Живые и мертвые. Часть IV (СИ)

— Согласны они, — фыркнул Тайрон, великодушно уступая диван, пока сам пытался собрать из кресел нечто, напоминающее ложе. — Выхода особого всё равно нет. Тачка сдохла, вокруг бродят зомби, а где-то за городом бродят Волмы. Нужна редкостная удача, чтобы выбраться из этого дерьма.
— Мы… — начал было Дункан, но замолчал.
— Дадим ответ завтра, — дополнила Эми. — Но присоединиться кажется вполне интересной идеей.
Ожидал от неё такого ответа. Почти уверен, что она уговорит мужа.
— Надеюсь, мы все сумеем вместиться в фургон, — задумался я, ощущая, как мозг аж заскрипел, пытаясь сообразить, каким образом раскидать этот «тетрис». Реально что ли, друг на друга народ складывать?
Люди начали расходиться по спальням. Точнее — местам, где могут немного отдохнуть. Все проблемы оказались более-менее успешно оговорены и либо решены, либо оставлены на потом. Пора вырвать у этой ночи несколько часов сна, да возвращаться на станцию. Думаю, к завтрашнему вечеру, если всё пройдёт хорошо, будем дома. «Дом»… мде… какой есть, тут ничего не поделать. Пора привыкать.
Взяв Сару за руку, последовал чужому примеру, возвращаясь в спальню. Уже на выходе из зала удалось услышать, как Эми негромко говорит своему мужу:
— Даже ежели там всё плохо, это всяко лучше, чем если нас найдут те бандиты. Перережут глотку, да ещё и поимеют перед этим пару-тройку раз… — она говорила что-то ещё, но мы успели отойти слишком далеко. А останавливаться чтобы подслушать или, тем более, возвращаться, мне абсолютно не хотелось.
— Меня одну возмущает, что все эти разговоры ведутся при ребёнке? — негромко спросила Маджо.
— Это её родители, так что именно они и определяют, как воспитывать дочь, — пожимаю плечами, заходя в спальню. Со вздохом облегчения сбрасываю одежду и ныряю в мягкие простыни. Плотные шторы были задернуты, само окно приоткрыто, так что в комнате было темно и прохладно. Идеал!
Касательно же воспитания — здесь с этим довольно строго. В Америке, имею в виду. Пока родители не творят совсем уж лютую дичь или не совершают физических наказаний, то растить детей могут так, как хотят. Никто не вправе им это запретить.
Быть может, вскоре система и изменится… Но точно не сейчас.
— Эй-ден… — закрытые глаза не позволяли ничего увидеть, но вот звуки и прикосновения…
— Не-не, новички ведь… — чуть ли не шёпотом отвечаю ей, ощущая, что готов вырубиться чуть ли не прямо сейчас.
— Думаешь, не поймут? — тихо посмеялась Сара. Её пальцы движутся сверху вниз, касаясь моей шеи, ключиц, груди, живота и… застывают, не опускаясь ниже, а потом снова возвращаются вверх, ласково проходя по всему телу.
— А девочка? Синди? Тоже поймёт? — попытался надавить на её привязанность.
— Вот уж что-что, а это — процесс сугубо естественный, — прошептала она. — Так что да, должна понять. И вообще, учитывая как её родители обсуждают изнасилования и всё такое, то они, судя по всему, уже донесли до неё вообще всю информацию, которую только можно было вообразить.
Ощущаю, как к пальцам подключились губы и язык.
— Вот ведь настойчивая, — не открывая глаза, вытягиваю руку, нащупав её тело. Уже полностью обнажённое. Ладонь проходит по спине, плавно перемещаясь на грудь.
— Разве это плохо? — различаю игривые нотки.
Рука женщины наконец-то опускается ниже живота и медленно сжимает мой, уже успевший приподняться, член. Ощущаю, как он стремительно твердеет, набираясь сил и желания. Собственно, как и я.
Открываю глаза, рассматривая её.
Хех, всё-таки в спортивных девушках есть то, что отсутствует у обычных. Эта… жёсткость? Не знаю, как объяснить. На теле Маджо нет откровенно мягких мест, даже её грудь обладает солидной упругостью. Ну и не слишком отличается размером, что также играет определённую роль.
