Сюрприз для попаданки (СИ)

Остальные девушки ничего не успели понять, раскладываясь и подготавливая место для будущих сборов, когда Абигайль подхватила меня за локоток и утянула в ванную комнату.
— Ты вообще в курсе, что в нашего котика вселилась нечисть? — прошипела она, возбужденно сверкая глазами. Ведьмовская сила, видимо, просилась вырваться наружу.
— Только ребятам не говори, — умоляюще посмотрела на подругу, уже давно поняв, что ведьма “работает” на моих друзей-соседей.
Злилась ли я на нее за это? Немного.
Если Дан и правда какой-то там Наследник, то можно предположить, что у Абигайль либо выбора не было, либо наоборот, присутствовала выгода. Когда она влетела в мою комнату после драки друзей, вся запыхавшаяся, с невинной фразой: “что здесь произошло?”, я устроила ей взбучку и чуть ли не выгнала следом за наглецами. У меня было достаточно подозрений на ее счет, а в тот момент они окончательно подтвердились.
Тогда девушка покаялась, признавая за мной правоту, но слезно поклялась, что не рассказывает ничего настолько личного, чего мужчинам не стоило бы знать. А еще поделилась тем, что все знает о моем попаданстве.
Чтобы Аби могла лучше меня понимать, Даниэль принял решение рассказать ей нашу тайну. Не забыв упомянуть, что я не имею понятия, кем являются мои друзья, и отметил, что узнавать мне это вовсе не обязательно…
В общем, без меня меня женили, да и Абигайль не имела права отказать Дану. “Он же Наследник!”. Что под собой подразумевает это слово, мне, конечно же, никто не торопился рассказывать.
Да и черт с тобой, золотая рыбка! Меньше знаешь — крепче спишь. А то женятся они по расчету, потом окажется, что и дружить с ними нельзя. Ну ее, такую правду, и так тошно от того, что имеется на данный момент.
— Демоническую сущность учует любая ведьма, не скроешь. Подожди, ты же не хочешь его оставить? — красноречиво уставилась она на меня, видимо, засомневавшись в умственных способностях одной попаданки.
— Так Дан с Рионом не ведьмы, а котик у меня в комнате живет, никаким ведьмам, кроме тебя, на глаза не попадается, — справедливости ради отметила я. — Преподаватель же говорил, что некоторые маги заводят себе подобных питомцев, это не карается законом Вэйтана.
Абигайль поджала губы, задумавшись. Я чувствовала, как в ней плещутся любопытство, азарт, и, вместе с тем, тревога и сомнения.
— Не карается, — подтвердила она, наконец. — Но служат подобного рода “питомцы” сильным магам, выполняя определенную работу. И это не платьице почистить к занятиям, и не ванную набрать, Беатрис, — с укором произнесла она. — Оставляй, раз уж тебе хочется. Но своим покровителям-друзьям тебе рассказать все равно придется. Только ты их уж подготовь заранее, а то они прибить эту тварюшку вместе с самим котиком на инстинктах умудрятся.
— Сама ты “тварюшка”, а я — творческая личность с определенными потребностями и благородным сердцем, — неожиданно раздался знакомый голос снизу.
Синхронно с Аби опустив головы, заметили торчащую из середины двери морду Бегемота.
— Что “творческая”, это уж точно, — пораженно отметила подруга. — Беата, он очень быстро подстроил тело твоего кота под себя, видимо из-за слабого духа животного. Вот, демоны! Удалить его, не причинив вреда носителю, теперь будет сложновато.
— Опять оскорбляешь, противная, — фыркнул Бегемот, проплывая, словно приведение, сквозь дверь и приземляясь мохнатой задницей у наших ног. — Я просто часто в скотину разную подселялся, опыт богатый у меня имеется, так-то вот, — деловито заявил он. — И девочке нашей ничего плохого еще не сделал и не планирую даже. Она ж мне как родная теперь, прям всеми фибрами отсутствующей души к ней проникся, понимаешь, али нет? С Земли она, бесприданница-одиночка, и я…одинокий, с богатым внутренним миром и жизненным опытом в несколько веков. Бегемот хороший, Бегемота надо беречь, — протяжно мяукнул он. — Имя-то какое удумала, а? Надо ж было так, затейница ты моя.
Тут уже я фыркнула.
Жаль, Абигайль все равно ничего не понимала, в отличие от нас с демоненком, что прожил в моем мире много лет.
 
