"Фантастика 2023-175". Компиляция. Книги 1-21 (СИ)

— Вместе? — нагло уточнила я.
Генри замялся:
— Нет. Акси в свою кровать, я а прикорнул на диване в гостиной. Но быстро уснуть не получилось, и около двух ночи мы отправились на балкон подышать свежим воздухом. Ночь стояла тихая-тихая, ни звезд, ни луны не было видно, ветра особого тоже не чувствовалось и мы довольно долго просидели вместе на балконе и провели бы там еще некоторое время, но неожиданно из спальни раздался грохот и крайне возмущенный вопль твоего оцелота. Замечу, что голосовыми данными его природа не обделила...
Я усмехнулась:
— Это верно. То есть что именно произошло, ты не знаешь?
— Нет, — покачал головой юноша. — Когда я вбежал в комнату, там уже никого не было, лишь Фарь отчаянно верещал, вылизывая пострадавший хвост.
— А он кого-нибудь видел?
Генри смущенно признался:
— Знаешь, я не спрашивал, как-то не до того было...
— Придется мне самой спросить. Пошли вниз, врач, наверное, уже закончил осмотр.
Остановившись на пороге спальни, я напрягла оставшиеся силы и сняла комод с кровати. Только вот на место его поставить уже не смогла.
— Впечатляет, — прокомментировал мои усилия по перестановке мебели спутник.
В комнате бывшего хозяина дома я выслушала полный отчет доктора. Основной его мыслью было то, что если мы не хотим совершенно искалечить нервную систему мадемуазель Энниль, то следует полностью исключить различные ночные встряски, да и дневные тоже. Что же до моего оцелота, то хвост ему перевязали профессионально, а в остальном Фарь был объявлен абсолютно здоровым.
Поблагодарив эскулапа, я отправила его с Мари вниз получить у Антея плату за визит, сама присела на край кровати, на которой возлежала Акси, и попросила:
— Версию Генри я уже слышала, теперь вкратце изложи мне свое видение ночных событий.
Фарька немедленно попытался встрять, но я его остановила:
— Погоди, я спрашивала Акси. С тобой же, никудышный страж, я со всей серьезностью поговорю позже.
Как и ожидалось, ничего нового мне девушка не сообщила, но сдаваться так просто я не собиралась:
— Акси, подумай хорошо. Ты совершенно уверена, что никому не говорила о запланированной на завтра сделке? Или, возможно, ты забыла на видном месте письмо от адвоката Массу?
— Нет, — очень уверенно покачала головой девушка. — От нас с Генри об этом никто не мог узнать.
Очень жаль, но ничего не прояснилось. Пришлось, как я и обещала, перейти к допросу оцелота. Со слов зверька все происходило так.
Пристроившись на углу кровати Акси, он подремывал, не забывая между тем чутко прислушиваться к происходящему в спальне. Когда подопечная встала, он проявил бдительность и уточнил, куда это она собралась (Акси подтвердила), услышав же, что на балкон с Генри, ночным воздухом подышать, успокоился и продолжил дремать вплоть до того момента, как на него сверху рухнул комод. Точнее, Фарь учуял что-то неладное за мгновение до этого, успел метнуться в сторону, так что пострадал лишь хвост.
— То есть, — недоверчиво уточнила я, — хочешь сказать, что ты тоже ничего не слышал и никого не видел?
— Мне бы'о очень бол'но, — жалобно вякнул зверек, — некото'ое вре'я я не мог ви'еть и слы'ать.
Сочувственно погладив его пострадавший хвост, я встала и отправилась в апартаменты Акси поразмышлять в тишине.
Еще раз во всех подробностях оглядев спальню своей подопечной, я уселась в кресло на балконе, завернулась в оброненный Генри плед и задумалась. Совершенно очевидно, что во всех покушениях, удачных и нет, виноват кто-то из домочадцев, но вот кто? Немного не к месту я вспомнила свое первое знакомство с драконом и небольшую лекцию, которую он мне в тот день прочитал. Чтобы вычислить преступника, необходимо свести воедино всего-то три вещи — оружие, возможность и мотив. Интересно, кому могла прийти в голову мысль использовать в качестве оружия громоздкий комод? Примерно через четверть часа я встала с кресла и отправилась на первый этаж, уже точно зная виновного.
