Ратибор. Окталогия (СИ)
– Подожди, Ратиборушка, не горячись! Успеешь ещё теремок развалить… – Емельян подошёл к растерянному Далебору, не до конца понимающему, в чём же его вина. – Расскажи поподробнее, как дело было? С чего решили, что это дядя приказал оставить пост?
– Так Добран, писарь князя, к нам прискакал с его посланием! Вручил, велел немедленно исполнять и умотал назад тут же! У нас и сомнений не возникло! Печать и подпись княжьи!.. – ошарашенный воин лишь развёл смущённо руками. – А что, владыка, ты ничего не приказывал, что ль?.. – Далебор, наконец, осознал причину царящего в палатах правителя Мирграда переполоха, огорошенно вылупился сначала на Святослава, а потом и на Ратибора, боязливо вжав голову в плечи. – Тысяцкий, ты что подумал, что мы самовольно⁈ Да никогда, никогда бы мы… Нам ещё жить охота!.. – четвёрка бойцов усиленно закивала гривами, подтверждая слова своего командира.
– Добрана разыскать и притащить сюда! Живо! – гаркнул Яромир кивнувшему на это Брониславу, споро умчавшемуся с несколькими дружинниками выполнять указание воеводы.
– Хм, Добран, значится?.. Всё интереснее да интереснее… Бумажка‑то, что он передал, при тебе, надеюсь? – Емельян вопросительно, с хитрым прищуром уставился на Далебора. – По большой нужде с ней ещё не успел сходить?
– Да ты что, я ж не умалишённый, – суматошно захлопал себя по карманам десятник, споро выуживая из одного из них слегка мятое письмо и быстро протягивая его молодому повесе, – грамоты с печатью и подписью государя на такие потребности изводить!..
– Кто ж тебя знает, умалишённый ты аль нет… Избушку Ратика‑то оставил без присмотра… Хотя, может, просто туп, как пробка винная… – Емельян взял послание и начал не спеша читать то про себя, то еле слышно бубня под нос: – Дело улажено… его семье ничего более не угрожает… оставить пост… на сегодня свободны… день отдыха за службу добрую… это приказ… выполнять… завтра явиться для доклада… – Емельян дочитал письмишко, повертел его в руках, понюхал, потом внимательно чего‑то там принялся рассматривать. Наконец, он поднял глаза на таращившихся на него выжидающе Святослава с друзьями и вынес задумчиво вердикт: – Значится, что я могу вам сказать с уверенностью твёрдой касаемо самого текста: почерк Добрана, однозначно, я его хорошо знаю! А вот подпись дяди подделана, причём довольно искусно…
При этих словах правитель Мирграда облегчённо откинулся на стуле и выдохнул, как, впрочем, и все в трапезной. Ратибор же несколько смутился и даже виновато хотел что‑то Святославу проворчать примирительное, но продолжающееся гундение юного летописца остановило его на полуслове.
– А печать вот, что любопытно, настоящая, княжеская! – брякнул напоследок Емельян.
– Так и я о чём! – спешно пролепетал Далебор. – Что мы, блямбу владыки не узнаем⁈ – четверо стоящих за ним бойцов опять согласно закивали.
– Ты уверен? – Яромир торопливо подошёл к топчущемуся на месте писарю, вырвал у него из рук скомканную бумаженцию, внимательно пробежался по ней взглядом, медленно приблизился к Святославу и озадаченно протянул ему письмо со словами: – Кажись, и правда твоя печать, дружище!..
Князь тоже просмотрел замятую грамотку, после чего, слегка задумавшись, окинул мрачным взором находящихся в обеденном зале и молвил: – Так‑то ничего удивительного… Я её, печать эту пресловутую, за семью замками не держу… Тот же Добран сколько лет уже к ней доступ имеет… Да и все писари! Емеля, например… Что вы так на меня уставились⁈ – бросил властелин Мирграда нервозно. – Сам, что ль, я по десять раз на дню должен указы разные штамповать⁈ Это же рутина!..
– Может, их и подписывает за тебя кто? – хмуро проронил Ратибор, наконец, впившись крепкими зубами в добрый олений окорок. Стол заменили, временно притащив из соседнего крыла дворца чуть меньших размеров, да накрыли его на скорую руку. Не так богато, как до этого, но откушать вполне достаточно любому будет, а уж нашим непривередливым витязям тем паче.
