Про две жизни и одну смерть (СИ)

  
Делегация фей
 
Редьярд слышал, что бывает такое, когда живёшь только с одним человеком, когда смотришь только на него, а на остальных не хочется. Люди это называли любовью.
С тех пор, как он стал демоном, никто о нем не заботился. Все только брали или пытались отнять, но никогда не предлагали ничего просто так. Никто не думал, что ему будет плохо сто лет в заточении, никто не подставлял собственную спину под удары и не стоял на коленях перед толпой. Но появилась Агния, которая все это сделала, а потом прогнала и даже покараулить у двери не разрешила.
Редьярд вздохнул и вышел из своей комнатушки.
Он быстро приспособился к новой жизни и совсем не тосковал по императорскому дворцу. Под крылом у Магнуса ему нравилось куда больше, хоть вслух признаться в этом его никакие силы не заставили бы. Правда, поначалу Редьярд сомневался в чистоте намерений директора. Ну а что, подбирает сильную нечисть, дрессирует и заставляет служить людям. Но нет, Бюро был малой частью замысла Магнуса.
Повстречавшись с мелкотней, живущей простой жизнью, не отличимой от той, которую вели человеческие дети, и с духами, которые на задания не выходили, но следили за тылом, или как Свейн, работали в лабораториях и лазарете, Редьярд понял, что Магнус создавал целый мир. И мир этот уже едва влезал в трехэтажное здание, в котором они все ютились. Иногда Редьярд видел двери, которые появлялись только на короткий промежуток времени, а потом исчезали и сколько он ни искал, найти их не мог. Или, положим, те самые подземные этажи — Редьярд как-то подошел к лестнице, заглянул вниз, сквозь пролеты, и понял, что ступеньки уходят в бесконечную темноту. Для него не стало бы неожиданностью, если бы там начинался путь в Преисподнюю.
Многие ребята, освоившись в мирной жизни, покидали гнездо, свитое заботливым директором-наседкой, как тот же Ульфхам, который со своей человечкой жил отдельно и готовился к свадьбе. Но Редьярда Магнус сразу предупредил, что пока он не восстановится, ему лучше жить прямо тут, иначе старые враги и бывшие друзья живо его найдут. Не то чтобы Редьярд боялся их нападения. Это как с комарами на летнем отдыхе — кусают не страшно, но постоянно приходится отмахиваться.
Редьярд поднялся на свой этаж и окунулся в ненормальную суету, почти панику, царящую среди сотрудников Бюро. В следующее мгновение его чуть не сбила с ног Гера — выругавшись, она побежала дальше.
— Эй!
— Чего стоишь? Живее! — крикнули ему спешащие вслед за Герой близнецы. — У нас гости.
— Сколько? — напрягся Редьярд. В руку сразу же лег меч, придавая уверенности. — Где Агния?
— Да обыкновенные гости, — потрепал его по плечу Адриан. — Делегация фей, вечно они как снег на голову. Общий сбор.
В комнате для совещаний их поджидал Магнус, рядом стояла Агния, кривилась, как от зубной боли, и о чем-то вполголоса спорила с директором.
Редьярд, увидев начальника, отозвал меч.
— Ребята, лед тронулся! Царица фей готова отправить младшего сына к нам сюда поучиться и поработать, — объявил Магнус, когда все собрались.
— За каким чёртом? — шепотом спросил Редьярд у Адриана.
— Наше Бюро раньше только безродных отщепенцев принимало, а кланы жили на своих закрытых территориях и нос воротили, — ответил тот вполголоса. — Но люди теснят их все сильнее, так что кланы ищут способ вписаться в новую реальность. Воевать не очень-то хочется.
Магнус хлопнул в ладоши и продолжил:
— Если мальчику у нас понравится, считайте, мы сделали первый шаг к будущему миру с людьми.
Пока остальные шумели, Магнус повернулся к Агнии.
— Мне надо ехать, сама понимаешь. Виндикта, я могу на тебя рассчитывать? — спросил он тихо, но Редьярд навострил уши.
— Вы же знаете, директор, — недовольно ответила та.
Магнус просиял и крикнул:
— Адриан, мальчик мой! Снова понадобится твоя помощь. Остальных попрошу подготовить зал.
Редьярд растолкал спешащих приняться за дело коллег и подошел к Агнии. Рядом, сияя довольной улыбкой, уже стоял младший из инкубов. Белокурый, голубоглазый, еще бы крылья за спину и чисто ангел.
 