А так… живот плоский, с чётко очерченными мышцами пресса. Такие же мышцы на ногах и руках. Это не превращает её в бодибилдера, ведь она не жрёт стероиды, целыми днями не вылезая из спортзала. Нет, всё естественно, женственно и очень органично, просто… есть отличия. Особенно это будет заметно, если поставить рядом ту же Эми. Ха, по возрасту они близки, но вот новенькая представляет из себя кардинально иное: мягкое тело, слабые мышцы, большая задница и грудь.
 
Иногда хочется и такого. Почему нет? Я вполне себе понимаю её мужа!
Вместе с тем вспоминаю и Конни, которая представляет из себя некую «золотую середину», но с бoльшим упором именно в спорт. Всё-таки она худенькая и подтянутая. Но при этом не обладает такой же силой, как бывшая полицейская.
— Только не говори, что полученный за день стресс не требует выхода. Я ведь тебе не поверю! — улыбается Сара. — Вижу, как ты готов сорваться, наказывая какого-нибудь идиота. Зачем? Злобу нужно выплёскивать совершенно иными делами…
Усмехнулся, а потом подтянул её ближе к себе и поцеловал.
— Правильно мыслишь! — мои руки медленно проходят по её гладкой коже, останавливаясь возле груди. Ладони кладутся ровно поверх затвердевших сосков. Замечаю, как она прикрыла глаза, полноценно усевшись на мой живот.
Слегка улыбнулся, а в следующий миг быстрое движение переворачивает обнажённую красавицу, отчего я оказываюсь сверху. Сара слегка приоткрыла глаза, продолжая лукаво улыбаться.
Мои руки смещаются с груди, доходя до плеч, после чего впиваюсь новым поцелуем прямо в её шею, грозя оставить после себя след, но голова отказывалась думать о возможных последствиях. Она смогла более чем успешно распалить меня.
— Уже вся мокрая, — касаюсь её лона.
— Держишь меня на голодном пайке, — слегка прикусила женщина губу.
— Сучка похотливая, — лицо замирает прямо напротив карих глаз. Ощущаю чужое, мятное дыхание. Пальцы, тем временем, проникли внутрь, срывая первый, едва слышный стон.
— Что будет, когда вода в трубах совсем сгниёт? — задала она странный вопрос. — Не сможем даже ополоснуться…
— Нашла о чём думать в такой момент, — слегка покусываю твёрдый сосок, а потом едва уловимо отстраняюсь, обхватываю её бёдра, приподнимая вверх и резко вхожу.
— Эйд! — выкрикнула она, цепляясь за меня в порыве страсти.
Тело подо мной извивалось, как змея. Резкие и стремительные толчки наполнили помещение характерными звуками. Тут смешалось весьма многое: быстрые хлопки, скрип кровати, слабое, но частое постукивание деревянной спинки о стенку…
— Надо подложить подушку, — немного снизил темп, опустившись ещё ниже, тесно прижавшись к женскому телу.
— Нахер подушку, только посмей остановиться! Я тебе плечо прокушу! — не разделила мой порыв Сара, начиная активнее двигаться сама.
Обхватив её шею, прижал к кровати, а потом надменно посмотрел сверху:
— А сейчас? — лицо опустилось ещё ниже, а темп замедлился до едва ощутимого движения внутри.
Её ножки обхватили меня поперёк пояса, подтягиваясь ближе. Руки поступили аналогично, но уже с плечами. Слабо улыбнувшись, отпускаю свою хватку, отчего она полноценно зависла в воздухе, удерживаясь на мне, словно акробат.
Не очень удобная поза, но как же хотелось!..
— Не вырвешься, — разгорячённое дыхание, игры и страсть слились в одно целое.
— Будто бы я действительно этого хотел, — всё-таки меняю позу продолжая удерживать её навесу.
В коротких перерывах, когда разум возвращал свои позиции, отвлекая меня от животных инстинктов, я понимал, что суть происходящего в этой комнате поняли абсолютно все. И слышимость была весьма и весьма достойной. Во всяком случае, я искренне надеялся, что к моменту начала нашей активности, люди успели заснуть, а потому пропустили всё мимо ушей… Надежда, хе-хе…
Благо, что зомби прекратили ломиться, хоть и вряд ли убрались с площадки. Наверняка бродят по подъезду, либо вошли в так называемый «спящий режим», когда со стороны кажутся статуями, но стоит лишь уловить какой-то подозрительный звук…
«Подозрительным» же для них может быть многое.
Ночные — или правильнее будет сказать «утренние»? — игры закончились примерно за сорок минут. Для слишком уж серьёзной активности действительно не было сил. Душ посетили уже в шестом часу утра. Замечательно…