Чудовищная ложь

Я не могу себе представить, что буду работать здесь изо дня в день.
Талия, напротив, не беспокоится и полностью сосредоточена на оживающем перед ней экране старого компьютера. Кажется, ее не волнуют мое волнение и то, как мне некомфортно.
Ария, возьми себя в руки.
Я жила в трущобах, пережила жизнь и город, так что я могу справиться с этим затхлым бункером. Напоминаю себе, что к тому времени, когда вернусь, я буду богата и наконец-то смогу нормально жить.
— Долго еще? — спрашиваю я.
— Хм? Ой, я не уверена.
Это успокаивает.
Я молчу, зная, как раздражают разговоры, когда ты пытаешься сосредоточиться. Следя за чем-то на экране, Талия начинает доставать маленькие флаконы из холодильников и контейнеров, проверяя их этикетки и сопоставляя информацию с экраном, прежде чем аккуратно поместить их в квадратный пакет с изоляцией.
Примерно через час она останавливается, нахмурившись.
— В чем дело? — спрашиваю я, беспокойно оглядываясь на лестницу. Я беспокоюсь, что мы не вернемся до наступления ночи, но это проблема для другого раза.
— Некоторых образцов не хватает, — пробормотала она.
— Ты перепроверила? Может быть, их положили в другой холодильник, — отвечаю я.
Талия кивает и медленно проверяет все шкафы и холодильники.
— Нет, они точно пропали... но они должны быть здесь. — Присев на пол, Талия поворачивается, чтобы встретиться с моими глазами. — Кто мог пробраться в город и украсть образцы?
— Никто из хороших людей, — бормочу я, но тут сверху раздается сильный грохот. — И это наш сигнал уходить. Хватай свое барахло. Сейчас же.
— Мне все еще нужно собрать данные...
— Нет времени. — Я швыряю в Талию сумку и поднимаю ее на ноги. — Это может быть что угодно или кто угодно, и я не собираюсь торчать здесь, чтобы это выяснить. Этого будет достаточно. Мы уходим сейчас или умрем.
Мои слова заставляют Талию двигаться. Она бросает какие-то бумаги в сумку и кивает, а я спешу к лестнице и заглядываю наверх. Я ничего не вижу, но раздается еще один сильный грохот, поэтому я прикладываю пальцы к губам, показывая Талии, чтобы она замолчала. Она испуганно кивает, пока я медленно скольжу вверх по лестнице стараясь не шуметь. На самом верху я заглядываю за дверь в поисках источника, но ничего не вижу. Может, я слишком много думаю? Я медленно выхожу в приемную, Талия идет за мной по пятам.
Там по-прежнему пусто, но дневной свет почти погас.
Черт.
Уже почти стемнело, а в темноте монстры выходят поиграть.
— Ария, — шепчет она.
— Я знаю, — бормочу я.
— Нет, смотри. — Она указывает, и я смотрю в том направлении, мои глаза расширяются, а сердце замирает. Огромный тигр смотрит на нас с другой стороны стекла дальше по дороге. Я не двигаюсь и не говорю, но он бьет головой по стеклу — источнику шума — и рыщет по нему, ища путь внутрь.
В мертвом городе мы только что позвонили в гребаный обеденный колокол.
И подумать только, она беспокоилась о монстрах...
Я поворачиваюсь к Талии и качаю головой.
— Идем быстро и бесшумно! — шиплю я, хватаю Талию за руку и вытаскиваю за дверь. Я бросаю взгляд на тигра, когда спешу через площадь, надеясь, что он оставит нас в покое, но мне следовало бы знать лучше.
Он голоден и в отчаянии.
За нами следует рев.
— Бежим! — кричу я, не обращая внимания на собственные предупреждения. Я знаю, что это уже не поможет.
Мы бежим, но на полпути через площадь что-то огромное ударяет меня в спину, повалив на землю. Секунду спустя, когда я все еще дезориентирована, резкая боль пронзает мое тело от плеча. Я поворачиваю голову и вижу пасть тигра, зажатую на моей плоти, его клыки впиваются в мою кожу. Он грызет ее, как кость, а из раны льется кровь.
Черт.
Талия бросается к нему, и тигр отпускает меня, рычит на нее, и она отшатывается назад.
— Беги! — кричу я, потянувшись к большому камню возле моей головы, из-за раненой руки я шиплю, когда боль усиливается. Я отказываюсь так умирать.
Талия колеблется, поэтому тигр отпускает меня и делает шаг к ней.
Я вскрикиваю от боли и прикусываю губу, чтобы успокоиться. Если поддамся агонии, я умру.
 
