"Фантастика 2023-175". Компиляция. Книги 1-21 (СИ)
— Не за что. — Креон помолчал. — Не думайте, что я хотел его смерти. Просто это меньшее из всех зол, в противном случае мы рисковали быть втянутыми в новую войну, и погибло бы гораздо больше людей.
— Может, вы и правы. Надеюсь, этот поступок не ляжет тяжелым бременем на вашу совесть.
— Нэтта, вы еще очень молоды, но со временем, думаю, поймете, что иногда приходится делать выбор, когда все решения одинаково неприемлемы, а вариант остаться безучастным и равнодушным наблюдателем еще противнее.
— Да, мне уже недавно ставили в вину мой излишне юный возраст.
— Ну, это точно дело наживное, а торопиться вам некуда, уж поверьте. — Он взглянул на часы. — А теперь мне действительно пора, время поджимает. Удачи еще раз.
— И вам. Спасибо за все.
Вместе выйдя из кабинета, мы довольно быстро расстались. Реналдо направился к выходу на стоянку флаеров, а я, спустившись по широким ступеням парадной лестницы, — гулять по парку.
Все? Конец? История завершилась, и я спокойно могу отправиться домой? Такой поворот событий не укладывался в моем сознании. Мысль о том, что всего через три дня я окажусь в «Альфе» на коленях у Урса, казалась значительно менее реальной, чем работа в пиратской контрразведке. Но, похоже, я и вправду добилась своего: путь домой открыт, а в кармане лежит чек для матери Этьена…
Побродив около часа вокруг замка, я сдалась. Тянуть больше не имело смысла, пришлось понуро направиться к пункту охраны и попросить доставить меня в космопорт.
Проблем не возникло, и вскоре, поблагодарив людей Креона и проводив взглядом взмывший ввысь флаер, я направилась к кассе за обещанным билетом.
— Нэтта! Нэтта! — раздался отчаянный вопль.
Обернувшись, я на секунду застыла в недоумении, а затем со всех ног бросилась к обладателю столь мощных легких и повисла у него на шее.
— Урс! Как ты здесь оказался? Я тебе так рада! Урсик…
Друг детства и любимый напарник крепко обнял меня, словно боялся, что я растворюсь в воздухе, и сообщил:
— После получения твоей гениальной шифрограммы я первым же рейсом вылетел на Вегу Прайм и с тех пор каждый день обхожу все гостиницы и сторожу в порту. Чучело, куда ты пропала?
— Потом расскажу, — пообещала я, блаженно утыкаясь носом в крепкое мужское плечо. — Урс, как дедушка?
— Дед прекрасно. Он, пожалуй, единственный, кто не волновался и утверждал, что такие выходки — это наследственное. Правда, когда я улетал, мне было велено тебя при встрече выпороть.
— Только попробуй.
— Не буду и пытаться, я до сих пор не вступил в клуб самоубийц. Ты, кстати, как, домой собираешься?
— Домой? — Я сделала вид, что напряженно размышляю. — Знаешь, пожалуй, да.
Гпава 5
Нельзя сказать, что дорога на Рэнд прошла в тишине и покое, этому общество Урса никогда не способствовало, но вот роскошь и комфорт — самое подходящее определение для условий нашего путешествия. А получилось это просто — подойдя в космопорту Веги Прайм к кассам, мы выяснили, что Креон не поскупился и для меня заказан билет в каюту класса «люкс». Когда девушка за стойкой услышала, что со мной приятель и я бы хотела ближайшие три дня провести в более демократичной обстановке, она привычно улыбнулась и, пообщавшись по телефону, действительно поменяла мой билет. На двухместный «люкс». Вот так мы с Урсом и оказались в условиях, приближенных к президентским, в первый раз в жизни мой напарник получил возможность проводить допрос с пристрастием главным образом в джакузи, за шампанским с клубникой.
К вечеру следующего дня из меня выпытали все, вплоть до мельчайших подробностей, и настала моя очередь задавать вопросы. Урс рассказал, что когда я проигнорировала второй день выпускных учений, никто не всполошился, поскольку к подобным выходкам все давно привыкли, но вот когда вечером я не появилась в «Альфе», мои бдительные одногруппники забили тревогу, ибо такого вопиющего пренебрежения традициями за мной до сих пор замечено не было.
