Тринадцатый IV (СИ)

Глава 15 
Я не стал рассказывать ребятам про орден прямо в столовой. Хватило ажиотажа вокруг Зубастика. Уши грели все, кому не лень.
Ко мне весь день подходи с расспросами, в большинстве это были совершенно незнакомые люди. Первым трём я ещё худо-бедно отвечал, а потом решил, что проще будет выложить эту историю на сайте училища. Сразу для всех.
Дошло до того, что на уроке истории учитель вызвал меня к доске и попросил во всех подробностях рассказать, как я приручил регата. Аргументировал он это тем, что такое событие точно войдёт в учебники, и мы можем начать его изучение уже сейчас. Ему я отказать уже не смог, поэтому весь урок то рассказывал про Зубастика, то отвечал на вопросы преподавателя и кадетов. Самым активным вопрощателем стал Виталик.
За урок я получил пятёрку, и довольный пошёл заниматься дальше. Но ажиотаж только нарастал.
Кадеты и преподаватели отошли от шока, и теперь пытались поверить в случившееся. На мою беду, Лев Борисович выставил на доске список посещений Зубастика, группами по пять человек в день в семнадцать часов вечера. И так каждый учебный день, начиная с завтрашнего. Кадеты заполнили список до конца четверти буквально за пять минут. Да там чуть драка не началась за места в списке!
Кажется, я стал причиной хаоса… Но хаос тем и хорош, что его можно направить в нужное русло.
После занятий я встретился с друзьями у входа в подвал. Неля едва не прыгала от предвкушения, а вот Дина оставалась настороженной. Я зашёл в убежище первым, а ребята — за мной.
Сразу заметил нашего местного учёного с блокнотом в руках. Он сидел на лавочке и что-то записывал. Это я сутра отправил ему сообщение с просьбой приехать для важного разговора, но не ожидал, что он так быстро примчится. Вот это понимаю, человек горит своей работой! И это я ему ещё про бабку не рассказал.
— Ой, а он не упадёт? — спросила Неля, видя, как Зубастик забрался аж до потолка по верёвочной лестнице.
— Нет, он достаточно ловкий. И аккуратный, — ответил я, смотря, как Зубастик медленно спускается обратно.
Малёк не намеревался падать и крепко держался за верёвки лестницы.
— Я бы на твоём месте лучше спросил, как всё это организовали за полдня, — хмыкнул Виталик.
— Не за полдня, а за каникулы, — уточнил я. — Сами понимаете, я не мог просто привести его в училище, не позаботившись о месте. Иначе Зубастик бы поселился в столовой.
— Логично. Но у меня всё в голове не укладывается, что такое возможно…
Если бы ребята знали, сколько всего нереального — реально… Но у меня не было цели довести их до полного шока, чтобы сломать картину мира. Подобное нужно делать постепенно. Причём с подростками изменить мировоззрение гораздо проще, чем со взрослыми. У них ещё пару лет на формирование собственного мнения.
— Как видишь, Зубастик это не иллюзия. Пока он малёк, но в скором времени его можно будет брать на стажировку, — я начал потихоньку делиться планами.
— Он будет своих же убивать? — удивился Костя.
— Другие особи для него тоже враги. Они не примут того, кто общается с человеком. Никогда.
— Так, если у каждого видящего будет такой питомец…
— То мы сможем очистить империю, — улыбнулся я. — Но пока он всего один. На подчинение других особей уйдёт много времени.
Услышав это, учёный отложил блокнот и вопросительно посмотрел на меня. Я слегка кивнул, указывая, что позже мы об этом обязательно поговорим. Дмитрий Павлович понял и вернулся к своим записям.
— А чем он питается? — поинтересовался Серёга. — И кажется… я догадываюсь, что случилось с твоей старой комнатой.
Друзья на меня покосились. Но я решил ловко съехать с темы про комнату:
— А пойдёмте, покормим его, сами и увидите.
Я демонстративно пошёл к Зубастику, который уже почти спустился. Достал из закрытого металлического шкафа пачку корма, и малёк ускорился. За секунду преодолел последние метры и ринулся ко мне. Схватился в пачку корма когтями, желая слопать всё разом.
