Вредная. Запретная. Моя (СИ)

Аракчеев молчал, я о себе ему тоже не напоминала. А потом и вовсе забыла, когда приехала к Леше. Не мигая он смотрел на мой чемодан, потом молча приподнял левую бровь.
— Это не обсуждается. — Я прошла в коридор. — Пока ты не придешь в себя, я буду жить здесь. Раз ты отказываешься переезжать ко мне.
За спиной хлопнула дверь — Смирнов стоял рядом со мной, держа в руке чемодан. Потом все также молча покатил его в свою комнату. Мне не очень здесь нравилось, я не скрывала этого — в такой квартире я бы никогда не согласилась жить, но не могла я оставить Смирнова одного. Точнее говоря, это я не хотела оставаться одна. Рано или поздно мое помешательство пройдет, я не верила в «долго и счастливо» у нас с Лешей. Оно совершенно невозможно, но сейчас я не могла и не хотела себя останавливать.
— Я могу спать на кухне, если хочешь. — Он замер у двери в комнату, ожидая моего ответа.
Господи, какие же мужчины иногда идиоты! Даже такие умные и славные, как мой стажер!
— Не хочу, — не отрывая взгляда от телефона, буркнула я.
— Саш, — послышался прерывистый вздох. — Я… не так плох, чтобы не чувствовать тебя рядом. Просто спать рядом у меня вряд ли получится…
Я встала с дивана и, подойдя к Леше, положила его ладонь на свою щеку. Слова были не нужны. Я смотрела в его зеленые глаза и видела в них… любовь? Я не знала ответа, лишь чувствовала, что эта ночь станет для нас другой, совсем не случайной.
Лениво потянувшись, я чуть приоткрыла глаза, пошарила рукой по дивану… Не приснилось. Слава богу!
— Ох, — раздалось над ухом. — Проснулась?
Не отвечая, я прильнула к горячему мужскому телу и счастливо улыбнулась. Здорово, что не надо никуда сбегать, как в наш первый раз. И рядом со мной вовсе не случайный безымянный любовник, а мужчина, в которого я наверное немного влюблена. Ладно, без «немного». Но он об этом никогда не узнает.
— Как спалось? — Леша медленно водил ладонью по животу, отчего у меня по телу пробегали импульсы возбуждения.
— Отлично, но мало. — Я тоже решила дать волю рукам, с радостью наблюдая за реакцией Смирнова. — Спать всю ночь мне не давал.
Я видела в его взгляде неподдельное восхищение. Так на меня никто не смотрел — с обожанием и нежностью, словно я для него — все в этом мире.
— Хочу, чтобы так было всегда, — неожиданно для себя сказала я, не требуя признаний от Леши. Притянула его к себе, совсем позабыв о том, что у него сломаны ребра и он далеко не здоров.
— Тише… тише….
Я покорно откинула голову на подушку и прикрыла глаза. Когда, интересно, я стала такой покорной? Но зачем тупить и доказывать своему мужчине, что я главная в постели? Что за чушь.
Впрочем, все мысли — и правильные и неправильные — мигом вылетели из головы, едва Лешины губы коснулись моей груди. Тело моментально отреагировало на ласку, словно и не было изматывающей ночи. Я тихо всхлипнула: пусть нам всегда будет хорошо вместе…
Второй раз я проснулась уже днем и одна. Судя по запахам, доносившимся с кухни, мой стажер еще и готовить умеет. Мне не хотелось слезать с дивана — сегодня была суббота, и я как никто заслужила право поваляться в постели. Поэтому, потянувшись к телефону, принялась листать ленту. Новости о папе старательно обходила стороной. Во-первых, пишут много «желтухи», а во-вторых, я ждала, когда наконец смогу с ним увидеться.
В личке было полно сообщений, но я не успела их толком прочитать, потому что мне позвонила… Абрамова. Ну надо же, вспомнила обо мне.
— Неужели соскучилась, Ксюш?
Я не скрывала свой сарказм. Подруга, по сути, кинула меня одну разбираться со всем дерьмом, в котором я оказалась после папиного ареста. Понятно, что за нее предки решили, но хотя бы звонить через день можно было?!
— Привет, Алекс! Как дела?
Ксюха моего недовольства точно не ощутила. Она явно чувствовала себя клево, судя по ее веселому голосу и битам на заднем фоне.
— Лучше не бывает, Ксюш! — Не удержавшись, я добавила: — Еще в постели лежу, все утро встать не давали, про ночь я уж промолчу.
