Без маски

— Тогда и выезжать не стоило, — проворчала графиня. — Нет, мистер Берк, мы должны добраться до палаты общин, чтобы продемонстрировать поддержку парламенту. Скажите Дэвису, чтобы повернул направо и остановился около Савойского дворца. Там мы выйдем из кареты и доберемся до места пешком.
Сопровождаемые мистером Берком, Велвет и Кристин с трудом проталкивались сквозь толпу на Чаринг-Кросс, направляясь к Сент-Джеймсскому дворцу. Им понадобилось около часа, чтобы добраться до окружавших дворец лужаек, наполненных тысячами возбужденных лондонцев, требовавших роспуска парламента и отставки Ричарда Кромвеля.
— Сумасшествие какое-то! — вскричала Кристин, когда их с Велвет едва не смяла толпа. — Ну как же мы доберемся до парламента?!
— Парламент разбежался, леди, — сказал краснолицый субъект, стоявший рядом. — А здание парламента сейчас занимают солдаты Ламберта.
— О Господи!.. — воскликнула Кристин. — Лондон во власти военных!
Какой-то хорошо одетый мужчина, едва не сбивший Велвет с ног, в испуге прокричал:
— Солдаты добрались до погребов Уайтхолла и сейчас разбивают винные бочки!
Где-то впереди неожиданно грохнул выстрел. И в тот же миг мистер Берк схватил графиню под руку и поволок из толпы. Минуту спустя вновь прогремели выстрелы. В толпе поднялся крик, и началась давка. Велвет, оказавшаяся в полном одиночестве, пыталась вырваться из толпы, но люди окружали ее со всех сторон, и у нее ничего не выходило. Конные солдаты пытались как-то контролировать ситуацию, но и у них мало что получалось. Тут Велвет вдруг заметила, что многие лошади уже носятся по площади без всадников. И одна из них внезапно оказалась рядом с ней. Велвет рванулась к ней и схватила ее — под уздцы. И тут раздался знакомый голос:
— Велвет, о Боже!.. Что ты здесь делаешь?!
В следующее мгновение она почувствовала, как его сильная рука обхватила ее за талию подобно стальной ленте. А потом она оказалась в седле впереди Грейстила, успевшего взобраться на лошадь, которой она хотела воспользоваться сама, но не смогла.
Она посмотрела на него в изумлении. Как он узнал, где она находится? И что он делал среди этой обезумевшей толпы? Затем ее взгляд упал на его форму, и она невольно отпрянула от него. Затем, побелев от ярости, принялась молотить его кулачками в грудь.
— Опусти меня на землю! Я не могу находиться рядом с тобой! Мы с тобой враги!
— Где твоя карета? — спросил он, нахмурившись.
— Ты самоуверенный осел! И ты очень ошибаешься, если думаешь, что спас меня! Я бы и сама управилась с лошадью! — закричала Велвет.
— Никогда не сомневался в твоих способностях управляться с лошадьми. Однако не мог не усомниться в твоих умственных способностях, когда увидел, как ты бросаешься в обезумевшую толпу. Так где же твоя карета? Отвечай скорее, поскольку я не буду спрашивать дважды!
— Мы оставили ее у Савойского дворца, — проворчала Велвет. — Я сохранила твой гнусный секрет, не стала говорить о твоей связи с «круглоголовыми». Но теперь Кристин и мистер Берк собственными глазами увидят, кто ты такой!
Грейстил повернул лошадь в сторону реки. Затем пересек лужайку и стал спускаться по склону к набережной Темзы.
У Йорк-Хауса Велвет сделала попытку удрать от него — скользнула с лошади и побежала во все лопатки. Но он тут же соскочил с лошади и, догнав ее, подхватил на руки. После чего снова усадил в седло впереди себя. В конце концов они добрались до Савойского дворца, где стояла карета леди Кавендиш. Грейстил тут же усадил Велвет в экипаж, и мистер Берк, взглянув на него, сказал:
— Спасибо Господу, милорд, за то, что вы нашли ее.
— Господь здесь ни при чем, — проворчал Грейстил. — Просто ее рыжие волосы полыхали посреди толпы как факел. — Понизив голос, он добавил: — Завтра я отправляюсь на север.
Мистер Берк кивнул:
— Желаю удачи, милорд.
Эдинбург, Шотландия
— Когда я уезжал, в Лондоне царил хаос, — сообщил Грейстил. — Генерал Ламберт разогнал парламент, а армия настроила против Ричарда Кромвеля чернь, чтобы тем самым вернее добиться его ниспровержения.
 
