(не) Измена. Ребенок от бывшего мужа (СИ)

Качаю отрицательно головой. Сил отвечать нет.
Михаил прикрывает на мгновение веки. Будто собирается. И лицо его бледнеет, хватка на моих плечах становится сильнее. И такое чувство у меня появляется, будто он боится меня отпустить…
Наконец Миша берет себя под контроль. Эмоции стираются с лица, когда распахивает свои льдистые глаза и говорит ровно:
- Все будет хорошо, любимая. Мы едем к врачу, Яна. Прямо сейчас.
- Мне надо в туалет, - выдыхаю наконец едва слышно.
Во всем теле такая слабость разливается, что мне кажется, что я не встану, голова кружится начинает и я прикрываю веки, чтобы переждать приступ.
А в следующий миг, я оказываюсь на руках у Миши. Он несет меня в уборную, сажает на туалет, а я краснею, смущаюсь, черт я готова провалиться сквозь земля.
Собираюсь с силами и распахиваю глаза, чтобы уверенно прошелестеть одно – единственной слово:
- Выйди…
Закатывает глаза и качает отрицательно головой.
- Приступ может повторится. Ты можешь упасть и удариться о кафель.
Качаю головой. Не могу позволить себе то, что предлагает Миша.
- Пожалуйста… - опять шепотом и бледное лицо моего мужа становится напряженным.
- Я за дверью. Как закончишь – зови.
Разворачивается и выходит. Не стесняясь своей оглушительной наготы.
А я с трудом поднимаюсь, цепляюсь за раковину и начинаю приводить себя в порядок, чищу зубы, умываюсь, поглядываю на душ и понимаю, что очень хочу под тугие струи.
Неожиданно слабость накатывает, и я роняю мыльницу на пол. Сразу же как по волшебству за моей спиной появляется Миша.
- Я же сказал, чтобы позвала…
- Я хочу в душ, - отвечаю, ощущая, как поддерживает меня, как прижимает к своей груди, касается моего лица, проводит нежно – нежно.
- О чем ты думаешь? – спрашиваю, потому что в глазах Михаила впервые вижу затравленность и… страх…
- Я боюсь снова потерять тебя, - говорит и оглушает своей искренностью, а дальше подхватывает меня, и мы вместе становимся под теплые струи, которые приносят моему телу умиротворение.
Михаил намыливает мои волосы шампунем, набирает в ладони гель для душа и проводит руками по моей коже. Затем завершает процедуры омовения и закутывает меня в полотенце, на руках приносит обратно в постель.
Сам же идет в гардеробную. Быстро одевается и приносит вещи с бирками для меня, надевает на меня трусики.
- Миш, со мной уже все хорошо, - говорю серьезно, потому что действительно после душа ощущаю себя новым человеком.
- Мы едем к врачу, это не обсуждается, Яна, - отвечает твердо и бросает взгляд вниз, смотрит на меня прежде, чем скрыть все под тонким шелком трусиков.
Опять смущаюсь, хотя, казалось бы, чего он не видел и где не побывали пальцы моего мужа?!
- Миша, я сама оденусь… - опять смущаюсь и Воронов кивает, принимается одеваться, параллельно находит свой телефон и делает звонок, договаривается с врачом, затем разворачивается, убедившись, что я собрана, подходит и без слов берет меня на руки, будто боится, что я откажусь ехать в клинику, или на своих двоих не дойду.
А я… я кладу голову на широкое плечо своего мужа и понимаю, что Миша прав. Надо разобраться и понять, что стало причиной такого внезапного и сильного приступа.
  
74
 
Мы приходим в клинику.
Этот запах лекарств… меня начинает мутить только от этого аромата различных препаратов. Сразу же накатывают воспоминания, как я годами лечилась, кололась, пила все возможные препараты, чтобы забеременеть…
И в тот самый момент, когда руки мои опустились, я узнала, что беременна Машей…
Вот и сейчас я лежу у гинеколога, которая водит по моему животу датчиком. Я сдала всевозможные анализы у меня взяли кровь и тут только с вопросами врача я поняла, что у меня задержка…
Так странно. Я и думать забыла о месячных со всеми этими переживаниями, а все эти годы я и не следила. Половой жизни не было, а цикл у меня после родов хужо бедно наладился и вот сейчас…
Опять словно в далекие воспоминания попадаю, когда вот так вот при каждой задержке лежала у врача и молилась, чтобы чудо получилось и всегда результат оказывался отрицательным.
 