— Что это вы двое собрались делать? — спросил он у Агнии.
— Ах, Редьярд, — вместо него ответил Магнус. — У фей строгий церемониал, а Виндикту, так сложилось, они особенно уважают. Если именно она встретит делегацию, заработаем дополнительные очки. Оставляю это дело на вас! — добавил он.
И свинтил в закат.
Агния поджала губы, глядя ему вслед. Она была больше обычного напряжена и задумчива.
— Ладно, — нахмурился Редьярд. — Но инкуб тебе зачем?
— Есть вещи, с которыми такой, как ты, не справится, — подал голос Адриан и, убрав за ухо прядку, погладил шею. — Знаком с обычаями фей?
Редьярд этот народ знал изнутри, так сказать. Жили у него в гареме такие... Феи были опасным народцем, ведь пока не разденешь — не узнаешь девушка или парень. Постоянного пола они не имели, с этим у них в клане были свои заморочки. Но как же задорно они трахались! И вообще, всячески это дело уважали. Погодите…
— Госпожа Агния не может прийти на встречу одна. Феи просто не поймут.
Редьярд схватил Адриана за грудки.
— Ты с ней, что ли, пойдешь?
— Разор! Руки убери и сам проваливай. У нас нет времени на споры, — очнулась Агния.
— Вот именно. Времени нет, так что я сломаю нос нашему ангелочку, и выбора не останется.
Адриан воскликнул: «Только не лицо!», и принялся вырываться.
— Ты обязан мне подчиняться, — с угрозой сказала Агния.
— Проси что хочешь, но тут я не отступлю, — сказал Редьярд и для верности встряхнул инкуба.
— Хорошо, — сдалась вдруг Агния. — Только помни — сам напросился, — и холодно приказала: — Отпусти Адриана и иди в комнату рядом с моим кабинетом.
— Шеф! — с мольбой посмотрел на нее инкуб.
— Лица не жалко? — спросил Агния.
Адриан поник, и Редьярд даже посочувствовал ему на крошечное мгновение. Он бы тоже расстроился, если бы Агнию увели у него из-под носа. Свидетели их перепалки почему-то едва сдерживали смех.
Когда Редьярд вошел в комнату для подготовки, Энтар, оторвавшись от любования собою в огромном зеркале, спросил:
— А где наш жертвенный агнец?
— Я за него.
— Формат у тебя, конечно, немного не тот, что у брата, но фактура впечатляющая, есть с чем работать, — задумчиво проговорил Ренард. — Только наряд Адриана тебе не подойдет, — сказал он и с огорчением глянул на ворох полупрозрачных тканей на диванчике.
— Ай! Ради такого случая поделюсь своим, — воскликнул Энтар и махнул хвостом, открывая пространственный карман. Он выудил когтистой лапой из дыры в воздухе черный шелк, расшитый золотом.
Глаза у Редьярда загорелись — похожее одеяние носил он сам когда-то.
— Император императора всегда поймет, да? — ухмыльнулся Энтар, поймав его жадный взгляд, и Редьярд подумал, что этот болтливый дракон действительно знает толк в прекрасном.
— Парик нужен, — вздохнул Ренард. — Адриана заплетать одно удовольствие, такая красота получается.
Редьярд нахмурился и провел рукой по коротко стриженным волосам — с императорской гривой он в свое время расстался без жалости — когда нет армии слуг, которые волосы моют, умасливают и заплетают, возиться с ними такая морока.
— Не вопрос, — сказал он.
Ему ничего не стоило отрастить крылья и клыки, уж с волосами проблем не будет. Он прикрыл глаза и сосредоточился, чувствуя, как привычная тяжесть ложится на плечи.
— Другое дело! — воскликнул Ренард, с азартом потирая руки.
Сначала они с Энтаром в четыре руки — тот своими лапками, правда, больше мешал — упаковывали Редьярда в подобающий наряд. Потом старший из братьев инкубов споро заплетал его волосы в косички, добавляя в пряди золотые бусины. Сердце Редьярда пело — наконец он приоденется как полагается! Любил он позвенеть металлом, но Агния ещё при первой встрече сказала, чтобы он все свои цацки поснимал. Работе, видите ли, мешают, а точнее: «Ты как баран с колокольчиком! Звоном врагов распугаешь».