– Э‑э‑э нет! – протянул на это Святослав, аппетит у которого отбило напрочь. – Вот чего‑чего, а закорючку свою я всегда сам рисую! Ещё не хватало, чтобы за меня кто калякал!.. Ведь начеркать могут так, что устанешь расхлёбывать последствия!.. Как сейчас, к примеру… – князь встал, заложил руки за спину и неторопливо прошествовал по трапезной, после чего подошёл к окну и ещё раз внимательно осмотрел при ярких солнечных лучах зажатое в левой ладони послание. – Подпись, конечно, не моя, но похожа, и даже очень, врать не буду… – пробурчал он раздражённо. – Вкупе с печатью, коли не всматриваться, обдурить даже меня можно… Ну где Добран‑то⁈ – рявкнул зловеще властитель Мирного города на весь зал. – Хотелось бы заслушать нашего глупого писаку!..
– Сколько он служит у тебя, дядя?.. – Емельян рассеянно просеменил к столу и налил себе из украшенного вычурными узорами пузатого кувшинчика полную кружку кваса.
– Хм, да лет десять, не меньше! – князь задумался на пару секунд. – Ну да, около того, а может, и чуть поболее даже! Никогда бы не подумал про него ничего дурного!.. Похоже, крыса нашлась наша, ась? – Святослав кинул вопросительный взгляд на племяша да на Яромира с Ратибором, что решил покамест лучше жевать, чем говорить, ибо и так набалакал сегодня хозяину замка уже лишку.
– Не спеши, старче, чего‑то тут не сходится… – молвил сухо Яромир, аппетит у которого также перешибло. Зато начала мучить жажда, потому он лихо отхлебнул из жбана с вином, что стоял недалече, опустошив его сразу наполовину.
– Писаря нигде нет, княже! – в обеденный зал влетел запыхавшийся Бронислав со своими воинами. – Весь терем перевернули вверх дном сейчас с бойцами – пусто! Как в воду канул! Опосля разузнали на входе: Добран как выехал часа два назад отсюда на своём пегом, так и не возвращался! Похоже, убёг, собака такая!..
– А по‑моему, всё сходится, Яр! – князь устало опустился на лавку. – Нашёлся наш грызун треклятый!.. Ну наконец‑то!..
– Так! – Яромир хлопнул по столу и взглянул на притихших Далебора с его четвёркой, боящихся привлекать к себе лишнее внимание. – Ты, – воевода указал перстом на одного из ратников, Станимира, – сейчас летишь стремительной ласточкой к Ладимиру и велишь ему от моего имени, чтоб все его свободные дружинники искали скотину Добрана! И не сильно занятые – тоже! Всё ясно⁈ Живым брать! Град вывернуть наизнанку, но оленя этого сыскать необходимо, так ему и передай! На воротах стражу поспрошает пусть, может, наш писарчук уже прошмыгнул за стену… Если нет, охрану удвоить на выходах и быть позорчее! В общем, всем ловить мерзавца! Кто поймает крысёнка, тому надбавка в два оклада… нет, в пять пусть будет… В пять окладов! Ну а вы, – воевода угрюмо сверкнул очами на Далебора и оставшихся трёх его бойцов, – дуете сию секунду до халупы негодяя! Опять же, если этот недоумок там, живым чтобы приволокли его сюда! Живым, слышите⁈ Хибарку всю его обшарьте повнимательнее, в погребок да на чердак заглянуть не забудьте… Чего встали, как полешки бестолковые⁈ Выполнять! – под одобрительный кивок Святослава грозно рявкнул под конец Яромир.
Далебора и его воителей как ветром сдуло. Едва не столкнувшись на вратах замка лоб в лоб с Мирославом, не без облегчения они вылетели из дворца князя; Станимир помчался к Ладимиру, начальнику городской стражи, а десятник с тремя ватажниками – к избе Добрана, что находилась на юго‑восточных окраинах Мирграда. Через очень непродолжительное время весь город стоял на ушах: за поиски писаря доблестные дружинники взялись рьяно, чего уж там говорить. Премия аж в пять окладов ещё никому и никогда не мешала.
* * *
– Всех приветствую. А что тут происходит?.. – русый мечник тем временем замер на пороге обеденного зала, вопросительно глазея на своих друзей. – Я что‑то пропустил интересное?..
– О, явился, наконец, и года не прошло! – насмешливо крякнул с полным ртом Емельян, также присоединившийся к трапезе. Чуть не подавившись при этом и кое‑как откашлявшись, он продолжил: – А мы уж тебя раньше осени и не ждали!.. Я более трёх часов назад гонца за тобой послал, где можно пропадать столько времени⁈