Без маски

— Что здесь происходит? — осведомился он.
— Я дочь графа Ньюкасла, — сказала девушка. — Не проводите ли меня до резиденции его величества короля Карла, сэр?
Офицер взглянул на нее с удивлением.
— О, миледи, я ведь служил под началом герцога Йорка вместе с вашим братом Генри. Уж он бы непременно вас встретил, если бы знал о вашем визите.
Офицер проводил Велвет к королевскому дворцу и, увидев у входа одного из придворных, сказал:
— Миледи, идите с этим человеком, а я позабочусь о вашей лошади, пока вы будете беседовать с королем.
По дороге в королевские покои придворный выразительно взглянул на девушку и осведомился:
— Вас ждут, миледи?
Велвет боялась, что ее прогонят, поэтому ответила:
— Конечно, ждут.
Придворный постучал в дверь, тут же открыл ее, и Велвет вошла в комнату.
Сидевший за дубовым столом мужчина поднялся на ноги и внимательно посмотрел на стоявшую перед ним девушку. Потом с удивлением пробормотал:
— Неужели Велвет? Неужели эта красивая молодая леди — та самая отчаянная девчонка, вечно обгонявшая меня на скачках? — Карл крепко обнял ее и поцеловал в щеку. — Твой отец не сказал мне, что ты будешь сопровождать его.
Велвет нахмурилась и спросила:
— Как, отец здесь?..
Карл кивнул:
— Да, был здесь, но сейчас он поехал навестить Генри. Может, расскажешь мне, что у вас случилось?
Он усадил девушку в потертое кожаное кресло и даже принес ей скамеечку для ног.
— Очень сочувствую тебе в связи с кончиной твоей матушки, Велвет. Она всегда была бесконечно добра ко мне, и я понимаю, как тебе ее не хватает.
— Похоже, одной только мне, — ответила девушка со вздохом. — Вы, наверное, уже слышали, что мной отец женился. Женился на Маргарет Лукас, бывшей придворной даме у королевы. Ах, я не в силах этого понять!
Карл опустился на стул рядом с гостьей, взял ее за руку и, заглянув ей в глаза, проговорил:
— Видишь ли, твой отец — известный своей доблестью кавалер и весьма привлекательный мужчина. Поверь, женщины всегда вешались ему на шею. Поскольку его военные предприятия большей частью заканчивались неудачно, он, по-видимому, решил в качестве компенсации одержать победу на любовном фронте. Вот и женился. Ты меня понимаешь?
— Но почему его жена так не любит меня? — пробормотала девушка.
Карл одарил ее чарующей улыбкой. Немного помолчав, сказал:
— Ты молода и очень хороша собой, Велвет, и она, наверное, видит в тебе… своего рода соперницу.
— Знаете, мне стыдно говорить об этом, — продолжала девушка, — но леди Маргарет заставила отца принять деньги от нашего родственника из Девоншира. А ведь наши девонширские родичи заключили пакт с этим дьяволом во плоти — Кромвелем, — чтобы сохранить свою казну и имения!
— Дорогая моя, в этом нет ничего для вас постыдного. Более того, если разобраться, то можно сказать, что это — блестящий политический ход. Ваша ветвь Кавендишей была в состоянии финансировать роялистское движение по той только причине, что графы Девоншир сохранили в неприкосновенности свои богатства. Это сослужит нам службу и в будущем.
— 3начит, в вашем сердце нет ненависти к графам Девоншир? Но они ведь договорились с Кромвелем…
— Полагаю, это был весьма разумный шаг, моя дорогая. Да-да, они поступили очень расчетливо. Думаю, что и мне в некоторых случаях следует поступать так же. — Карл ухмыльнулся и добавил: — Я, например, намерен вскоре жениться. На особе королевской крови, разумеется, и с соответствующим приданым.
Сердце Велвет болезненно сжалось.
— Вы готовы пойти к алтарю без любви? — спросила она.