Наши взгляды встретились. Но на то я и хозяин питомца, чтобы руководить его действиями. Отправил ему три образа, где Зубастик отпускает пачку корма и отходит на метр. С третьего раза вышло.
 
Надо будет развивать послушание до одного раза на подобные команды, которые противоречат воле малька. Иначе во время сражения со взрослыми особями у меня не будет времени его переубеждать. Там эти секунды могут стоить жизни нам обоим.
Я открыл пакет с кормом и бросил печеньку Зубастику. Он на лету поймал и съел. Такая вот игра. Потом я разрешил друзьям тоже попробовать, и обычное кормление питомца переросло в веселье для всех. Сразу и разрушенная комната забылась.
После кормления ребята осмелели, и никто уже не воспринимал Зубастика, как смертельно опасного монстра. Девочки охотно гладили его по чешуйчатой голове, а он и не сопротивлялся. Потом Зубастик притащил мяч, который появился здесь неведомым образом, и игра продолжилась.
Так, за два часа ребята настолько привыкли к моему питомцу, что от страха не осталось ни следа. Но питомец уже устал, поэтому он демонстративно сел перед телевизором, когда там началась передача про акул.
— Он у тебя невероятно умный, — прокомментировал Виталик. — Не удивлюсь, если он понимает всё, что говорят по телеку.
— Слова он плохо понимает. Мы общаемся образами, как с обычными магическими питомцами, — объяснил я.
— Мне тоже захотелось кого-нибудь завести, — признался Костя. — Енота, например.
— Почему енота? — не поняла Дина.
— Так это идеальные грабители, — усмехнулся парень. — А ещё они забавно потирают лапки.
Мы рассмеялись, а потом Серёга донёс до друга важную вещь:
— Сомневаюсь, что в училище пропустят кого-то менее значительного, чем регат. Вот если бы ты летающего приручил, то другое дело.
— Верно, иначе бы училище превратилось в зоопарк, — поддержал я. — А Зубастик хоть и милый в своём возрасте, скоро он вырастет в гигантскую машину для убийств.
— Учитывая скорость его роста, на это уйдёт примерно год, — констатировал Дмитрий Павлович.
— Всего год на детство, — печально выдохнула Неля.
— Смотри на это с другой стороны. Это. Целый. Год, — ответил ей Виталик.
— Да. И у нас с вами года нет на подготовку к отборочным. Так что ночью встречаемся по стандартной схеме, — тихо сообщил я. — На вашем месте я бы выспался.
— Там и расскажешь про орден? — шёпотом спросила Дина.
Я кивнул в ответ, а затем проводил друзей из убежища. Охранник из доверенных людей Льва Борисовича сидел в углу на стуле и тыкал пальцами в телефон. Я попросил его выйти на полчаса, и он не стал возражать.
Потом начался разговор с Дмитрием Павловичем. Сперва я убедился, что здесь нет прослушки с помощью своего призрачного шпиона. А то за каникулы могли и понаставить жучков. А Макар уже приноровился к их поиску.
Я рассказал о Ларисе Вениаминовне без упоминания того, как она получила этот дар. Учёному пока не следовало знать моё настоящее имя, как и всем остальным. Пока что. Но лишь потому, что шокирующие новости надо подавать постепенно, и я намеревался дотянуть до соревнований. На них у Алмазова Алексея тоже были свои планы.
Дмитрий Павлович очень заинтересовался старушкой и обещал завтра же начать исследования. Пока этого было достаточно. Про орден и воспитание мальков я собирался рассказать потом. Поэтому вместо ответов на миллион возникших вопросов у учёного, я сослался на то, что спешу на тренировку.
Так оно и было. Пётр Александрович уже десять минут ждал меня в зале.
— Алексей, опаздываете, — подметил он.
— Прошу прощения, сегодня крайне непростой день. Надеюсь, хотя бы вы не станете расспрашивать меня о регате, — попросил я.
— Не стану. Вашу историю уже сто раз пересказали в группе училища в социальной сети. Потом поставьте плюсик под верной, я почитаю.
— Хах, хорошо. Кстати, мне удалось навестить Риту.
— Как она? — участливо спросил мастер.