Во благо государства (СИ)
Глава 17. Хвост змеи
— Чтоо⁈ — вроде бы только что стоявшая в трёх шагах в стороне капитан тайной стражи мгновенно оказалась рядом, глядя на рослого гвардейца-северянина снизу вверх бешеными глазами. — Кто⁈ Имя⁈
Не ожидавший такого напора Урханг отшатнулся и ошарашенно оглянулся на Кель’рина в поисках поддержки.
— Исан’нэ, что с ва… С тобой? — осторожно осведомился тот.
— Со мной⁈ Да они надо мной издеваются! — она ввернула на языке Таёжного Края выражение настолько заковыристое, что Кель’рин не смог его в точности разобрать, а Урханг взглянул на неё с преизрядным почтением. — Хель’рау, Нарин’нэ… Мне теперь и твоего убийцу искать? — она замолчала на мгновение и заменила злое лицо ледяной маской. — Рассказывай, кто за этим стоит. Я его на собственных кишках повешу.
— Кел, она это, не того? — наклонился к уху молодого мага гвардеец, опасливо косясь на Исан’нэ.
— Нормально… — ответил ему Кель’рин. — Так что, кто там меня так не любит?
— Знаешь, Кел… Хрр… Госпожа капитан… Есть у меня один родич в городе. Он, как бы это сказать… Хороший боец, но сбился с пути. Занимается такими, хррм, делишками. Превращает поединки из способа разрешить вопросы чести в заработок. Разные трусы платят ему за то, чтобы он… Понимаете, госпожа капитан, есть слова, которые можно смыть только кровью. Он за деньги говорит их тому, на кого укажут, принимает вызов на дуэль и убивает.
— Бретёр?
— Слушай, Кел, я не знаю, как это у вас называется. Говорю, как есть. Так вот, он мне за кружкой пива рассказал, что ему предложили прикончить тебя.
— Откуда он меня знает?
— Да ниоткуда. Сказал, Келрина из гвардии, ну и я сразу тебя вспомнил.
— Он что, одарённый?
— Нет, зачем? Ты же сам знаешь, как принято. Если вызов твой — выбор оружия его. Он и скажет, никакого дара, только секиры. И свидетеля из Гильдии пригласит, как мы с тобой.
— У вас был поединок? Тогда как ты до сих пор жив? — излишне прямолинейно выразила удивление Исан’нэ.
— Я сказал «до первой крови», — смущённо пробормотал Кель’рин. — И проиграл бой.
Исан’нэ вопросительно подняла бровь.
— Кел думал, что побьёт меня одним пальцем, и не дрался всерьёз, — ответил на невысказанный вопрос Урханг. — А вообще, госпожа капитан, простите, но это всё только между ним и мной.
— Ладно. Что там с убийством? Кто наниматель?
— Эрр? Сейчас! — Урханг отвернулся и помахал рукой ещё более рослому, чем он сам, северянину в украшенной серебряными заклёпками куртке, подпиравшему стену чуть поодаль. — Харруш! Давай сюда!
Тот оторвал спину от каменной кладки и вразвалку подошёл к ним, придерживая рукой висящий в петле на поясе массивный боевой топор.
— Почтенная госпожа! — он изобразил в сторону Исан’нэ нечто, отдалённо напоминающее полупоклон, и, насмешливо прищурившись, приветственно ткнул Кель’рина кулаком в плечо. — Ну что, брат-воин, это тебя меня просили прикончить?
— Меня, — согласно кивнул молодой маг с ответной усмешкой. — А ты, брат-воин, отчего не согласился?
— Харруш, так? — не дала тому ответить капитан тайной стражи. — Твой несостоявшийся наниматель, тот, кто предлагал деньги за смерть Кель’рина, ты знаешь, где его найти?
— Не лезли бы вы в мужские дела, почтенная госпожа… — небрежно начал северянин, но тут же опустил глаза, как-то пришибленно затих.
— Отведёшь меня к нему. Прямо сейчас, — равнодушным тоном и нацепив скучающее выражение лица проговорила Исан’нэ.
Харруш только торопливо кивнул в знак согласия.
— Кель’рин, подождёшь у меня? — сказала тем временем соратница, готовясь уйти. — Вернётся Ирвин — пусть побудет с тобой. И если появится этот Альфин, задержи его до моего возвращения. Любым способом! Думаю, надолго не задержусь. Веди!– она махнула рукой прощаясь и зашагала вслед за бретёром-северянином прочь.
