Лея Леса (СИ)

Да, именно так. В этой сфере, чем бы она ни была, спокойно. В кои-то веки.
— Чтобы вы предупредили королеву.
— О чем? — насторожился старейшина. Даже если сон — это всего лишь творение его подсознания, тревога-то никуда не денется! Может, это разум так ее оформил?
— О том, что Командор Кет хочет уничтожить союзников даэрте. Когда они откроют переход, он прикажет разнести его в клочья, вместе с союзниками, палить из всех орудий. Линкоры и крейсеры уже наготове.
— А координаты?
— Семнадцать-сорок…
Шавель четко называл все то, что наместник слышал от Лакса Рея. Подсознание? Да, наверное. Но это все равно логично. Вот почему тревожился старейшина! Он боялся подвоха, и подвох грядет.
— Просто расстрелять.
— Да. Пусть открывают выход в других координатах. Или что-то еще придумают, иначе их уничтожат на подходе. Может, даже и ворвутся в другой мир.
— Могут…
— Я знаю, что даэрте уходят.
— Да. Если получится.
— Старейшина, я не могу сейчас вас убедить в своей реальности. Но я прошу вас о другом. Пожалуйста, посетите мою семью.
— Хорошо. Даю слово. И лично все проконтролирую.
— А еще — попросите Кайру забрать мои кристаллы. Девочка талантлива, кристаллы ей понадобятся. Чтобы она их у меня не тырила, — Шавель выглядел в этот момент удивительно забавно, как мальчишка… да и был он мальчишкой, и как же больно, что его больше нет! — я спрятал их в дупле семнадцатого дуба. Она поймет, я договорился с деревом, и оно их прикрыло сверху.
— Хорошо. Я передам.
Старейшина не боялся показаться нелепым. Пусть он ошибется — это лучше, чем не выполнить волю мальчика. Завтра же с утра сходит.
— Спасибо, старейшина. Передайте королеве, Дарс Кет готовит засаду. Я знаю, что сказал вам Лакс Рей. Он говорил правду, передайте ей эти сведения.
— Хорошо.
— Позаботьтесь, пожалуйста, о моей семье. И — прощайте.
Шавель исчез. А старейшина из белой сферы вывалился в темный и глубокий омут сна без сновидений. И утром все помнил.
Все-все, что увидел.
Говорите, сходить? Обязательно сходит!
* * *
— Лея, ты точно в порядке?
Людмила Владимировна смотрела с искренней тревогой.
— Да. Я уверена.
— Если тебе нужна будет помощь, умоляю, только скажи об этом.
Салея вздохнула.
— Скоро уже мне ничего не будет нужно. Жаль, вы стали мне семьей.
— Жизнь несправедлива.
— Безусловно.
Хрюкнул что-то непонятное телевизор.
— Ужасное преступление совершено сегодня… трое молодых людей…
Салея смотрела с равнодушным видом. Ее это точно не касается. Она преступлений не совершала, она просто защищала себя, как могла.
Таня вошла на кухню, зевая.
— Лея, что смотрим? Ба, а кофе есть?
— Есть. И больше четырех ложек на турку не клади, сердце посадишь!
Салея фыркнула.
— Таня сейчас может скушать ложкой урожай целой плантации. Тетушка Мила, не волнуйтесь за ее здоровье, ничто из растущего на земле никогда не причинит ей вреда. Если она хочет кофе — пусть пьет.
— Это хорошо, — согласилась бабушка. — Тогда пей, Танюша.
Таня поглядела на экран.
— Ага… опять гопники чего-то не поделили?
— Наверняка.
— Ну и фиг с ними, — подвела итог девушка, и принялась варить кофе. Спать хотелось зверски, а сегодня еще будет тяжелый день. На занятия, потом в Лес, устроить даэрте на турбазе, потом на Дараэ, обратно…
— Когда даэрте перейдут сюда, я буду спать, спать, спать, — помечтала она.
Салея промолчала. Она искренне сомневалась, что Тане удастся отоспаться.
* * *
Старейшина Мирил коснулся древесного ствола. Одного из тех, что образовал дом семьи Ваэлрон. Долиш тут же отреагировал, появляясь на пороге.
— Старейшина?
— Долиш, доброе утро. А Маира дома? И Кайра?
— Обе дома. Что-то случилось?
— Нет, ничего такого. Я ненадолго, буквально на пару минут.
