12 кругов
Пауков было легко победить, если удерживать их на расстоянии огнемётом, но вот в ближнем бою совладать с ними было крайне сложно. Ввиду того, что их уцелело приличное количество, они сильно затрудняли солдатам прицеливание, и те, отвлекаясь, зачастую подпускали членистоногих и гуманоидов слишком близко. Минуты через три все солдаты были убиты. В полисе началась резня – пауки и гуманоиды, спустившись во двор, принялись гоняться за остальными жителями. Пастыри стояли на стене и трубили. Развернув Файер, Артур выкатил его в арку и брызнул из неё горящей струей кормового огнемета.
– Молодец, – похвалил Стам, наблюдавший, как часть изрядная часть пришельцев, особенно пауки, корчится в пожирающем пламени. Пришельцы, однако, успели рассредоточиться по закоулкам и коридорам между построек, разбросанных по полису, поэтому ход штурма бушующее от арки до опоры «Жнеца» озеро огня изменить уже не могло. Стационарные пушки стали плавиться от жара и оседать на землю, но холокост в остальной части полиса шёл полным ходом.
Стам понимал, что главный интерес у пришельцев вызывает уничтожение жителей. Захват восточного полиса шёл так же: пришельцы не сунулись к центральному генератору, пока не сожрали всех, либо пока он не попал в зону прямой видиости. Сейчас же поедали жителей главным образом пауки, гуманоиды просто убивали. Пастыри вообще – осуществляли командование парадом и не изъявляли никакого желания принимать личное участие, получая, видимо, чисто платоническое удовольствие от происходящего… Пастыри! Их было трое, и все они стояли на стене под опорой. Зонд Стама метнулся вдоль опоры, по которой в полис сползали пришельцы – конец их воинства уже пересёк верхнюю площадку. Арьегард колонны замыкал четвертый пастырь.
Проклиная себя за преждевременное впадание в уныние, Стам отдал гарнитуре команду восстановить общий канал.
– Мы справляемся! – весело закричал Артур. Со стороны Галлы раздавались какие-то азартные повизгивания.
– Артур, осталось всего четыре пастыря! – закричал Стам. – Все эти пришельцы – паства, их можно перерезать в одну каску, если ликвидируем кентавров! Трое из них сейчас прямо над вами! Вырули из полиса и шарахни бортовыми огнеметами по стене!
– Хорошо! – радостно закричал Артур.
«Ни хрена ведь не понимает, что происходит внутри полиса, так как ничего не видит за стеной огня!» – подумал Стам, выпрыгивая из броневика. Он сразу же разоружил одного из своих солдат, отобрав у того экзоскелет, снайперскую винтовку, пистолет и мобильный огнемёт.
Файер Артура полностью выкатился из арки. Над стеной действительно возвышались силуэты трех пастырей. Залп трёх огнеметов сжег одного, серьезно подпалил второго, а вот третий успел пригнуться и соскочить на лестницу, ведущую во внутренний двор со стены. Но Стам этого уже не видел – он в гордом одиночестве ехал на фуникулере оранжевых наверх.
Наверху было гадко. Площадка была залита кровью, выжжена, залита снова, и так много раз. Взрыв ракеты основательно её подчистил, но всё равно в начале каждой опоры, то тут, то там, валялись какие-то куски брони, плоти, паутины и виднелись пятна крови. Кабина западного фуникулёра находилась внизу. Стам подумал, что хорошим ходом было бы пустить кабину навстречу или в спину спускавшейся колонне. Эффект был бы как от конницы на мосту. Но теперь уже жалеть об этом было поздно. Арьегард пришельцев уже скрылся за изгибом опоры, и Стам поспешно бросился за ним. Через пару минут он увидел спину пастыря. Чем круче становился наклон опоры, тем короче и выше становились ступеньки, над которыми были надстроен рельс фуникулера, и тем большей осторожности требовал спуск. В отличие от гуманоидов и пауков, пастырю для этого требовалось максимум сноровки, поэтому двигался он очень медленно.
Стам встал в удобную стойку, поймал в перекрестие оптического прицела позвоночник кентавра в районе лопаток, и нажал на спуск. На этот раз он не промахнулся – пуля пробила позвоночник насквозь, пастырь мотнул головой и завалился вперед, сгребая под себя впереди идущих. Получилась своеобразная лавина, которая быстро расползалась вширь, сталкивая с опоры все больше и больше пришельцев. Стам вставил винтовку в специальный паз на спине экзоскелета, а взамен достал огнемет.
