Слепые чувства (СИ)
— Не сомневаюсь в этом, — как-то отрешённо ответил Антон, — поговаривают, что её боятся даже они. Но что мы всё о моей сестре… Думаю общества этой прекрасной дамы нам и так хватает за глаза. Лучше скажи, ты уже апнул легендарную арену в Клеш Рояле?
— Не, куда там. Мне нормальные карты не падают, а качать КорГигов или Варваров не позволяет совесть.
— Да ладно тебе, все эти разговоры о «глине» — чушь собачья. Поверь мне, все, кто так говорят, по ночам берут Варваров и идут апать на них свои кубки, так что даже не парься по этому поводу… Вот взять мою сестру, например. Она ездит на соревнования по MTG с самыми метовыми и «глиняными» сборками, какие только вообще можно придумать, а в ответ на все претензии в свою сторону просто бьет обидчика в морду…
Андрей прыснул в кулак, представив, как какой-нибудь худой парень в очках за пару неосторожных слов в адрес своей соперницы получает в нос, после чего техническое поражение в матче засчитывается именно ему.
— Не, я, конечно, утрирую, — глядя на своего друга сказал Антон, — по лицу никто не получает, по крайней мере во время матча, но урон, который она наносит своим взглядом и словами вполне можно сравнить с хорошим апперкотом… Чёрт, мы опять начинаем говорим о ней. Надо бы сворачивать эту лавочку, а то ещё услышит и подумает, что мы… любим её, как сестру.
Из кармана Андрея послышался звон таймера, который возвещал о том, что макароны в котелке сварились до состояния «аль денте».
— Чё, пойдём сливать? — Антон поднялся с места и надел на свои руки две рукавички-ухватки, — возьми крышку.
— Сольём прямо здесь?
— Вода должна возвращаться к воде, — словно какой-то китайский мудрец протянул он в ответ, — а человек — к земле.
— Ё-маё… у тебя температура случайно не поднялась? Пошли, вернём «Воду к воде».
Парни, с дымящимся котелком наперевес, спустились к реке и подошли вплотную к потоку. Антон перехватил свою ношу покрепче и сказал:
— Прижми крышку так, чтобы она держалась крепко, но в то же время там была небольшая щель, через которую могла бы стечь вода, но не макароны. И смотри, если мы облажаемся, то получим по башке сначала от мамы, потом от бати, а затем, и это самое страшное, от Жени.
— Ладно, давай попробуем…
Андрей, по указанию своего друга, плотно прижал крышку к котелку, слегка сместив её относительно центра, а Антон осторожно наклонил свою ношу. Мутный кипяток начал выливаться в реку… Сначала всё шло очень даже неплохо: жидкость стекала хорошо, а макароны оставались в кастрюли, но в какой-то момент Антону показалось, что процесс идёт недостаточно быстро. Он наклонил кастрюлю ещё сильнее, отчего часть макарон ударилась о её крышку с внутренней стороны. Андрей не ожидал такого поворота событий: его рука дёрнулась и соскользнула со своего места. Благо его друг успел вовремя среагировать и отдернуть котелок вверх. В итоге по течению поплыло всего где-то тридцать мучных бабочек.
— Фух… можно сказать, что легко отделались…
— Ага… никто даже не заметит пропажи пары мелких макарошек. Видимо до рассвета мы всё-таки доживём.
— Я бы не стал радоваться раньше времени, — Антон заглянул в котелок, — мы слили где-то две трети и там ещё полно воды. Давай аккуратнее… потом добавим тушёнки и только тогда можно будет сказать с полной уверенностью, что мы спасены…
***К тому моменту, как на берег реки опустилась ночь, все дела, запланированные на первый день их импровизированного похода, наконец-то были улажены. Большая палатка, с горем пополам, но стояла; макароны по-флотски вышли довольно неплохими, и этот факт признала даже Женя; и, после плотного ужина, все собрались вокруг костра…
Папа ребят несколько часов подряд рассказывал истории — сначала это были страшилки из его детства, которые постепенно перетекли в забавные или просто интересные и курьёзные случаи из жизни. Мама, выросшая вместе со своим будущем мужем и прошедшая вместе с ним весь путь от детского сада до двух лет томительного ожидания возлюбленного из армии, постоянно перебивала рассказчика, уточная различные мелкие исторические неточности. Эти бесконечные прерывания, мягко говоря, раздражали его, но высказать своей жене всё в открытую он не решался — то ли из-за уважения, то ли из-за страха.