— Сейчас позову их, — кивнул Долиш, но не успел и обернуться.
— Мы уже тут? — Кайра, симпатичная девушка, лет семнадцати от роду, смотрела серьезно. Улыбаться ей не хотелось. Причин не было.
 
Маира, как ни странно, выглядела бодрее. Даже уголки губ приподняла.
— Старейшина? Мы рады вас видеть. Проходите под кров нашего дома?
— Я ненадолго, Маира. Прости. Я… понимаю, это звучит странно, но мне сегодня приснился Шавель.
Кайра ахнула.
Маира промолчала, просто впилась глазами в лицо старейшины. И показалось мужчине, что его слова… они не удивили женщину. Словно… словно Шавель и ей снился?
Может быть.
— Он сказал много всего. И добавил, чтобы Кайра забрала его кристаллы.
— Да?
— Он сказал, что договорился с семнадцатым дубом. Они в дупле, просто дерево их прикрыло.
Кайра сдвинула брови.
— Разве?
— Я могу попросить тебя проверить эти слова?
— Да, конечно. Пройдемте…
Дома даэрте не похожи на человеческие. Они деревянные, безусловно, но живые. Рубить деревья ради досок? Никогда даэрте не смогут так поступить! А вот посадить деревья так, чтобы они выросли, переплелись стволами и кронами, образовали комнаты…
О, это как раз несложно!
Вот и комната Шавеля. Действительно — дубы. Породу дерева каждый выбирает для себя сам. Кому что нравится.
— Два, три… восемь… семнадцать. Наверное, этот, — отсчитала дубы Кайра. — Но я была уверена, что тут ничего нет! И дупла тоже нет.
Старейшина сдвинул брови, но девушка уже приникла к дубу, зашептала что-то, гладя бугристую кору. На пороге комнаты застыла изваянием Маира. Ей было страшно.
Правда?
Сон?
А если правда, то ее сыночек жив? Такое ведь может быть?
Долго уговаривать дерево не пришлось. Пара минут — и шевельнулись ветви, расходясь в стороны, открывая небольшое дупло, в которое Кайра и запустила руку. И извлекла небольшой мешочек, сшитый из листьев.
На ладонь девушки высыпались кристаллы. Алмазы, аметисты, сапфиры… неграненые, но от этого не менее редкие.
— Шавель сказал, у тебя талант. Тренируйся, — старейшина не узнал свой голос.
Ему неоткуда было узнать — ЭТО! Значит… значит, все правда! Надо предупредить королеву!
— Аххх…
Долиш едва успел подхватить супругу. Даэрте там или ша-эмо, а в обморок женщины падают одинаково, во всех мирах. Особенно по такому достойному поводу.
* * *
—…да, колечко с бриллиантом. Дорого, конечно! Но папа считает, что у меня должно быть все самое лучшее.
Катя Извольская крутила на пальце колечко. И сразу было видно, что стоит оно немалых денег.
Белый металл, небольшой квадратный камушек, который брызгает во все стороны разноцветными искрами.
Вообще, бриллианты надевают вечером, именно поэтому. При искусственном свете они играют, при естественном — не особенно. Но какой естественный свет может быть в аудитории пол-восьмого утра? Конечно, включены лампы.
И камень играет.
Кто-то из девушек все же заметил, что с утра такие вещи не носят, но бунтовщиков Извольская не терпела.
— Тебе не покупают — не носи. А я буду делать, что захочу!
Спорить больше никто не решился.
Бриллиант и был главной новостью сегодняшнего утра. Не Таня и не Салея. Хотя интервью у них брали, и Таня всерьез боялась проснуться знаменитостью и даже за хлебом спокойно не выйти. Обошлось. Самое забавное, что разрушительное воздействие даэрте на аппаратуру никуда не делось. А потому…
Интервью на бумаге?
Пожалуйста, пишите.
Только писалось все на «цифру», и в результате — не сохранилось. Не нарочно, просто Салея не рассчитала, хуже себя контролировала от усталости, сила ее росла…
Интервью с представительницей нового народа просто нигде не появилось. Лиц нет, съемок нет, официальные представители тоже информацией не делятся.
А нет съемки? Нет подтверждения?
Ну и… все равно напишем, но мало ли там, про кого и кто написал? Вот видео смотреть интересно, а читать всякую чушь — нет. Поэтому кольцо Извольской и было предметом обсуждения, а девушки смогли жить спокойно.