Оранжерейный цветок (ЛП)

Я прижимаюсь лбом к его груди и наблюдаю за тем, как двигается его рука под моими трусиками. Он немного меняет угол и снова находит то самое место. Другой рукой он придерживает меня за затылок. Повинуясь потребности и инстинкту, я раскачиваю бедрами так, чтобы его пальцы толкались ещё глубже. От новых ощущений я начинаю громко стонать.
— Полегче, — шепчет он. И теперь, когда мы находимся так близко, он стягивает мои трусики к бедрам и показывает мне, что он делает.
От одного лишь вида руки Райка прямо у меня между ног, его пальцев полностью внутри меня, я чуть не упала за грань реальности.
— Райк, — ахаю я. — РайкРайкРайк, — я впиваюсь пальцами ему в спину и продолжаю покачивать бедрами в такт движениям его пальцев. Такое ощущение, словно я взбираюсь на великолепную гору, к которой, не могла подумать, что смогу приблизиться. И именно Райк помогает мне взобраться на неё.
Он снова укладывает меня на спину, но не отстраняется. В результате Райк нависает над моим телом, находится так близко ко мне. Он полностью одет, а я лежу голая, но даже при этом, я чувствую себя в безопасности, оказавшись в полной его власти.
— Не останавливайся, — стону я. — Райк, — я хватаю его за бицепс для поддержки.
Я встречаюсь с его жаждущим взглядом, прежде чем мои пальцы на ногах подгибаются, спина выгибается, а глаза закатываются. Каждая частичка меня взрывается, словно тысяча фейерверков распускается в моей голове и теле.
И я улетаю.
Впервые в жизни я достигаю оргазма.
Наконец-то.
Райк оставляет пальцы внутри меня, пока мое дыхание замедляется, и сжимаюсь там еще пару раз.
Я смеюсь, поскольку это было самым лучшим ощущением, которое я когда-либо испытывала в своей жизни. Точка. А ведь он даже не вошел в меня своим членом.
— Лучше, чем шоколад? — спрашивает он, вытирая мои все еще приоткрытые губы. Его предплечье находится возле моей головы, помогая удерживать его тело, пока он смотрит на меня сверху вниз.
— Не знаю, — тяжело дышу я. — Думаю, нужно проверить еще пять или шесть раз, чтобы я смогла дать окончательный ответ, — игриво улыбаюсь я.
— У меня складывается гребаное предчувствие, что мы узнаем твой ответ довольно быстро.
— Мне нравится твое предчувствие, — отвечаю я.
— А мне нравится смотреть на тебя, когда ты кончаешь, — говорит он, словно это какая-то простая вещь. Но для меня это совсем не просто.
— Насколько?
Он целует меня в здоровую щеку, а затем шепчет: — Больше, чем ты, блядь, можешь себе представить.
Черт. Он скользит своими пальцами из меня, вытирая их об одеяло, а затем очень медленно стягивает мои мокрые трусики. Настолько медленно, что мое тело снова сжимается. Теперь, когда на мне нет больше трусиков, я переворачиваюсь на живот и стону в одеяло.
— Просто возьми меня здесь и сейчас, — говорю я, зарывшись лицом в одеяло.
Райк стоит на коленях и приподнимает меня за бедра, так чтобы я тоже встала на свои.
— Я так с женщинами себя не веду, — говорит он, сжимая мою попу.
— Ты пытаешь их, — говорю я, поворачивая голову. — У меня не получится кончить дважды, перед тем как мы займемся сексом.
— Черт, ты хочешь поспорить? — спрашивает он, прищурив глаза.
Я ухмыляюсь: — Да, хочу. Давай сейчас это и проверим.
— У нас не так много времени, — говорит он, закрывая тему. Но попробовать стоило. Райк вытирает одеялом у меня между ног, затем быстро хватает меня за талию и ставит на ноги. Я стою перед ним совершенно голая. Наблюдаю, как он достает чистую пару трусиков из сумки.
Потом он помогает мне их надеть. И после того, как мягкий хлопок касается моих бедер, Райк надевает на меня футболку, а затем держит шорты так, чтобы я могла в них влезть. Его забота обо мне перешла на какой-то новый уровень. И от этого я чувствую себя больше, чем просто любимой. Я чувствую, что я действительно принадлежу ему.
Я держусь за его шею, пока он застегивает молнию на моих шортах, его тело снова так близко ко мне. Он просовывает пуговицу в петельку, его мышцы сжимаются от напряжения. Мое дыхание становится прерывистым. Как такое возможно? Я только что испытала оргазм.
 