Постепенно разговор потерял свой бодрый темп и начал становиться всё медленней и размеренней. Луна высоко забралась на ясный летний небосвод и её тусклый свет постепенно нагонял на всех мирную сонливость. Первой в свою личную «комнату» ушла Женя, вскоре после этого костёр покинула её мама, а практически сразу же вслед за ней ушёл и отец. Парни остались вдвоём. Дров была заготовлена целая куча, и они думали, что просидят здесь до рассвета, болтая обо всём на свете, но… прошло буквально двадцать минут и желание спать стало непреодолимым. Антон сдался первым:
— Ладно, думаю я пойду… Рубит меня просто нереально… Всё из-за этих чёртовых утренних сборов в самый последний момент.
— Ага… Я в них не участвовал, так что чувствую себя ещё более-менее. Спущусь-ка, пожалуй, ненадолго к реке… Сейчас там, наверное, очень красиво.
— Окей. К тому моменту, как ты вернешься я наверняка уже буду спать как убитый, так что можешь шуметь сколько захочешь, всё равно не проснусь.
— Буду иметь это ввиду… — Андрей поднялся со своего места и отряхнулся, — ладно, как говориться, я здесь ищу только одного — покоя, умиротворения и вот этой гармонии, от слияния с бесконечно вечным, от созерцания великого фрактального подобия и от вот этого замечательного всеединства существа…
Однако все его планы походить по пляжу в городом одиночестве и посмотреть на красоты бытия накрылись медным тазом. Спустившись на песчаный берег, он застал там странного парня, который уселся на раскладном стульчике прямо у самой воды, закинув в реку удочку. Глядя на него, Андрей невольно попятился назад и уже было хотел вернуться в лагерь, но парень окликнул его раньше (окей, сейчас я напялю на себя образ, поэтому мне придётся включиться в диалог и говорить о себе в третьем лице):
— Не бойся, я не Чикатило и ничего плохого тебе делать не собираюсь… Клюёт! — он подсёк удочку и вытащил небольшого карася, которого тут же отпустил назад в реку. Затем, насадив на крючок кусочек хлеба, парень вновь забросил удочку в воду, — поболтаем?
— Да мне как-то не особо хочется, — Андрей с удивлением смотрел на следующую поклёвку, которая случалась буквально через десять секунд после того, как поплавок коснулся воды. Таинственный рыбак снова отпустил рыбу назад в реку.
— Ладно, не настаиваю. Скажу только то, что ты молодец, раз не стал ходить вокруг да около и ответил со всей искренностью, — ещё одна поклёвка.
— Разве постоянно говорить всё напрямую — это хорошо?
— Ты услышал в моих словах такое? — уже четвёртая по счёту рыба оказалась на удочке, — разумеется, нет. В какие-то моменты нужно говорить всё как есть, в какие-то наоборот заткнуться, где-то лучшим решением будет слегка приврать, но, как бы то ни было, если человек хочет выжить в современном обществе, то он должен уметь делать все эти вещи одновременно. Я похвалил тебя за то, что ты не стесняешься ходить вокруг да около.
— Мне кажется, что тут дело обстоит немного сложнее, — Андрей задумчиво посмотрел на пятую рыбу, которая отправилась назад в реку, — одно дело крикнуть «отстань», человеку, которого видишь первый раз в жизни, а совсем другое сказать это кому-то близкому.
— А кто сказал, что в жизни всё будет легко и просто? На то она нам и дана, чтобы мы учились прямо на ходу. Подумай над этим на досуге.
— Непременно… Ладно, не буду мешать вашей рыбалке.
— И тебе не хворать.
Пацаны, он ушёл, можете всплывать.
Вода возле поплавка вдруг пошла пузырями и через пару секунд возле него выплыли два парня в полном снаряжении для дайвинга. Они подплыли к берегу и вылезли из воды, снимая с себя запотевшие маски и отстегивая тяжёлые баллоны со сжатыми воздухом.