У Абрамовой вечные комплексы на тему секса и отношений. Нет, у нее были парни, и их было намного больше, чем у меня, но все какие-то не те. По ее словам. И да, иногда я веду себя как стерва и совсем не жалею об этом!
 
— Э… Не с Артуром же? — после минутной паузы произнесла Ксюха. — Значит, это правда, да?! У тебя новый мужчина?
— Да. — Я улыбнулась, пусть даже мысль, что лучшая подруга позвонила мне впервые за несколько недель только ради этого, меня совсем не грела. Хотя… сама виновата, Саш, нечего было хвастаться.
— И… кто это? — нетерпеливо спросила Ксюха. — Артур знает? Ты так быстро его забыла…
— Ксюх. — Я невольно повысила голос. — Вообще-то, я застала его с секретаршей! Мне что, слезы лить и в монастырь идти из-за его измены?! Ты не представляешь, что этот гад еще устроил!
— Мне сказали, ты какого-то парня на днях разыскивала. — Абрамова быстро сменила тему. — Полгорода подняла на уши, кто-то уже успел забыть, что ты… ну… в тусовке.
— Это ты успела забыть обо мне, Ксюш! — Я все-таки слезла с дивана и начала одеваться. — Ты ни разу толком не поинтересовалась, в каком аду я оказалась…
— Судя по всему, не в аду, Саш! Раз уже мужика нового себе нашла. Кто он? Я его знаю? У вас все серьезно или назло Артуру?
— Не знаешь и не узнаешь, Ксюш. — Меня понесло — я была очень зла на подругу, которая только сейчас обо мне вспомнила. — У нас все очень серьезно. Гудбай, Абрамова!
Когда после ванной я наконец заглянула на кухню, на столе меня ждал поздний завтрак или, скорее, обед. Мне стало непривычно стыдно — нет, я не считаю, что раз я женщина, то обязана готовить, но Леша еще был не в форме.
Или я ошиблась и он очень быстро умел восстанавливаться? Потому что сразу после еды он повел меня на прогулку. Погода была солнечная, но не слишком жаркая — совсем недавно закончился дождь.
— Ты фанат парков, да, Смирнов? — Я шутливо похлопала своего стажера по плечу. — Второй раз меня ведешь гулять среди деревьев.
— Смотри, какая радуга! — Леша показал рукой на небо. — Двойная.
— Главное, чтобы не тройная. — Я решила не проверять и не смотреть вверх. — Я не фанат этого природного явления.
— Почему так? — заинтересованно спросил Смирнов.
Другого я бы сразу послала за такое любопытство. Собственно, Ксюха тоже спрашивала, но Леша — это Леша. Я покосилась на него, обдумывая, говорить или нет, и все-таки решилась.
— Обещай не ржать, Смирнов! Иначе спать будешь сегодня на кухне. Я понимаю, что это вообще, может, пранк какой был, но я была ребенком. Мне было семь лет. И… вот ты не веришь, но проклятия существуют!
— Не верю, конечно, — улыбнулся Смирнов и поднес мою руку к своим губам. — Продолжай.
— Короче… я очень плохо поступила. — Рассказывать историю пятнадцатилетней давности оказалось нелегко, особенно когда на меня так внимательно смотрел Леша. — Даже для меня перебор. Мы с мамой шли по нашему двору, ты меня как раз туда пригласил на свидание… Там был мальчик… юноша уже, наверное, тоже с мамой, но он был старше меня. Светленький такой и глаза зеленые, почти как у тебя, только страшный как смерть. Что-то у него с лицом было не так, худой еще, короче, больной очень. И вроде мать его Алексеем называла… извини, ненавижу поэтому это имя. Но сейчас я уже совсем не уверена в имени. Я пацана потроллила слегка… ну как слегка… не слегка. Его мамашка возмутилась, я и ее обозвала и… А потом еще парня этого в лужу толкнула, он упал…
Я не смотрела в глаза Леше. И какой черт меня дернул за язык в таких подробностях рассказывать?! Сейчас я понимала, насколько стремно выглядел мой поступок. Хорошо еще удержалась и не сказала, что голую задницу показала мамашке этого пацана.
— Упал? — переспросил Леша и подбадривающе добавил: — Но ведь встал, наверное? Не убила же ты его?
— Нет, конечно, но он такой хилый был, говорю, болел, наверное. А потом эта бабка… Я ее видела в нашем дворе дважды, папе говорила, что она меня пугает! Но папа же меня не слушал вообще!