Орден хрустального черепа (СИ)

– Кто вы такие? Что вам здесь нужно?
Чертяка было подался вперед, чтобы продекламировать заученную легенду, но я опередила его и просто сдернула вуаль со своего лица.
– Мисс Кирстон? – воззрилась на меня девушка еще больше изумляясь. – Что вы здесь делаете?
– Правильнее будет спросить, что вы́ здесь делаете, – поправила я, оставляя без внимания ее вопрос. – Хотя, думаю, мы и так прекрасно знаем.
– Не понимаю, о чем вы, – развела руками фрейлина. – Этот флигель мне выделила ее величество.
– Я не об этом, – покачала головой в ответ и обличительно ткнула в нее рукой. – Нам известно кто вы такая и чем занимаетесь на самом деле!
Камилла Бувье ничего не ответила, лишь слегка нахмурилась и вопросительно уставилась на меня. Учитывая, что ко всем выводам, касающимся этой темной во всех отношениях персоны, я пришла самостоятельно, без чьей-либо помощи, то и право обвинительной речи негласно было предоставлено мне одной. И пока Крис, Шнырь и Камилла молча внимали, я один за другим, перечисляла факты ее виновности, упиваясь осознанием собственной догадливости. Это был мой звездный час!
– Вы состоите в сговоре с орденом черных магов и, возможно, являетесь их участником! Браслет с вашего рубинового гарнитура был обнаружен на одном из их незаконных сборищ! К вам приходят подозрительные люди, и вы ведете с ними подозрительные встречи по ночам на кладбищах! Вы так же приложили немало усилий для того, чтобы выжить меня из дворца!
– Я… – робко начала было леди Камилла, однако я не дала ей договорить.
– Вы подкупили портних города, чтобы они отказали мне в обслуживании перед маскарадом, неоднократно пытались возобновить отношения с герцогом Вирэ, – все эти воспоминания окончательно лишили душевного равновесия и меня уже понесло без оглядки прямо в пропасть. – Приложили все усилия, чтобы расстроить нашу свадьбу!
– Мисс Кирстон, вы похоже, слишком перенервничали, – осторожно обратилась женщина, когда я выдохлась и умолкла. – Если вы плохо себя чувствуете, могу порекомендовать вам отличного врача здесь, в Дархайме. Он быстро поставит вас на ноги.
– Не заговаривайте мне зубы, – злобно прошипела я. – С моим здоровьем все в полном порядке. А вот вам не мешает подумать о своем.
– Что вы имеете в виду? – уточнила Камилла.
– Или вы сейчас же рассказываете все, что вам известно об ордене чернокнижников и хрустальном черепе, или мы немедленно докладываем о вас его величеству, и следующие пятьсот лет вы проводите в застенках королевских казематов, – пригрозила я.
– Послушайте, мисс Кирстон, я все еще не понимаю, чего вы от меня добиваетесь, – вздохнула леди Бувье. – В чем я должна вам признаться?
Реакция женщины выглядела со стороны настолько искренней, что я на мгновение даже засомневалась в собственной правоте. А затем в моей памяти всплыл вечер, когда я несколько часов провела под дверью Рэда, собирая по осколкам собственное сердце, в то время как за дверью во всю веселилась эта подлая гарпия. Да, к тому времени на месте Тэтчерда уже был самозванец, но это вовсе не отменяет того факта, что леди Бувье не погнушалась запрыгнуть в постель чужого жениха.
Я едва сдержалась, чтобы не оттаскать ее за волосы прямо здесь и сейчас. Едва сдерживаясь, сквозь зубы процедила:
– В сговоре с тайным орденом чернокнижников.
– Да с чего вы это взяли, черт побери? – не выдержала фрейлина.
– Я уже сказала, браслет из вашего рубинового гарнитура был найден на одном из их сборищ, – напомнила ей.
– Это глупость! Как видите, на досуге я занимаюсь ювелирным делом, – она обвела рукой многочисленные приспособления в комнате. – Мне иногда приносят разные украшения для починки, в том числе и рубиновые.
– У меня есть свидетель, что мужчина в темном плаще передавал вам эти рубиновые украшения, – вспомнила я рассказ наблюдавшего за покоями фрейлины паука Тасилия. – Мы точно знаем, что они принадлежат вам.
