Восход Авроры (ЛП)

Если дойдет до выбора между быть схваченными и..
Как это получилось? Как мы дошли до такого?
Я сгибаю пальцы, сжимаю руки в кулаки, пытаясь взять себя в руки, когда обхожу стол и опускаюсь, скрестив ноги, рядом с Кэт. Всё вокруг вынуждает мои нервы скрипеть от натуги, конечности покалывает, затылок гудит от ощущения опасности. Я почти уверена, что все эти растения и лианы следят за нами, как и пыльца, которая проникает сквозь выбитые окна — вся эта планета следит за нами. Это подталкивает меня ближе к краю всего того мужества, что у меня осталось, но еще я ощущаю, что это подталкивает меня к краю чего-то еще. Я чувствую, что я на грани отчаяния..
Кэт шевелится рядом со мной, и я беру её ладонь в свою руку, нежно сжимая. Её ресницы приподнимаются, и она смотрит на меня своими зрачками в виде цветов, глаза ярко-голубые. Мы, не отрываясь долго смотрим друг на друга, а потом она издает тихий вздох, граничащий со стоном.
— Я ощущаю это, — шепчет она, и мне нечего сказать, потому что я чувствую тоже самое. — Он меня забирает.
— Мы этого не допустим, — шепчу я в ответ.
Она пронзает меня взглядом, полным страха и боли: «давай не будем врать друг другу»; и сердце обливается кровью от того, что написано у неё на лице — чья влажная кожа покрывается серебристыми капельками… такое не должно быть написано на лице у девушки моего возраста.
За исключением того, что мы с ней не одного возраста, так ведь?
Листья вокруг нас подрагивают, хотя ветра нет, и я кожей ощущаю столетия. Силу, которая исходит от них. Когда Кэл проходит мимо, всего на мгновение, он кладет руки мне на плечи. Лишь на секунду. И я вспоминаю его слова. О том, что следует искать свое предназначение. И хотя я не до конца понимаю как, я знаю, всё произошедшее имеет ко мне отношение. К той силе, что сокрыта внутри меня.
Есть причина, по которой всю колонию спрятали от целого мира.
Причина, по которой ВРУ охотится за мной, пытаясь убить меня.
Причина, по которой я стала кем-то иным, уже не совсем человеком.
Причина, по которой я завела нас всех на Мировой Корабль, к Триггеру.
И причина, по которой Триггер привел нас сюда.
И каким-то образом, всё это связано. И, несмотря на то, что меня это пугает, я устала бояться. Всё, что произошло; то, кем я стала. я не в силах остановить это. Вместо этого, я должна собрать всю свою ярость, чтобы овладеть ею.
Я думаю об этом месте. О том, что произошло с людьми здесь. Думаю о своей семье. О маме и Кейли, когда они узнали новости о моем исчезновении. Об отце, когда он услышал все те вещи, что я сказала ему в том последнем разговоре.
Я думаю обо всем, что потеряла. Думаю о том, какого это, оказаться вне времени, обладать силой, которую я не понимаю. И затем я смотрю вниз и встречаюсь взглядом с Кэт, вижу цветы в её глазах, окруженные враждебными листьями и лозами этой планеты, позвоночник начинает покалывать от желания бежать, внутри меня нарастает какое-то чувство…
… что-то меняется.
Словно огонь плавит лёд. Словно столкновение положительных и отрицательных зарядов. Я словно впервые за двести лет очнулась ото сна. Ощущаю, как мой разум растягивается, ощущаю как мышцы потягиваются, будто ты слишком долго залежался в спячке, ощущаю волну силы, что проходит сквозь меня. Внезапно я становлюсь больше, сильнее, хотя внешне я осталась той же: я всё еще сижу рядом с Кэт, скрестив ноги и держу её за руку; я словно оказалась в другом измерении.
Так вот какого это, контролировать силу.
Пускай я не знаю, что это, но все, что я делала во сне, делало меня пассажиром, заложником собственного тела — теперь же я ощущаю, что это стало частью меня.
Нечто большее. Нечто необъятное. Выхваченное из пустоты моими же руками.
Я поворачиваю голову, чтобы скользнуть взглядом по отряду. Чувствую вспышку сочувствия в Кэле — она мерцает фиолетовым. И почти заглушена его остальной натурой. Она пронизывает его, словно золотые нити скалу, почти неприметная. Она меняется и дрожит в ответ на прикосновение моего разума. Я вижу это и в Скарлет, и в Тайлере, сокрытое под поверхностью его сознания. Близнецы Джонс — люди, но на мгновение у меня возникает сомнение: прикасалась ли к ним эта планета? Мгновение спустя я понимаю, что это неправда. Сила, пронизывающая растения, лианы вокруг нас, объединяющая их единым импульсом, теперь потрескивает, словно электричество и совершенно отличается от тех импульсов, которыми обладают Скарлет, Тайлер, Кэл или же я сама.
 
