Белый шаман (СИ)

Мы долго сидели молча, глядя, как весело потрескивая, играют языки пламени.
— Ну и зачем ты мне это рассказал? — спросил я, уже зная ответ.
— Нож! — пожал плечам старик и кивнул на охотничий нож, висящий у меня на поясе.
— Нож⁈ — я ждал удивительного рассказа, что я тот самый потерявшийся сын Лайхуну, который, скорее всего, окажется герцогом Лейонхуфвудом. Хотя может все еще впереди. Я вытащил из-за пояса свой охотничий нож и рассмотрел его более внимательно. Нож, как нож. Не очень широкий прямой клинок. Довольно крупная, для удобства использования в морозную погоду, костяная рукоятка со стертой резьбой. Что там было изображено, уже не разобрать. Простенькие ножны сделаны из той же кости, что и рукоятка. Подвесы делал уже я сам. — Ты решил, что это тот самый нож? — недоверчиво усмехнулся я.
— Это тот самый нож, — уверенно кивнул старик, глядя на меня, как на неразумного ребенка.
— Да, откуда ты можешь знать⁈ — вспыли я.
— Они сказали, — старик показал трубкой мне за спину. Я резко обернулся. Прямо у меня за спиной стоял высокий широкоплечий мужчина с азиатскими четами лица. Нарядная, расписанная схематичными изображениями мамонтов и людей парка из оленьей шкуры обшита понизу и рукавам бахромой, тут и там на ней болтаются какие-то амулеты и кости. Пояс, с прикрепленным к нему ножом, точной копией моего. Добротные штаны мехом наружу из такой же прочной шкуры, как и на куртке. Пимы с красивым орнаментом и наклеенными клоками рыжей шерсти мамонта. Почему я решил, что именно мамонта? Не знаю. Просто был уверен в этом.
Он оценивающе рассматривал меня из-под надвинутой на лоб короны, склепанной из полос металла, острым, хищным взором воина. Пересилив себя, не отводя взгляда, посмотрел ему в глаза. Словно бетонная плита упала мне на плечи. Пальцы судорожно сжали рукоять ножа. На лбу проступила испарина. Захотелось распластаться на земле и слиться с ней. Сделаться маленьким и незаметным. Лишь бы избавится от страха и невыносимой тяжести. Мне вдруг стало стыдно, а вслед за стыдом нахлынула ярость, бурным потоком смывшая с плеч давящую на них тяжесть. И вот мы уже на равных смотрим в глаза друг друга. Воин усмехается и приветливо кивает мне. Киваю ему в ответ и, повинуясь минутному порыву, под панический вскрик Эрохота:
— Нет! — делаю приглашающий жест рукой. Воин отрицательно машет головой.
— Ты еще очень слаб, мамонтенок, — улыбается он мне, — Мы придем, когда ты станешь сильней.
Великий Мамонт разворачивается и уходит, постепенно растворяясь в серой пелене. Следом с доброй улыбкой любимого дедушки скрывается Лейонхуфвуд, одетый в парадный мундир генерал-адъютанта Империи, со всеми регалиями и орденами, рядом с которыми особо нелепо смотрятся амулеты из обожженных костей и перьев птиц. Приветливо кивает головой Строганов. Поучается это у него как-то по-простому, по-приятельски даже. Граф залихватски вскидывает два пальца к козырьку гвардейской фуражки. И мы снова остаемся вдвоем с Эрохотом.
— Никогда! — заполошно, едва дыша, запричитал, отчитывая меня, бледный, как мел старик, — Слышишь, никогда, не зови к своему костру духов, с которыми у тебя нет договора или с которыми ты не сможешь справиться! Нет добрых духов! Они хитры и коварны! И хотят лишь одного, подчинить тебя себе!
— Да перестань, — легкомысленно усмехнулся я, — Нормальные же мужики.
Эрохот поднял глаз вверх:
— Какой глупый! Какой совсем-совсем дурной у меня ученик!
— А когда это я стал твоим учеником⁈ — ощетинился я.
— У нас нет выбора, — обреченно покачал головой старик, — Ты что, дурак, не слышал, что сказал дух Великого Мамонта⁈ Они вернуться, когда ты станешь сильнее!
— И что? — я не понимал причин паники.