– Пусть так, – пожала плечами женщина. – Это еще ничего не доказывает…
В этот момент за нашими спинами скрипнула, потихоньку отворяясь входная дверь и на пороге показался Тэтчерд. По-прежнему одетый в мешковатую одежду рабов Аль-Рахиль, с намотанным тюрбаном и повязкой, закрывающей половину лица, он был не узнаваем для всех остальных, но не для меня. В конце концов, я же лично его в это обряжала.
 
– Камилла, ты здесь? – тихо поинтересовался он и, углядев всех остальных изумленно поинтересовался. – А что вы все здесь делаете?
– Пытаются заставить меня признаться в связи с тайным орденом, – опередив меня хмуро ответила леди Бувье.
– Кира, ты опять за свое? – строго произнес Рэд сведя брови на переносице. – Я же просил тебя не приближаться к Камилле, предупреждал как это опасно!
– Но ведь она с ними связана! Я точно это знаю! Почему ты так настойчиво продолжаешь ее защищать? – в моем голосе сквозила обида.
Тэтчерд прошелся по комнате и, тяжело вздохнув, уселся на стул.
– Вы требовали признания от Камиллы, – начал он, снимая свою повязку и глядя прямо мне в глаза. – Но, похоже, признаваться придется мне…
Все присутствующие затаили дыхание и только леди Бувье смущенно отвернулась. Я тут же заподозрила неладное, но тут же облегченно выдохнула, когда Рэд произнес:
– Все это время Камилла работала на меня. Она тайно осведомляла меня обо всем, что происходит в кулуарах дворца. В том числе и о тайной деятельности некоторых его обитателей, – он снова строго посмотрел на меня. – Кира, я запрещал тебе приближаться к леди Бувье, потому что это было опасно и еще, потому что ты могла случайным образом навредить ее работе. А вовсе не для того, чтобы скрывать наши тайные встречи.
Это действительно обнадеживало. Теперь странное поведение Тэтчерда виделось совершенно в ином свете. Однако остался вопрос личной неприязни леди Бувье к моей персоне и его необходимо было прояснить здесь и сейчас.
– Тогда может быть леди Камилла поделиться причиной стойкой антипатии к моей скромной персоне? – за долгие годы жизни бок о бок я стала невольно перенимать манеру разговора своего фамильяра. – Зачем вы подкупили городских белошвеек не шить для меня наряд? А потом поздно вечером заявились в покои герцога Вирэ и не выходили оттуда по меньшей мере несколько часов? Зачем пытались убедить меня не выходить замуж и покинуть дворец?
Рэд вопросительно уставился на стоящую рядом леди Камиллу.
– Вы что-то путаете. Того, о чем вы только что сказали никогда не было, – нахмурившись пробормотала она.
– Да? Тогда давайте разберем все по порядку, – злорадно ухмыльнулась в ответ я. – Один из моих подручных слышал ваш разговор со служанкой. В числе прочего вы спросили можете ли теперь быть уверенной, что ни одна швея не обслужит «эту рыжую выскочку». И ведь действительно никто из них так и не согласился сшить для меня наряд, мне пришлось делать это самой.
– Ах, вы об этом, – глаза соперницы почему-то радостно заблестели. – Я действительно подговорила белошвеек не обслуживать одну бестию. Только речь шла вовсе не о вас, а о моей камеристке Луис. Она почему-то возомнила, что раз мой супруг проживает в городском доме один, то ей позволено занять там мое место. Эта рыжая ехидна заказала себе целый гардероб фривольных нарядов, в надежде привлечь его внимание. И где только она нашла на это средства…
– Тогда почему никто из белошвеек не взялся обслужить меня? – нахмурилась я.
– Понятия не имею, – с сомнением покачала головой женщина. – Возможно, потому что вы поздно к ним обратились и у них уже было слишком много заказов. А может быть их действительно кто-то подговорил этого не делать, только это точно была не я.
– Хорошо, как вы тогда объясните свой ночной поход в покои Азриэля? – от волнения я назвала Тэтчерда его настоящим именем.
Нечасто слышавший его в моем исполнении мужчина, бросил на меня взгляд полный теплоты и слегка улыбнулся.
– Никак, – спокойной ответила Камилла. – Вам это показалось. Я никогда не приходила в его покои. Если Азриэлю требовалась встреча, он всегда находил меня сам.