— О, святая невинность! — Чарлз рассмеялся. — Я не могу позволить себе такую роскошь, как любовь. Оглянись вокруг. Мне приходится выпрашивать, занимать или даже выманивать всевозможными способами каждое пенни, чтобы расплатиться за эту убогую мебель, за свечи в этом доме и за каждую тарелку с едой. Но денег, чтобы платить солдатам, у меня нет. Я уже не говорю об очень значительных средствах, которые требуются для фрахта кораблей, необходимых для вторжения в Англию. Я давно уже обещал это верным мне людям, и они, бедняги, еще с прошлого года ждут у шотландской границы, когда я высажусь. Как видно, напрасно…
 
— О, у вас огромные проблемы… — Велвет вздохнула. — Мне стыдно, что я явилась к вам со своими ничтожными жалобами, что отнимаю у вас время, ваше величество.
— Не надо именовать меня «величеством»; дорогая. Мы ведь друзья, не правда ли? Так что прими дружеский совет: попытайся разобраться со своими проблемами самостоятельно, я же буду пытаться решить свои. Думаю, что при некотором терпении и здравомыслии нам это удастся.
Их разговор прервал стук в дверь. Вошел граф Ньюкасл. Он был вне себя от ярости из-за того, что его своевольная дочь последовала за ним в Брюгге, даже не удосужившись поставить его об этом в известность.
— Уильям, я запрещаю вам осуждать поступки мистрис Кавендиш, — заявил Чарлз. — Считаю вашим промахом то обстоятельство, что вы, направляясь с визитом в Брюгге, не взяли ее с собой.
«О, Чарлз, как же я люблю вас!» — мысленно воскликнула Велвет. Увы, она не могла сказать ему об этом. И наверное, никогда не сможет.
Долгое возвращение обратно предоставило графу и его дочери возможность откровенно поговорить. Велвет ничего не скрыла от родителя, даже поведала ему о своих истинных чувствах к леди Маргарет.
— Моя дорогая Велвет, — сказал граф, — я привык думать о тебе как о маленькой девочке, но теперь вижу, что ты уже совсем взрослая и не нуждаешься в опеке и наставлениях мачехи. К сожалению, я думал лишь о своих собственных интересах и совсем упустил из виду твои. А между тем хорошо известно, что две взрослые женщины редко бывают счастливы, проживая под одной крышей. Я же, пытаясь добиться этого, был несправедлив к вам обеим.
— Отец, я долго пыталась держать язык за зубами, но все дело в том, что Маргарет не любит меня. Должно быть, ее угнетает необходимость делить тебя со мной.
— О, дорогая, ты поймешь ее чувства, когда сама выйдешь замуж. Между прочим, тебе в твои двадцать лет пора бы уже обзавестись мужем и жить своим домом. Увы, жизнь в изгнании лишила тебя этой возможности.
Велвет вспыхнула. Ей частенько приходила в голову мысль о том, что в свои двадцать лет она все еще не замужем. Более того, она боялась, что еще год-два — и ее, так сказать, положат на полку, словно ненужную вещь. И тогда ей придется на всю жизнь остаться старой девой.
— Ты бы хотела вернуться в Англию, дорогая? — спросил отец.
— Я думаю об этом почти постоянно, — ответила Велвет со вздохом.
— А знаешь что?.. Пожалуй, я напишу графу Девонширу и попытаюсь договориться о твоем возвращении. Если он пообещает помочь, мы переправим тебя через пролив за одну ночь.
Велвет не очень-то хотелось жить со своими девонширскими родичами, выказавшими предпочтение Кромвелю, Но она знала, что если она окажется в Англии, то ей больше не придется встречаться с Маргарет и обмениваться с ней неприязненными взглядами. Сделав над собой усилие, она задала наконец вопрос, долго мучивший ее:
— Отец, а есть ли какие-нибудь сведения о моем… суженом?
Граф Ньюкасл нахмурился и проворчал:
— На твоем месте, Велвет, я бы выбросил из головы все мысли об этой давней помолвке. Слишком много изменений произошло в стране за все эти годы. Думаю, граф Эглинтон будет не в восторге, если его наследник женится на девушке без приданого.
Уязвленная словами отца, Велвет заявила:
— Я вовсе не горю желанием вступить в брак с наследником Эглинтона. Более того, я очень рада, что наше обручение уже не имеет законной силы. И если честно, то я даже не помню, как выглядит этот человек, — солгала она, совершенно не краснея.
— Ну, видишь ли… — Отец немного помолчал. — Если реставрация все-таки произойдет, если король Карл воссядет на трон, а мы вернем свои конфискованные парламентом поместья, то тогда ваш союз снова станет весьма желанным для Эглинтона.