Ратибор. Окталогия (СИ)

– А что, мы куда‑то торопимся?
– Да, рыжий! На твою смерть! – гаркнул раздражённо Зелим, после более спокойно проверещав: – А если серьёзно, заковырка у нас, практически неразрешимая: колышки, на которые шлёпнулся куспар, добрым ядом смазаны были! Рассчитано на то, что коли удастся леопарду не сильно пораниться и выпрыгнуть из ловушки, то выжить всё равно не сможет; дакийская отрава своё дело знает, медленно, но верно убивая несчастную жертву. И противоядие уже поздно давать, со жратвой смешивая; там ежели в течение пары‑другой часов не отведать соответствующего снадобья, то усё, далее можно не рыпаться; яд по тулову расползается, аки чёрная проказа, и никак уж не изничтожить его…
– То есть, проще говоря, косматик умирает?
– Именно так, варвар. Потому если мы хотим свести вас в поединке, то времени сидеть и ждать, когда лохматое страшило исхудает да приляжет от накатившей слабости, у нас нет! Оно ведь может банально окочуриться раньше срока! Посему решено было тебя везти к нему в Яму! Император сначала артачился, а потом махнул согласно рукой, заявив что‑то вроде, мол, пусть даже не удастся лицезреть воочию, но хотя бы услышать о поражении русича тоже сойдёт! Оттого мы и трясёмся третий день по этой ужасной разухабистой дороге! Что за безобразие, вообще! Я городничему Байбариану, хоть и не знакомы лично, сейчас всё выскажу, не постесняюсь в выражениях! Пускай подлатает Щербинистый тракт, иначе тут себе вскорости шею можно будет легко свернуть, просто идя пешочком до града; вся стёжка в громадных выбоинах!.. Коней только гробить!.. А у тебя, дикарь, поди, уж задница болит по этим колдобинам трястись, а?!. Ну чего поделаешь – терпи, хе‑хе!..
– Смотрю, сладил отличные ножны для моего палаша, – сменив тему, Ратибор хмуро зыркнул на было отвратно загоготавшего наследника рода Тупсов. – Одобряю.
– Агась! Наконец‑то заметил! Давненько уже!.. Целое состояние отвалил! – тут же принялся хвастаться довольный Зелим. – Из древесины столетнего дуба сварганены! Внутри соболиным мехом обшиты, сверху – кожей буйволиной, всё как полагается! На конце кожуха – вифирийская сталь! Подогнан, естественно, меч к ножнам идеально! Мастер своё дело знает, недаром содрал три шкуры за работу… Но она того стоит! – тысячник в который раз не преминул похвалиться двуручным палашом Яромира, пристроенным в добротные, очень ладно скроенные ножны. – Единственное только, рыжий, хе‑хе, – надменный аскер ядовито хихикнул, – клинок этот не твой уже, а мой, заруби на своём нахальном носу!..
Третьи сутки ехала возглавляемая Зелимом колонна шалмахов в сотню воинов, сопровождая в Дулмас повозку с Ратибором. В качестве почётного визитёра, дабы придать и без того внушительной процессии ещё большего веса, а также просто из праздного интереса, в хвосте ватаги, в императорском паланкине мертвецким сном дрых в очередной раз налакавшийся в хлам Джушукан.
Между тем рыжеволосому гиганту за год пленения страсть как приелись оковы с решётками. Но на предложение строптивого витязя выделить ему доброго коня Зелим лишь гадко рассмеялся, велев опять заковать варвара в кандалы да посадить в ту же самую клетку, в которой его, как дикого зверя, привезли в Нурязим. Тысячник явно как огня боялся могучего русича, ибо регулярно имел возможность лицезреть на арене, насколько тот хорош в бою. Вместе с тем надменного оса прямо‑таки распирала изнутри гордость от доверенного ему самим властителем важнейшего задания по доставке дикаря в Яму. Но данное поручение являлось лишь вершиной айсберга, ведь Эдиз также не забыл упомянуть, что коли огнегривый пленник падёт смертью храбрых в неравном бою с легендарным чудовищем, то в императорской ложе особо никто не расстроится.
– Денег он уже давно не приносит, – из меркантильных соображений поддержал тогда старшего брата Джушукан, у которого, совершенно очевидно, поменялись планы в отношении Ратибора, – ибо кто же в своём уме против рыжего медведя поставит? Зато убытков с него – не счесть! Скольких бойцов положил, а⁈ Ну а новых громил заманить теперича в Кузгар, ента та ещё нелёгкая задачка; баснословные суммы нынче все требуют за участие! В общем, коли так продолжаться будет, разорит меня этот русич, так что пришла пора от него избавиться. Конечно, не без выгоды для нас; ведь на проигрыше доселе непобедимого варвара можно знатно навариться!..