Я поднимаю взгляд на него, после того как он заканчивает меня одевать.
— Думаю, я получила ответ на свой вопрос.
— Какой вопрос?
— Я собиралась спросить тебя, означает ли моя рана конец для нас.
Он хмурится: — О чем ты, блять, говоришь?
И даже замечая, как изменились его черты лица, становясь темными и сердитыми, я не отступаю. Я цепляюсь за каждую опасную сторону Райка.
— Я просто думала, что ты захочешь обратно стать просто друзьями после того, что случилось с моим лицом.
Его замешательство сменяется жестким, сердитым взглядом.
— Я с тобой не потому, что ты чертова модель.
— Знаю.
— Очевидно, что нет.
— Теперь знаю.
Ему такой ответ не понравился.
— Не думал, что мне придется объяснять тебе это, Кэллоуэй.
— Теперь я в замешательстве.
Он качает головой: — Я не встречал ни одной чертовой девушки, с которой хотел бы быть вместе дольше, чем на месяц, но потом я подружился с тобой…
Я перебиваю его: — И я подумала, что ты мог бы снова стать моим другом.
— Нет, ты подумала, что я снова захочу стать твоим другом. Ты думаешь, я с тобой только потому, что ты охеренно прекрасна? Дэйзи, я был бы с тобой с того момента как только тебе исполнилось восемнадцать. Но заниматься сексом с горячей девушкой, которая чертовски меня возбуждает, не стоит того, чтобы рисковать отношениями с моим братом.
Я начинаю тяжело дышать: — Тогда ради чего стоит рисковать?
— Ради того, что происходит между нами, — отвечает он. — Я люблю тебя, и это не просто физическое влечение, — он берет мою гладкую щеку и смотрит глубоко в мои глаза. — Я люблю тебя, Дэйз, потому что ты, черт возьми, самая дикая девчонка с самым большим сердцем. И без тебя в моей жизни, — он качает головой, словно даже предположение немыслимо, — я был бы самым несчастным гребаным парнем.
От его слов меня переполняет куча эмоций. И несмотря на то, что его речь некрасноречива, с его уст она звучит идеально — потому что эти слова соответствуют Райку Мэдоузу. И я сосредотачиваюсь на наиболее важных словах.
— Ты любишь меня, — выдыхаю я.
Он издаёт короткий смешок.
— Ты такая чертова девчонка.
— Скажи еще раз.
Он широко улыбается, от чего по всему моему телу бегут мурашки.
— Я чертовски люблю тебя, милая.
Я наклоняюсь, чтобы поцеловать его, забывая о своей боли, но Райк удерживает меня за подбородок, контролируя соприкосновение наших губ, которые отчаянно жаждут большего. Прежде чем наш поцелуй становится диким и страстным, он прикасается губами к моему лбу и шепчет: — Я никуда не денусь.
Никогда не думала, что отношения могут быть столь чувственными, духовными и лишь потом физическими. Теперь я задаюсь вопросом, происходит ли у нас все задом наперед или все шло верным путем с самого начала?
Верно. Я нашла единственного человека, который делает меня самой счастливой, но в голове возникает вопрос: как долго он будет со мной. Интересно, не слишком ли много внешних сил хотят разлучить нас.
Теперь я буду принимать каждый день таким, какой он есть.
Буду жить в моменте с Райком Мэдоузом.
И когда я умру, хочу, чтобы эта фраза была на моем надгробии.
  
29. Дэйзи Кэллоуэй
 
Джанет отдает мне пластиковый пакет с моими ценностями и окровавленную темно-бордовую водолазку, которая была на мне в ту ночь. Я надеваю золотое кольцо на большой палец, в то время как Райк расхаживает по коридору и разговаривает с кем-то по телефону, в ожидании меня.
— Вам необходимо подойти к окошку кассира, и там вам выдадут счет за лечение.
Я киваю.
— А плата за скорую помощь включена? — я не знаю, как работает медицинская система во Франции.