«Сейчас вы у меня получите» – злорадно пообещал он, и двинулся вниз. В этот момент внизу фиолетовой башни раздался взрыв, она пошатнулась в одну сторону, затем в другую, замерла на секунду в нерешительности, скрипнула, провалилась вниз, в облако пыли, на половину своей высоты, а затем плашмя завалилась в сторону опоры «Жнеца», промахнувшись мимо той градусов на десять. Фиолетовый полис пал.
Стам спешил догнать колонну пришельцев и не видел, что происходит под опорой, но которой он передвигался, поэтому от его внимания ускользнуло, как пастырь, стоя на лестнице у стены, поднял свой рог и протрубил, и как оставшиеся пришельцы кинулись прочь из полиса, к стоявшему с внешней стороны стены броневику. Артур включил три бортовых огнемета, спалив первую волну, и принялся выкручивать руль, дабы направиться в свой полис. Но в этот момент истошно завопила сидевшая рядом Галла – со стены на неё прыгнул паук. В последний момент она успела выставить руку, в которую и впилось своими жвалами членистоногое. В крике Галлы неистово соревновались ужас и отвращение. Крик донёсся до Стама, уже почти добравшегося до обзорной площадки, и тот похолодел.
Артур мгновенно понял ситуацию, и, схватив Галлу за кисть, фиксируя руку, другой выхватил пистолет и прострелил тварь насквозь практически в упор. Со стены уже летели к Файеру еще два паука. Один неудачно шмякнулся брюхом об металлический угол каркаса машины и упал на землю, корчась в судорогах, второй сумел приземлиться на лапы и удержаться на корпусе броневика. Из арки уже выбегали гуманоиды. Артур пальнул из пистолета по преждевременно обрадовавшемуся пауку и нажал на газ. Файер стал набирать скорость, удаляясь от еще недавно фиолетового, а теперь – серого полиса.
Паства ринулась в погоню очертя голову – пауки и гуманоиды прыгали вниз прямо со стены. Пауки по большей части приземлялись удачно, а вот обезьяны сильно переоценили свои возможности – каждая четвертая оставалась корчиться на земле со сломанной конечностью, а то и двумя. Часть пришельцев выбегала через арку, многие при этом получали ожоги, натыкаясь на еще не прогоревшее топливо. Было впечатление, что они себя не контролируют, и это отчасти было правдой – из-за стен полиса доносился рев рога.
Включить «Жнеца» сейчас не представлялось возможным – нужно было хотя бы два голоса, а Артуру с Галлой было точно не до того. Стам добрался до обзорной площадки, и, обойдя ее по периметру, наткнулся на одинокого трубившего пастыря. Струя пламени с расстояния двух метров заключила того в свои смертельные объятия. Рев сразу же перешел на высокие тона и умолк. Пастырь отреагировал на удивление трезво и быстро – он повернулся к Стаму и, зарычав, швырнул свой рог прямо в него. Рог попал в нагрудную пластину экзоскелета. Инстиктивно Стам попытался отпрыгнуть, но забыл про возможности костюма – тот умножил усилие в несколько раз. Выпавший из рук огнемёт ударился об опору Жнеца, мимо которой пролегла траектория прыжка Стама, а конечное приземление пришлось на поручень в другом конце площадки. Винтовка, закрепленная на спине, пробила две балки поручня, приняв удар на себя, но совершенно утратив функциональность. Экзоскелет спас Стама от повреждений, но застрял в обломках. К счастью, горящий пастырь не смог преодолеть и половины площадки, рухнув факелом на металлический пол под опорой. И в этот момент откуда-то снизу к полной неожиданности протрубил еще один рог. Стам корил себя за самонадеянность и то, что не использовал пистолет или винтовку. Его сильно волновала ситуация с Артуром и Галлой. Если бы точно он знал, они благополучно добрались до полиса, в который их преследователи в данной ситуации не смогут попасть иначе, как через арку, ему стало бы спокойнее. Возможности экзоскелета восхищали, но и ограда площадки, похоже, была сделана на совесть. Стам сумел освободиться, лишь потратив кучу времени.