Кая. Полукровка (СИ)

Оле поднялась на ноги и начала нервно расхаживать по комнате.
– Ну как же, – не унималась она. – Просто так что ли создавались ментальные щиты? Экраны? Ведь на штурм банды ищеек они шли подготовленными! Те даже пискнуть не успели. Да с такими технологиями Прокурор сдастся на два счёта!
Я нахмурилась, внимательно всматриваясь в напряжённое лицо подруги. Она явно знала, о чём говорит, и Инга понимала её.
– Рю и сам обладает ментальностью, – неуверенно заметила Нэс.
– Тем более! – Оле указала на неё пальцем. – Он должен был ощутить воздействие, усилить стену, сопротивляться!
– Но он же не гладир...
– И то верно, – моя соседка прислонилась спиной к стене и схватилась за голову руками. – Ищейки – отряд элитный, они всю жизнь тренируются, им в ментальности вообще мало кто соперник. Да чтоб вам всем пусто было!
Она с силой провела ладонями по лицу, выпрямляясь.
– Не знаю, что мы можем сделать, – сказала Оле со вздохом, – но нам понадобится помощь. Кая, беги за Микой. Срочно.
Я так и осталась сидеть с открытым ртом, совсем ошалев от происходящего. Откуда Оле всё это знает? О чём они вообще говорят? И что это за командный тон?
– Почему я?..
– Потому что... – Оле осеклась, словно чуть не сказала лишнего. – Потому что так надо. Мы пока подумаем, что можно сделать.
Мика была дома. Маковская Лихорадка обошла её стороной, и в то время как половина училища лежала дома с температурой, а вторая половина не прекращала чесаться, она почти не выходила из своей комнаты и не желала никого видеть. Об этом мне доверительно рассказала Оле, которая последнее время была с Микой подозрительно близка, так что я даже начала немного ревновать. Причём, сама до конца не понимала, ревную я её как подругу, или это всё идея Эли про её ориентацию. Конечно, мне она была нисколько не интересна в таком разрезе, но всё равно почему-то становилось немного обидно.
Выслушав мои сбивчивые объяснения, Мика округлила глаза:
– Вы с ума сошли?! Что мы можем противопоставить ищейкам?! И причём тут я? Это всё, конечно, ужасно, но...
– Но Оле сказала позвать тебя. Она сказала, нам нужна помощь.
– Ну конечно, кто ж ещё, – проворчала Мика, снимая с крючка тёплый плащ. – Ладно, идём.
Я только и успела что иронично выгнуть бровь. Стоило упомянуть Олешу – и грозная поисковичка вдруг на всё согласна? Может, она тоже того, и они... К тому же, она недавно рассталась с Дином... Я помотала головой и побежала вслед за Микой.
– Привет, – Оле встала нам навстречу, как только мы зашли в комнату. – Сразу первый к тебе вопрос: умеешь стирать следы чужого воздействия?
– Нет, – та медленно покачала головой. – А ты?
– Умею, но...
– Но силёнок не хватает, да? – усмехнулась Мика, присаживаясь боком на единственный свободный стул.
Оле скорчила передразнивающую гримасу.
– Вместе у нас больше шансов на успех, – вздохнула моя соседка. – Кстати, знакомься, это Нэс. Она нас проведёт во Дворец.
– Ингнэсса, – кивнула она, – дипломат Его Величества.
– Значит, это ты заварила всю кашу? – спросила Мика, криво улыбнувшись. – Причём тут мы, позволь поинтересоваться?
Нэс выпрямилась, вытянула шею, став тут же словно немного выше и, чуть склонив голову, наклонилась в сторону Мики с выражением тихой угрозы:
– У меня были на то основания. Я, знаешь ли, не последний человек в стране и обладаю кое-какой информацией. О тебе в том числе, Мика Лик.
Поисковичка хмыкнула и откинулась назад.
– Ну и каков план? – спросила она, отвернувшись к окну.
Нэс положила на стол бархатную коробочку и открыла её.
– Завеса тишины? – удивилась Мика. – Думаешь, нас тут могут подслушивать?
– Они забрались в голову короля, – спокойно ответила Инга. – Кто знает, в чью ещё голову они могли залезть. Хельг уверял, что вы чисты.
– О, этот серьёзный красавчик с нами? А где он?
– Он ждёт нас за забором. – Рядом с коробочкой Нэс выложила несколько маленьких деревянных бочонков, в диаметре не больше самой мелкой монеты, а в высоту и того меньше. – Знаете, что это?
 