— Кел, она теперь всегда такая? — проговорил Урханг, глядя ей вслед.
— Служба… — неопределённо пожал плечами тот.
— Гха! Слушай, я понимаю, она и раньше бесилась. Но как-то это не так. Женщина, всё-таки.
— Не женщина, — тихо проговорил Кель’рин, — боевой маг.
* * *Потратив ещё немного времени на болтовню с Урхангом, Кель’рин отправился в башню тайной стражи и погрузился в ожидание. Уставший после суток кипучей деятельности, он устроился на стуле в кабинете капитана и сам не заметил, как заснул. Разбудила его неизменно бдительная Хиссан, как всегда обдавшая молодого мага волной обожания и сообщившая, что к её любимому хозяину кто-то подкрадывается. Он мгновенно поднял голову, глядя на дверь, чем заставил вздрогнуть от неожиданности неуверенно переминавшегося с ноги на ногу у входа солдата.
— Господин комиссар! Пришёл господин Альфин из Гильдии Магов! — с облегчением оттого, что ему не придётся собственноручно будить начальство, доложил тот. — Спрашивает нашего капитана.
— Кто? А… По ядам? — не сразу сообразил спросонья Кель’рин. — Давай его ко мне.
Солдат вышел и вскоре вернулся в сопровождении мага-алхимиста. Альфин вошёл уверенным шагом и с вежливой улыбкой на лице, но его искра выдавала в нём плохо подавленное раздражение. В принципе, если посланец Исан’нэ передал её слова в точности, недовольство мага было вполне объяснимо.
Мастер алхимистики вышел на середину кабинета, демонстративно огляделся и словно бы только сейчас обнаружил Кель’рина.
— Господин комиссар! Какая приятная встреча! — солгал он. — А где же госпожа капитан? Или эта должность теперь ваша?
— Госпожа Исан’нэ должна скоро прийти, — ответил Кель’рин, жестом отпустил замершего у двери солдата и указал рукой на расположившиеся вдоль стены стулья. — Присаживайтесь, вам придётся её подождать.
— Придётся? — с показным удивлением переспросил Альфин, но тем не менее сел. — Напоминаю, что я член Гильдии и меня нельзя заставить ждать силой. Я нахожусь здесь добровольно и только из уважения к Его Могуществу.
— Как хотите… — не стал размахивать полномочиями Кель’рин.
Что бы там мастер алхимистики и ближайший помощник гильдмастера Парвиса ни говорил, он согласился подождать, а большего и не требовалось. Дальше они сидели в напряжённом молчании — Кель’рин не считал возможным начинать расспросы без Исан’нэ, а Альфин, помня недавнюю ссору, видимо просто не хотел с ним разговаривать.
Они оба уже начали терять терпение, когда по лестнице в башню скользнуло облачко пелены и в кабинет вошла капитан тайной стражи. С равнодушно-скучающим видом она, коротким кивком ответив на приветствия, обогнула стол и устроилась в своём кресле.
— Глупость какая-то, — ответила она на вопрос, который Кель’рин даже не успел задать, и повернулась к магу-алхимисту.
— Госпожа капитан, — начал тот, разглядывая её с каким-то опасливым любопытством. — Я хотел бы знать, чем обязан вашему приглашению. Попрошу вас объясниться!
— Мастер Альфин! — она неприятно прищурилась, словно арбалетчик, выбирающий, куда бы всадить стрелу. — Мне нужно, чтобы вы сказали, кто в городе мог бы приготовить яд.
— Простите, госпожа капитан? Яд? — сделал непонимающий вид помощник гильдмастера. — Вы желаете вывести грызунов в своей башне? Или?
— Яд, которым смазывают стрелы!
— Ещё раз простите, но вы что же, хотите изготовить отравленную стрелу? — с приправленным толикой брезгливости удивлением задал вопрос Альфин.
— Кель’рин, яд, который ты нашёл на убитых наёмниках у тебя с собой? — спросила Исан’нэ, и, получив утвердительный ответ, попросила продемонстрировать его алхимисту.
Молодой маг вытащил снятый им вчера с трупа наёмника маленький керамический сосуд и протянул Альфину. Тот принял его, но флакон практически тут же выскользнул из его пальцев и чуть было не разбился. Кель’рин перехватил его буквально на расстоянии ладони от пола и вновь заставил перелететь в руки мастера алхимистики.
— Простите меня, пожалуйста! — сказал Альфин, ловя сосуд. — Кажется, с возрастом я становлюсь неуклюжим. Что это?