Перекатившись на колени, я покачиваюсь, так как потеря крови и шок на мгновение ослепляют меня, но затем слышу ее панический крик.
Тигр преследует ее.
Талия не выживет, но я смогу. Я знаю этот город, и я быстра.
Отведя назад руку, я встречаюсь с ней взглядом.
— Беги! — кричу я, не оставляя ей выбора, и бросаю камень прямо в тигра. Он попадает ему в голову, заставляя животное повернуться и оскалить клыки. Талия все еще колеблется, не желая покидать меня.
Смелая дурочка.
— Беги! — требую я и поворачиваюсь, убегая сама. Оглянувшись, я вижу, как Талия исчезает между двумя зданиями, бросив последний обеспокоенный взгляд на меня и тигра.
Хорошо.
По крайней мере, сейчас она в безопасности. Мне осталось только убежать от этого ублюдка и найти ее снова. Не обращая внимания на кровь, стекающую по руке, я продолжаю бежать, заставляя себя успокоиться. Я не умру здесь, не сегодня, никогда.
Это животное.
Я могу его перехитрить.
Я скольжу по углам и по битому стеклу, даже не глядя туда, куда бегу. Все это время я чувствую прогорклое дыхание тигра на своей шее. Он играет со мной. Когда я случайно сворачиваю в тупик, темнота смыкается, я понимаю, что мне конец.
Тигр перекрывает единственный выход, оскалив зубы в победе.
Я знала, что этот город больше не для людей, но все равно рискнула войти.
Глупая.
Боль делает меня слабой. Я спотыкаюсь, но умудряюсь держаться на ногах, ищу выход, оружие — что угодно.
Он ревет, звук пробирает меня до дрожи.
Я снова спотыкаюсь, зрение темнеет от потери крови.
Темнота позади него внезапно расступается, и из нее появляется фигура, похожая на демона из ужастика. Фигура замирает на мгновение, наблюдая за происходящим. Я смотрю на огромный силуэт существа, не зная, что делать, пока оно хватает тигра. Зверь бьется и бьет когтями, но тень не сдается. Наблюдает за мной ярко-красными глазами, когда руками обхватывает шею ревущего тигра. Затем с сокрушительным ревом Тень отрывает голову зверя и отбрасывает ее в сторону.
Он убил его.
Это значит, что я имею дело с более крупным хищником.
Чертовым монстром.
Он выходит на свет, и я окончательно сдаюсь от потери крови, хотя и пытаюсь бороться с этим.
Как женщина в старом фильме ужасов или чертова девица в беде, я теряю сознание.
  ▪ 7 ▪  
 
 
  АРИЯ  
Я не теряю сознание, нет, я в каком-то смысле в сознании. Я пытаюсь встать на ноги, но они дрожат и неустойчивы. Тень подступает все ближе, и я ползу назад, пытаясь от нее убежать. Я не слабачка, и отказываюсь быть съеденной. Нет, спасибо.
Для этого монстра не будет шведского стола из Арии.
— Не подходи ко мне, бьюсь об заклад, я не вкусная, — говорю я, но существо продолжает приближаться. Не обращая внимания на свое оцепенение, я использую стену слева, чтобы встать на ноги, и хватаю палку, используя ее как оружие. Я размахиваю ею перед собой, и Тень замирает, но я спотыкаюсь, и тут она появляется. Я вскрикиваю, когда руки – невероятно большие и сильные руки – обхватывают меня, и я внезапно оказываюсь вверх ногами. Проходит минута, прежде чем я понимаю, что вишу на плече.
Я моргаю в недоумении, когда что-то яркое и длинное мелькает в моем поле зрения.
Хвост.
Чертов хвост.
Он мельтешит в воздухе, пока мы быстро движемся, и при каждом резком рывке этого существа у меня сводит от боли в поврежденном плече. Шипение вырывается сквозь зубы, и оно замирает на мгновение, прежде чем ускориться, так что я пытаюсь заглушить боль.
Когда монстр снова остановится, я убегу.
Всё это время я не переставала гадать, есть ли здесь монстры, одна ли я, а теперь мне больше не нужно гадать. Я просто хочу вернуться к стене, живой и невредимой, но он не останавливается; продолжает бежать, забегая в затемненные здания, где я не могу видеть, и тогда я понимаю, что мы движемся вниз.