Все трое отрицательно покачали головами.
– Тогда знакомьтесь, это ментальный экран, создан всего несколько дней назад. Полностью блокирует ваше сознание от внешнего влияния. Но и вы тоже не сможете ни на кого воздейстовать.
– И в чём тогда смысл нам участвовать в этом? – хмуро спросила Мика, рассматривая один из бочонков. Потом зыркнула на Ингу, и та мгновенно побледнела.
– Не смей, – сказала она строгим, но дрожащим голосом.
– Не работает ваш экран, – хмыкнула поисковичка, бросая бочонок на стол.
– Во-первых, он активируется с помощью зацепки, которая крепится на ухо. Во-вторых, они не работают. И здесь нужна помощь. У вас есть знакомый инженер, которому можно было бы доверять?
Мы с Микой переглянулись.
– Дин? – осторожно озвучила я нашу общую мысль. – Он ведь теперь владеет собой.
– Даже слишком, – медленно выдохнула Мика. – Как только оно начал принимать своё лекарство, я не могу залезть ему в голову.
– Серьёзно? -подалась вперёд Инга. – Препарат, который действует, как экран?
Мика поморщилась.
– Этот ваш экран хотя бы снять можно. А вот действие его бодяги держится несколько дней.
– Любопытно, – пробормотала Нэс, но тут же вернулась к теме обсуждения. – Тем лучше, значит, ищейки не смогут ничего из него выведать, если вдруг...
– Здесь он должен быть в безопасности, – заметила Оле. – Сюда не так просто попасть посторонним людям.
– Посторонним ищейкам. Мы не знаем, насколько они сильны. Даже если сработает сигнал, они могут запросто убедить и охрану, и самого ректора, что имеют право здесь находиться.
– Кстати, – я вскинула брови. – Ты сама-то здесь как очутилась? Наш дворник даже за Рю с метлой бегает, а он всё-таки король.
– Ему просто нравилось, – она пожала плечами. – Я королевский дипломат, у меня есть право входить куда угодно. Хвала Солнцу, ищейки не догадались отобрать у меня эту бумагу, и пока работает. И вообще, мы не об этом! Дело в том, что во дворец не пускают никого с... ну, способностями. У них есть что-то для определения ментальности, но вот с этим, – Инга постучала пальцами по столу рядом с бочонками, – они не смогут почувствовать в вас чужестранцев. Хельг передал мне бумаги с описанием принципа их работы, инженер должен разобраться... вот.
Рядом она положила тонкую папку.
– Полагаю, – я взяла её в руки, – с Дином придётся общаться мне.
Оле кивнула:
– Да, это будет лучший вариант.
Конечно, очень хотелось остаться и поучаствовать в составлении плана действий, но ещё больше меня тянуло побыть одной и как-то упорядочить вернувшиеся воспоминания. Они возвращались постепенно, цепляясь друг за друга, шаг за шагом. И я была уверена, что самое важное где-то впереди.
– Держи, – я протянула Дину бумаги. – Здесь должно быть всё про эти... как их... экраны.
– Можно, я не буду спрашивать зачем они вам? – спросил он. – Меньше знаешь – лучше спишь, а со сном у меня последнее время не очень.
– Можно, – улыбка коснулась моих губ. – Я потом тебе всё расскажу. Когда всё закончится.
Дин благодарно кивнул и сел за стол, на котором аккуратно разложил необходимые вещи.
– Я рад, что ты поправилась, – сказал он, не отрывая взгляда от схемы. – Слышал Оле пришлось поделиться с тобой кровью. Повезло, что она оказалась рядом.
Я чуть не промахнулась мимо кресла.
– Что?! Оле?!
– Да, а что? Ты не знала?
– Если честно, мой врач вообще сказал, что это была кровь какого-то трансвестита.
– Видимо, он с Оле что-то не поделил, – усмехнулся Дин и надолго замолчал, углубившись в работу.
 
А я долго смотрела в одну точку, с трудом сопоставляя факты и домыслы. Некоторые воспоминания казались скорее сном, чем былью, но всё сходилось одно к одному.
Светлячок по имени Зол. Очевидное владение Олеши ментальностью. Даже её подозрительная дружба с Микой, появившаяся аккурат после истории с пленом. Слова Майка про трансвестита. Странное поведение Элайлы при разговорах об Олеше.