 
Зелим отлично понял непрозрачные намёки высокородных особ из рода Кайя, спешно пообещав, что сделает всё от него зависящее, дабы непокорный ристальщик не пережил встречу с мохнатым страшилой из древних преданий, про себя лишь вознадеявшись, что будущий противник Ратибора и взаправду так могуч и грозен, как про него балакают.
– Ну а коли всё же случится такое чудо, что вытянет тот тяжёлый бой рыжий дикарь, настоишь ещё на одном, причём немедленном поединке огневолосого чужеземца. На этот раз со мной, – будто прочитав мысли тысячника, вперёд выступил Зоривес. Глаза его горели непроглядной тьмой. Мимолётно подумав про себя, что по возвращении в Нурязим надобно будет первым делом всё‑таки не пожалеть драгоценного времени да разыскать мутившего воду раба, улизнувшего из хибарки прорицательницы Фейзы, рослый колдун уже вслух продолжил: – Я чуть погодя выдвинусь за вами следом. У меня есть чем удивить упрямого топтыгина!..
– Раз есть чем его озадачить, что ж ты, маг, весь год отсиживался в ложе правителя? Шансов показать себя было хоть отбавляй!.. – не выдержав, презрительно фыркнул до сих пор молчавший Геркант, не питавший нежных чувств как к ведьме Урсуле, так и к её долговязому ученику.
– Однако, хороший ведь вопросец!.. – Эдиз ехидно хрюкнул, скосив глаза на потемневшую на мгновение отнюдь не от загара физиономию молодого волшебника. – Не так ли, уважаемый?
– Один на один, лицом к лицу, существует у меня такое опасение, признаю, что могу и не одолеть этого, весьма, мягко говоря, непростого бойца, – скрипя зубами, в конце концов сумрачно прошипел верный слуга Ахримана. – А вот после какого‑нибудь особо тяжёлого побоища, как, например, с куспаром, должным изрядно измотать непокорного русича, впору и попытать счастья… Хоть и привиделось мне в прошлом году, что не на арене сойдёмся, да мож, это затмение было аль сон дурной?.. Кто же теперь разберёт…
– Любимого питомца хочешь на варвара спустить? Или, точнее, своё второе естество? Родную кровинушку?.. Бугуз, это ведь твоя вторая сущность, не так ли? – император проницательно прищурился.
– Вроде того, владыка, вроде того, – Зоривес, чуть помедлив, утвердительно кивнул, быстро при этом оглядев собравшихся. Похоже, новость о том, что тёмный волшебник и печально известный всеядный дикий зверь – одно и то же лицо, никого из присутствующих не удивила. Впрочем, на самом деле ничего странного в такой реакции не было, ибо какие только слухи по Нурязиму не гуляли. – Как ты догадался, повелитель?..
– Это было несложно. Ведь вас никогда не видели вдвоём! Только поодиночке… Либо ты, либо могучий бугуз!.. Да и народ разное лопочет… Показал бы его, что ль, как‑нибудь! – Эдиз недовольно засопел. – Вон, на той же арене! Такую красоту, силу и необузданность от нас прячешь!
– Всему своё время, властелин!.. – неохотно крякнул Зоривес. Очевидно, выставлять своё второе «я» на потеху публике Кузгара, пресыщенной кровавыми зрелищами, ему очень не хотелось.
– Будет жёстко! – тем временем, тихо рыгнув в кулак сивушным выхлопом, прощебетал в предвкушении намечающегося противостояния явно оживившийся Джушукан. – Тоже, что ль, с вами отправиться?.. Любопытно позыркать‑то, а! Варвар с куспаром да обезьяной‑людоедом ещё не встречался! Последние в неволе ведь долго не живут, посему на арену их затащить практически нереально… Кстати!.. – принца, похоже, озарила «светлая» мысль. – Дулмас ведь славится своими свирепыми волкодавами! Может, сперва свору тамошнюю и выставим против спесивого витязя, коли с куспаром он совладает? А потом уж наш колдун рыжего медведя своей второй ипостасью, то бишь бугузом, и добьёт? При условии, конечно, ежели Ратибор и стаю этих бешеных собак осилит…