Но стоит мне посмотреть вниз, я вижу насколько сильно безнадёжно увязла Кэт во всем этом. Сложный клубок лиан, похожий на сеть капилляров. И он окутывает каждую её частичку. С чего мне начать, чтобы попытаться распутать его? Я знаю, хоть и пытаюсь отринуть это знание, что не смогу. Его слишком много и оно проникло слишком глубоко. Оно стало ею.
Я всё равно пытаюсь: мысленно хватая пригоршню той ментальной энергии, которая связывает её, обращая её в ничто, удерживаю её в своих мысленных тисках, пока она не обращается в пепел. Она стонет, и когда я опускаю взгляд, под её кожей змеится серебристая сине-зеленая энергия, чтобы восполнить потерю, словно ничего не произошло.
Точно виноградные лозы, она повсюду.
Попробуй по-другому, загляни в сознание Кэт. Быть может, если я начну с него, выжгу и вычищу там всё — её мысли прояснятся. Я заглядываю в её разум, и меня охватывает буря эмоций. Её боль, её страх и гнев перетекают в меня, и на мгновение я содрогаюсь, борясь с желанием отстраниться, а затем склоняюсь еще ниже, потому что никто не должен оставаться наедине с такими чувствами.
Я здесь, я здесь.
Я сжимаю её ладонь, прорываясь сквозь колючую внешнюю защиту. И внутри я вижу настоящую Кэт, в водовороте жизни, любви энергии, окутанную алыми, оранжевыми и золотистыми цветами её ментальной сигнатуры, которая спиралью закручивается в сложнейшие узоры, внешне напоминая вихри ветра, так похожие на полёт. Я нахожу её любовь к Скарлет, печаль по матери, неистовую радость полётов. Я нахожу её любовь к Тайлеру, такую глубокую и сильную, но пронизанную разочарованием. И в ответ, сам того не желая, но совершенно естественно и непринужденно, словно так и должно быть, мой разум танцует с её разумом.
Мы больше не в реакторе. Вокруг нас никого. Мы где-то в другом месте, лишь мы двое, остальное не имеет значения. Мой разум — полночная синева и серебряная звездная пыль, звездный свет и туманности на её огненных ветрах. Чтобы прикоснуться к ней, я должна открыться ей, моя любовь и воспоминания свободны, так же как и её. Она видит мою любовь к сестре Кейли, улавливает запах теплого камня и хрустящих листьев на вершине моей любимой пешеходной тропы. Мое место силы.
Через меня, она пробует острый соус чили, который отец так любил добавлять в свою стряпню. Она ощущает как больно мне было смотреть на мать, когда отец бросил нас. Она хватает воспоминание за воспоминанием, а затем отталкивает его. На мгновение я теряюсь. Но без единого слова, лишь шквалом образов, она доносит до меня свою главную цель — она не хочет знать обо мне все эти вещи, потому что не хочется делиться ими.
Когда он заберет её.
Перед нами возникает дверь, и мы обе сосредотачиваемся на ней: она тянет, я — толкаю, и вместе нам удается захлопнуть её. По спине стекает пот, я открываю глаза, и дыхание учащается.
Она ловит мой взгляд.
— Тебе н-не нужжно было…прилетать с-сюда, — шепчет она.
За спиной раздается голос.
 
— Попробуйте сейчас. — Вопит Фин сверху.
— Работает, — отзывается Кэл, поднимая голову и крича на потолок.
— Знаю, — шепчу я Кэт. — Всё в этом месте противоестественно. Но карта показала это место, Триггер..
— Ох, Аври…р-рразве ты не в-видишь? Триг-гер…это..
Её глаза широко распахиваются и её вскрик единственное предупреждение, которым я располагаю, прежде чем её разум набрасывается на мой — алые всполохи теперь похожи на кровь, желтые стали слишком яркими и безвкусными. Это разум Кэт, но Кэт больше нет. Я бросаю на борьбу всю свою защиту, пытаясь отвоевать её, ментальные стены довольно прочны, насколько это вообще возможно, я представляю, как возвожу их из камня, которые в виде крепости окружают меня и мой разум. Передо мной мой враг, он повсюду, я чувствую, как её сознание пытается проникнуть в мой разум.