Что я чувствую сейчас?!
Не могу понять. Странные чувства. Где-то щемит от болезненных воспоминаний, где чувствую сожаление, потому что понимаю, что мой диагноз никуда не делся, а затем я успокаиваю себя тем, что у меня есть мое чудо, моя Масечка, которая родилась всем невзгодам и препятствиям назло.
А в жизни много чудес не бывает. У меня уже есть одно. Самое родное. Мое счастье. Моя доченька и именно для нее я должна быть здоровой.
- Со мной все в порядке, доктор?
Решаюсь задать вопрос. Предполагаю самое худшее, потому что симптоматика напоминает так же и женские болячки, которые лечатся путем операций.
- Как сказать… - отвечает врач и у меня мороз по коже идет.
Смотрю на нее широко распахнутыми глазами, как врач поворачивает монитор ко мне и оборачивается на меня, смотрит в мое лицо и замечает, как я побледнела.
- Яна Владимировна, что вы?! Дышите! Сознание только не теряйте! Все хорошо! У вас все хорошо!
По мере того, как врач, встрепенувшись начинает быстро- быстро говорить, я словно в себя прихожу.
Перед глазами проясняется. Оказывается, я была близка к обмороку.
- В вашем положении, все, что с вами происходит вполне естественно. Задержка. Тошнота. Головокружение. Возможны даже обмороки. Это все явные симптомы…
Пока врач говорит, я хмурюсь. Пытаюсь понять о какой именно симптоматике речь, но у меня в голове словно штиль.
Понимает доктор, что я в полнейшем шоке и улыбается, а я смотрю на добродушное лицо круглолицей женщины, которая наконец смекает, что я не понимаю того, о чем она говорит.
- Яна Владимировна, вы успокойтесь, дорогая. Вот сюда посмотрите…
Палец останавливает на экране, где я вижу две маленькие точки и еще не услышав слов врача у меня из глаз градом начинают вытекать слезы, а на дрожащих губах появляется улыбка…
- Видите эти две точки?! Это ваши малыши… У вас двойня… Яна Владимировна, я вас поздравляю… Два малыша – это нагрузка на организм в двойном объеме, поэтому вам придется придерживаться определенного уклада…
Не слушаю больше, что говорит врач. Я смотрю на две точки. Которые расплываются и возникают перед моими глазами вновь.
- Беременна… - повторяю и мой голос дрожит.
Прикрываю веки. Дышу и рука сама тянется к животу. Накрывает то место, где мой малыш… вернее мои малыши…
- Боже…
Я поднимаюсь с кушетки. Одеваюсь. Выслушиваю доктора. Получаю назначения.
- И, Яна Владимировна, нагрузку сексуального плана пока можно немного снизить. У женщин в первом триместре очень сильно может повысится либидо. Все можно так сказать, но в меру. Думаю, боль была вызвана из-за сильного контакта…
Женщина тактично отчитывает меня за то, что мы с Мишей вчера переборщили с сексом, но…
- Мы могли навредить малышам? – встрепенувшись спрашиваю и прижимаю ладошку к груди в страхе.
Врач улыбается.
- Нет, дорогая, не подумайте, что я вам сейчас с мужем секс запрещаю. Я, наоборот, говорю, что либидо повысится, но нужно чутко прислушиваться к себе и не перебарщивать…
Женщина в летах подмигивает мне, переходя на неформальную манеру общения, чтобы как-то меня растормошить.
- Хотя понимаю, что такой мужчина, как ваш муж явно темпераментен и с таким мужчиной все – время хочется… но все же пару дней я все же не рекомендую именно занятия сексом, а дальше, если хочется, то можно. Матка у вас хорошая, тонуса нет, угроз не вижу. По анализам все нормально. Ждем остальные, но там так же я уверенна, что все в норме.
Прощаюсь с доктором, договариваясь о следующем визите и выхожу из кабинета. Вся зареванная, заплаканная, дрожащая и встречаюсь взглядом с Михаилом.
Сразу же встает со стула, на котором меня ждал и быстро подходит. Вглядывается в мои глаза, ловит мои мокрые щеки своими сильными пальцами.