Что ж, имя и правда очень удачное получилось — говорящее.
  
Глава 18. Любовь русалки, или спасибо, мама, что родила меня не водницей
 
— Ты уверена, что хочешь идти с нами, а не с ребятами, как планировала изначально? — расправив подол небесно-голубого сверкающего серебром платья, что облегало изящную фигуру девушки и струилось по ее ногам, снова спросила Ливайя.
Длинные волосы рассыпались по плечам белоснежной волной, словно морская пена. Подруга снова казалась самой настоящей русалкой: красивой, загадочной, привлекающей внимание.
— Это даже не обсуждается, — еще раз осмотрев себя в зеркало, поправила одну из шпилек, что удерживали элегантную прическу с забранными вверх волосами. Мастерица, соорудившая на моей голове эту прелесть, превратила меня в одну из принцесс.
Мне так понравился конечный образ, что я снова и снова проверяла, не собралась ли “прогуляться” из волос одна из чудесных шпилек с изумрудными камушками, что красиво переливались, преломляя падающий на них свет.
— Они зачарованы, Беатрис, тебе же сказали, что прическа не рассыпется, пока ты сама ей этого не позволишь, — цокнула языком Абигайль, уставшая от моих частых ощупываний прически.
Ведьма стояла в насыщенно черном платье, украшенном огромным количеством разного размера камней — таких же черных и невероятно красивых. В итоге, подругу словно окружала темная дымка, создавая невероятный образ колдуньи из сказки.
Волосы цвета вороного крыла были собраны наверх, голову украшал дивный серебряный гребень с теми же камнями, что красовались на платье.
— Это мой первый бал, девочки, — призналась я, даже радуясь тому, что, наконец, могу говорить с подругами открыто.
Мою тайну про попаданство теперь знала и Ливайя.
— Всем улыбайся, кокетничай напропалую, не танцуй с одним и тем же кавалером больше двух раз, — вставил свои нравоучительные пять копеек Бегемот, запрыгнув на стол. — Плюнь неприятелю в бокал, а Риона заставь беситься от ревности.
— Развоплотила бы ты его, пока не случилось чего… — дослушав наставления от нечисти, скривила губы ведьма.
— Ну, котик правильно все сказал, — робко улыбнувшись, вмешалась Ливайя. — Только плеваться не надо — это дурной тон, а ревновать даже полезно. Вот если бы моего избранника нужно было подтолкнуть к решительному шагу, я бы пошла на подобный поступок, — сверкнув голубыми глазами, уверенно произнесла девушка, но следом стыдливо опустила взгляд и сжала пальцы на руках, видимо решив, что сказала лишнего. — Наверное, — добавила она, испугавшись своей же решимости.
— Хорошая ты девчонка, русалочка, — решил утешить ее Бегемот, приблизившись к девушке и начав ластиться к ее ногам. — А вот полюбила не того, жалко. Чудесная невеста пропадает… А ведь дракончик так к твоим глазкам подходит, эх.
— Не пропадет, — по-своему поняла я слова кота. — Вон сколько мужиков вокруг вертятся, вся жизнь впереди у Лив, потом и не вспомнит эту слишком великостатусную шишку. Любовь — не смертельная болезнь, она лечится, — упрямо произнесла я, невольно вспомнив о разбившем мне сердце брюнете.
Одернув себя, решительно расправила плечи и в последний раз бросила взгляд на свое отражение. Алое платье струилось волнами к полу, мягкий корсет с квадратным вырезом красиво подчеркивал грудь, а длинные рукава из тончайшего шифона были объемными и столь искусно пошитыми, что напоминали крылья.
Направившись к выходу, распахнула дверь, подавая девочкам сигнал к выходу.
— Пойдемте уже покорять этот мир своей красотой, а то зря наряжались столько времени что ли? — первой скользнула я в коридор, отмечая отсутствие Риона и Дана.
Ну, хоть ждать нас не стали, и на том спасибо. Не хотелось учинять очередные разборки с отстаиванием своих прав прямо в коридоре.
Следом за мной появилась Ливайя.
Она шла, опустив взгляд в пол, но я заметила краем глаза тонкую влажную дорожку на идеально ровной светлой коже.