­– И то! — взвился Эрохот, — И тогда или ты подчинишь их, или они тебя. Ты избран ими! Не знаю, за что только такие Великие Духи избрали такого глупого, никчемного говорящего с ними.
— И что тогда будет? — все равно я не понимал, в чем проблема. Мне эти четверо не показались опасными. Сильными, да. Но не опасными.
 
— Ничего, дурак! — зло бросил старик, — Если ты не совладаешь с ними, в тайге появится одержимый огромной мощи! Этих четверых не подчинит даже большой круг шаманов. Их мощь способна уничтожить все вокруг.
И было в его голосе столько страха и обреченности, что сомнений в правдивости его слов у меня не осталось.
— И что теперь?
— Учить тебя буду! — буркнул старый шаман, — Нам пора, — она махнул рукой в сторону костра, от чего тот стал тут же гаснуть. Мгновение, и я очнулся сидящим рядом с Эрохотом на камне посреди заснеженной тайги. И древние деревянные идолы смотрели на меня с пониманием и сочувствием.
* * *
Ну, вот вроде и собрался, с удивлением и грустью оглядел свое первое в этом мире убежище. Сейчас, когда в голове немного прояснилось, и исчез давящий все мое пребывание здесь ужас, стало заметно, насколько не пожалело время некогда мощное сооружение иной цивилизации. Трещины в стенах, обрывки энерговодов, висящие там и тут декоративные панели. Сколько еще послужат эти остатки былой роскоши? И смогу ли я привести тут хоть что-то в порядок. И надо ли? Может пора привыкать к новому миру, к новой жизни и начать рассчитывать лишь на свои силы? Тем более все эти техно-магические артефакты внушают определенные опасения. Хотя отказываться от доставшихся мне в наследство преимуществ по крайней мере глупо. А что касается моих страхов, так они были, есть и будут. В природе человека относиться с долей опаски ко всему новому и неизведанному.
— Искин?
— Да, Ваше Сиятельство?
— Я ухожу, — ага, я мухожук, усмехаюсь про себя, — Пока меня не будет, приводи в порядок помещения. Сам решай, что тут можно седлать. Сможешь?
— Именно для этого я и создан, господин граф.
— Вот и отлично. Отдаленные помещения рассматривай, как ресурс. Разрешаю их полный демонтаж. В первую очередь обеспечь полное свое функционирование, затем медицинского отсека. Остальное второстепенно. И нужен более удобный выход на поверхность. Займись.
— Принято.
— Особое внимание удели безопасности. Посторонних на объекте быть не должно, — может я и перестраховываюсь, за несколько тысяч лет тут никого не было. Но сейчас-то, по крайней мере, один проход мной освобожден. И о нем знает старый шаман. Значит, вероятность проникновения чужих очень высока. — Что у нас с протоколами безопасности?
— Весь периметр я не контролирую. Периферию тоже…
— Что подразумевается под периферией?
­– Отдаленные отсеки, шахты вентиляции и сервисные ходы, склады…
— Стоп! Проверить все возможные выходы на поверхность и если они есть замуровать. Так, чтобы была возможность получить к ним обратный доступ. Все, что не касается работы Искинов и медсекции демонтируй и в дело. Оставь несколько близлежащих к центру управления помещений под склады и жилые помещения. Технику и найденные личные вещи, которые возможно восстановить, восстанавливай и на склады, — подумав, добавил, ­– Что касается жилых помещений. Помимо апартаментов руководителя, которые и так в порядке, мне нужны спальня, рабочий кабинет и столовая. Если будет возможность оборудовать кухонный блок, делай. Несколько помещений законсервируй на всякий случай, — в голове крутилось еще что-то. Точно! — Найденные книги, обучающие материалы, инструкции, наставления, регламенты систематизируй и собирай в отдельную библиотеку.
— Будет сделано, господин граф, — проскрипел Искин, — Если в разбираемых помещениях найдется еще что-то, я добавлю в свой архив.
— Хорошо. По материалам. Наверняка чего-то будет не хватать, отмечай, будем думать, можно ли в этом мире найти недостающие ресурсы или их альтернативу. Люди здесь точно есть, а вот с цивилизацией пока ничего не ясно.
— Ваши распоряжения ­приняты к исполнению, Ваше Сиятельство, — ага, ты еще поклонись, железяка.
— Эх, жаль связи у нас с тобой не будет.
— Имеется возможность обеспечения связи с помощью электромагнитных волн.