— Ну, толпа — это не народ, — заметил Монк. — Так что же говорят люди?
— Говорят, что военное правление — истинная чума для всех. И почти все возмущены разгоном парламента. Лондонские подмастерья и школяры начали сбор подписей под петицией протеста и уже собрали более двадцати тысяч подписей. Они пытались передать свою петицию в Гилдхолл в тот день, когда я уезжал, но конные солдаты помешали им сделать это. А солдаты стреляли в толпу, Полагаю, настало время для решительных действий с вашей стороны, генерал.
— Возвращение к парламентскому правительству — совершенно необходимый шаг в данной ситуации, — сказал Монк. — Я постараюсь убедить в этом офицеров армии. Мои войска и я ясно дадим понять, что мы за возвращение депутатов парламента в свое привычное обиталище.
— А может, выступить с заявлением в пользу реставрации монархии?
— Нет. Еще нет. — Монк покачал головой. — Пока мое письмо дойдет до Лондона, генерал Ламберт успеет направить свои войска на шотландскую границу, чтобы противостоять мне. Но несомненно, будет разбит, — с невозмутимым видом добавил Монк. — Расскажите, как Карлу Стюарту удалось перевезти свой двор в город Бреда в протестантской Голландии, не вызвав раздражения испанцев?
— Он просто сказан им, что хочет навестить свою сестру Мэри. И знаете, генерал… — Монтгомери понизил голос: — Генерал, если вы поддержите Карла Стюарта всеми своими силами, он непременно назначит вас главнокомандующим.
— Когда я разобью Джона Ламберта, то и так стану главнокомандующим, — заметил Монк с усмешкой.
— Но его величество готов также пожаловать вам титул, — продолжал Грейстил.
— Он присовокупит к графскому титулу и соответствующие земельные владения, не так ли?
— Да, возможно. Вообще-то он готов предложить вам герцогство. — Монтгомери сунул руку в карман куртки и извлек оттуда лист бумаги. — Вот соответствующий документ. Уже подписанный, между прочим.
Монк тут же протянул руку к бумаге, и Грейстил понял, что ему удалось подцепить генерала на крючок.
Чтобы не терять попусту время, лорд Монтгомери поднялся на борт голландского торгового судна в шотландском порту Лейт и добрался до Бреды через два дня после того, как распространилось сообщение о том, что протекторат Ричарда Кромвеля прекратил свое существование.
— Мои родственники отмечают падение протектората Кромвеля, но без парламента Англия обречена на военное правление, — говорил Карл Стюарт, тут же назначивший Грейстилу аудиенцию.
— Это будет продолжаться недолго, сир. Монк отправил в Лондон заявление, осуждающее действия Ламберта. Он знает, что это заставит генерала Ламберта выступить в северном направлении. И Монк со своими войсками готовится в ближайшее время пересечь шотландскую границу.
— Жизнь научила меня тому, что военное счастье переменчиво.
— Монк победит, я уверен, сир.
— Но согласится ли он после этого объявить о реставрации монархии?
— Согласится. Когда решит, что для этого настало время. Когда Джордж Монк посчитает, что полностью готов к этому, он непременно объявит о реставрации, ваше величество. Даю вам слово.
Чарлз с усмешкой пожал плечами:
— А вот я в этом не уверен. Но если так, то когда же он будет готов к этому?
— Когда войдет со своими войсками в Лондон. Гарантирую, что все будет именно так, сир.
  
Глава 11
 
— Чарлз возвращается в Англию! — Велвет бросила нa стол утреннюю газету и, улыбнувшись сиявшему мистеру Берку, заключила в объятия Кристин.
Графиня радостно засмеялась:
— Я никогда не сомневалась, что он воссядет на английский престол, как никогда не сомневалась в наступлении весны после долгой холодной зимы.
— А «круглоголовые» покинули Ламберта, когда выяснилось, что у него нет денег, чтобы заплатить им, — продолжала Велвет. — Причем некоторые из них переметнулись к Монку. Войдя в Лондон, Монк стал главнокомандующим и, по сути, диктатором всей Англии. Однако он объявил о выборах в новый парламент, хотя не мог не знать, что это будет самый роялистский парламент за последние десятилетия. Чрезвычайно глупо с его стороны, вы не находите?