Обнаружив внизу Мари, я велела ей разбудить мадам Фау и попросить ее и остальных обитателей дома собраться в столовой. Это оказалось совсем не так просто, но в результате все расселись вокруг стола, лишь Шэмми с Фарем пристроились на кресле, стоящем в углу. Я же расположилась спиной к входу, но так, чтобы видеть одновременно всех присутствующих.
 
— Что здесь происходит? — возмущенно вопросила разодетая, словно на званый вечер, мадам Фау. — И как в доме оказалась эта девица?
— А вы не в курсе? — невинно поинтересовалась я.
Появившееся на лице собеседницы недоуменное выражение убедило меня в том, что она действительно не в курсе.
— Дело в том, — пояснила я, внимательно наблюдая за собравшимися, — что через несколько часов я куплю этот дом у мадемуазель Энниль и стану полноправной хозяйкой особняка.
Да, теперь я могла поклясться, что никто, кроме Акси с Генри, об этом не знал — слишком уж ошарашенными они выглядели, мадам Фау даже дар речи потеряла. Но, увы, довольно быстро его обрела и уточнила:
— Акси, это правда?
— Да, — весьма лаконично кивнула девушка. — Это мое решение, и обсуждению оно не подлежит.
Внутренне ей поаплодировав, я вернула себе внимание собравшихся.
— Но здесь я попросила вас собраться совсем не по этому поводу. Дело в том, что сегодня ночью было совершено очередное, второе покушение на жизнь мадемуазель Энниль, и я точно знаю, кто его организовал, равно как и то, кто убил мсье Энниля.
— Но дядя погиб в результате несчастного случая, — возразил мне Антей.
— Это только так кажется. И скоро вы все со мной согласитесь.
— Погодите. — До мадам Фау дошел смысл сказанного. — То есть одного из нас обвиняют в убийстве? — Она обвела столовую взглядом. — Но это же полный бред!
Судя по выражению лиц, экономка и Антей были с ней совершенно согласны.
Тут я, изрядно, кстати, уставшая за прошедшую ночь, разозлилась и рявкнула:
— Если вы немного помолчите и дадите мне возможность, то я все расскажу в самые сжатые сроки.
Мадам Фау собралась было вставить несколько слов, но передумала и, захлопнув рот, недовольно на меня воззрилась.
Убедившись, что собравшиеся готовы слушать, я приступила:
— Итак, с чего все началось? Мсье Энниль, спускаясь ночью на кухню, не удержался на скользкой лестнице и, крайне неудачно упав, сломал шею. Но он до этого тысячу раз спускался и поднимался по лестнице. Что же вдруг случилось?
— Вы, возможно, забыли, — подала голос Мари, — но как раз накануне вечером с лестницы пришлось снять ковер.
— Ах да. Спасибо. Насколько я помню, причиной отправки ковра в чистку послужил разбитый на ней флакон одеколона. Скажите, мадам Фау, а вы часто что-либо бьете? У меня сложилось на ваш счет несколько иное впечатление.
— И правильно, — пробурчала мадам. — Меня тогда напугало... — Она замялась.
— Что именно?
— Да я сама не знаю, — неохотно созналась собеседница. — Просто раздался странный звук, и злополучный флакон словно сам выскользнул из моих рук.
— Мама, не преувеличивай, — урезонил ее Антей.
Мадам гневно сверкнула глазами.
— Я не преувеличиваю. Я неплохо себя контролирую и не имею привычки просто так ронять вещи.
— Хорошо, — подытожила я, — с ковром разобрались. Пойдем дальше. Мари, вопрос к вам. Скажите, в какой обуви ходил по ночам мсье Энниль?
Ненадолго наморщив лоб, экономка ответила:
— В той же, что и днем. У него были любимые домашние туфли, привезенные в подарок родственниками.
— А какая у них была подошва? — продолжала я допытываться.
— Возможно, будет проще, если я их вам просто покажу? Шэмми, будь добр, принеси туфли мсье Энниля.
Домовой неслышной тенью скользнул к двери и вскоре вернулся, неся пару довольно простых туфель. Взяв их в руки, я тщательно осмотрела подошву и повернула ее к остальным.
— Как вы можете сами видеть, будучи обутым в эти туфли, очень сложно поскользнуться даже на лишенной ковра лестнице. И я имею веские основания подозревать, что мсье Эннилю помогли упасть.