже находились Хель’рау, Лан’нау с полутора десятками бойцов из своей роты и столько же солдат тайной стражи во главе с Рэй’хо. Комнату наполнял запах пота и глухое позвякивание снаряжения — обычные спутники большого числа воинов, собравшихся в тесном помещении. Ждали только Регента, который, впрочем, появился почти сразу следом за Кель’рином.