— Особенно волновалась Марси, — заметил Урс.
— Погоди, а моя сестренка там откуда взялась?
— Ну… С того памятного вечера, как ты привела ее в «Альфу», они с Марком друг от друга просто не отходят, а скоро… — тут друг детства запнулся.
— Что скоро? — с подозрением переспросила я.
— Ничего, так просто.
— Урс! Говори немедленно, а не то… — и я кровожадно потянулась к его пяткам. Он трусливо поджал лапы.
— Говорю. Уже говорю. Но Марси меня прибьет, она так хотела сохранить все в тайне…
— Р-р-р.
— Ладно, ладно. Марк сделал твоей сестре предложение, и она его приняла.
Я подавилась клубникой.
— Нэтта, — Урс заботливо похлопал меня медвежьей лапой по спине, — с тобой все в порядке?
— Хм… Абсолютно. Слушай, они это серьезно?
— Угу. Ты бы видела этих счастливых идиотов. Сидят в уголке, за ручки держатся и смотрят друг на друга сияющими глазами.
— М-да, хорошо, что меня там не было.
— Ничего, еще понаблюдаешь.
— Верю. — Я поморщилась. — Кстати, как Дин? Ты о нем что-нибудь слышал?
— Твой-то? В панике поставил на уши все спецслужбы, никому не давал ни минуты покоя, а когда твой дедушка получил сообщение, что ты жива и невредима, и имел неосторожность сказать об этом Дину, тот чуть не снес в припадке ревности ваш коттедж и пару соседских в придачу, все требовал, чтобы ему немедленно сообщили, с кем и куда ты сбежала. Отелло чистой воды, смотреть было страшно.
Я польщенно улыбнулась, одновременно поежившись при мысли о предстоящем объяснении с бывшим любовником.
— Нэт, а что теперь будет с вашими отношениями?
— С Дином? Черт его знает, прилетим — подумаю, сейчас есть заботы посерьезней.
— Например?
Я взяла бутылку и долила свой бокал доверху.
— Например решить, что мы будем есть на ужин — морской коктейль или свинину на углях.
— Да, — с озабоченным видом согласился Урс, — действительно, жизненно важная проблема.
Отставив бокал, я потянулась за маленькой надувной подушкой, и следующие полчаса мы увлеченно бутузили друг друга, благо размер ванны оставлял простор для маневра, а затем, смеющиеся и запыхавшиеся, решили основную проблему в пользу свинины. Вечером, засыпая на пуховой перинке, я вновь чувствовала себя прежней, беззаботной Нэттой. Усилиями Урса с каждой минутой полета воспоминания о пережитом приключении становились все более эфемерными, а ужас от предстоящей встречи с ректором все более реальным.
— Урс, что ему сказать? — спросила я за последним завтраком, намазывая булочку абрикосовым джемом.
Напарник, как всегда, понял меня с полуслова.
— Пьеру-то?
— Ему, — тяжело вздохнула я.
— Боюсь, солнце мое, у тебя есть единственный выход — чистосердечное признание. Придется рассказать об очередном проявлении нестандартного мышления и великолепном знании улиц родного города.
— Урс! Я серьезно. Что со мной будет?
Напарник беззаботно махнул рукой:
— Да не переживай так. Ничего страшного не случится, пожурит, заставит сдать экзамены и отправит работать на Главный терминал.
— Думаешь?
— Практически уверен.
— А ты… — испуганно начала я, внезапно представив себе леденящую душу сцену.
— Что?
— Ты случайно не растрепал всем о моем возвращении? В космопорту не будет делегации с плакатами «Добро пожаловать домой, рыжая бестия»?
— Обижаешь. Я рассудил, что плакаты и шарики мы повесим вечером в «Альфе», а сначала ты в тишине и покое сможешь немного прийти в себя.
— Урсик, я тебя люблю!
— Знаю, — самодовольно ухмыльнулся тот. — Я тебя тоже, чучело.
В таком вот редкостно единодушном настроении мы и закончили межзвездный перелет по классу «люкс». С орбитальной станции на Рэнд пришлось лететь уже вместе с простыми смертными. Правда, я, как обычно, заполучила место у окошка и смогла с удовлетворением убедиться, что за недолгое время моего отсутствия небо на землю не рухнуло, да и земля на кусочки не раскололась. В общем, старая любимая железка была в полном порядке.