Княжич Соколов (СИ)

— Надо полагать, мой, — кивнул я.
— Тогда я не понимаю, — все еще недоумевал Сомов.
Удобно что отец договаривался в последний момент и напрямую с главой рода. Все нюансы обговорить было невозможно и ради небольшого пустяка Иван Сомов точно не будет звонить деду и уточнять детали соглашения.
Не солидно для золотого мальчика, участвующего в управлении столичными делами рода.
— Новый протокол безопасности, вам прекрасно известно, Иван Кириллович, как к Соколовым относятся в столице, — пояснил я спокойным тоном и, не дожидаясь разрешения, нырнул внутрь его внедорожника.
Лица его дружинников выглядели примерно также растерянно как у Сомова и мне никто не помешал. Приказа не было, а я все-таки княжич родственной семьи.
Сам золотой мальчик Тобольска спорить особо не стал и послушно сел рядом. Любопытно что настолько неконфликтный и мягкий человек является сильнейшим одаренным в своем поколении.
— Позвольте узнать, протокол согласован? — спросил Иван Сомов, неуверенно покосившись на телефон.
— Разумеется, — даже не соврал я и демонстративно поправил подаренный китель разведчика.
Последними словами князя Соколова на аудиенции были: «Артем, в столице ты сам отвечаешь за свою безопасность». А значит любой придуманный мной протокол априори согласован с отцом.
Позволить себе усомниться в моих словах сейчас, это тоже самое что обозвать весь род Соколовых лжецами. Добряк Сомов на это не пойдет, хотя ситуация ему явно не нравится.
— Ладно, — неохотно согласился Сомов, — но вы ведь понимаете, Артемий Сергеевич...
— Можно просто Артем, — аккуратно перебил я, — предлагаю перейти на «ты». Семья как никак.
— Хорошо... Артем, ты ведь понимаешь, что нам в разные стороны? Разведывательное училище на северной окраине столицы, а мой лицей в Царском селе на юге.
— Не переживай ты так, Иван. Протоколы безопасности составляют умные люди, все схвачено, — улыбнулся я и кивнул водителю трогаться.
Тот, разумеется, меня полностью проигнорировал.
Сомов подвис, анализируя ситуацию со всех сторон и нервно покручивал телефон в руке.
— Гена, поехали, — наконец, неохотно согласился Иван, продолжая поглядывать то на меня, то на своих людей, которые так старательно грузили чемоданы.
Водитель оперативно передал приказ по рации остальным машинам и кортеж медленно тронулся.
— Иван Кириллович, что теперь делать второму кортежу? — уточнил Гена, который был вроде как главным среди местной службы безопасности Сомовых.
— Пусть следуют изначальному маршруту, — ответил я, но опять встретил игнор.
— Выполняй, — обреченно скомандовал Сомов и опустил звуконепроницаемую перегородку.
— Вынужден напомнить, Артем, род Сомовых обещал тебе только перелет и сопровождение.
— Не смею просить о большем, — уверил я.
— Уже попросил, — едва сохраняя хладнокровие подметил Сомов, — когда твой багаж привезут к училищу, куда моим людям его разгружать? Тебе уже выделили номер?
— Лучше, — повел я рукой, — мне выделили телохранителя.
— Телохранителя? — недоуменно переспросил Сомов.
— Ну да, — кивнул я, — она прилетела ночью и наверняка уже успела выбить мне самый безопасный номер. С охраняемыми входами, без окон и с крепкими замками.
— В тюремной камере что ли? — предположил Сомов.
— А там такие есть? — удивился я.
— Да, целый блок под землей.
— Тогда наверняка там, она талантливая, — убежденно кивнул я, — в общем, за багаж точно можешь не переживать, моя телохранительница его с радостью встретит.
— Хорошо, когда есть такие исполнительные слуги.
— Не то слово, — согласился я, — слушай, а у твоих людей есть страховка?
— Какая еще страховка? — напрягся Иван.
— Ну там от увечий или травм, — задумался я, — чемоданы ведь тяжелые. Вдруг поранятся.
— Там элитные бойцы рода, — хмыкнул Сомов, — уж как-нибудь справятся с багажом.
— Как знаешь, — пожал я плечами и перевел взгляд в окно.
Даже сквозь моросящий дождь местные необычные здания радовали глаз. Сохранившаяся в Санкт-Петербурге архитектура совершенно отличалась от Омской современной простоты или однотипных монолитных высоток на планетах Веера.
 
В моем родном мире, который тысячелетия назад погряз в бесконечной войне людей и Эфириалов, в зданиях ценилась только прочность. Там давно забыли, что такое искусство и красота.
— Артем, — спустя десять минут поездки сухо заговорил Сомов, — зачем ты на самом деле поехал со мной?
— Потому что нам по пути, — честно ответил я.
По изменившемуся минуту назад дыханию и сердцебиению Ивана я понял, что он наконец взял себя в руки, сопоставил в тишине факты обо мне с тем, что происходит, и сделал правильные выводы.
Правильные, потому что на смену недоумению пришла закономерная злость, которую Сомов пока еще тактично сдерживал.
— Я думал ты поступаешь в разведку.
— Нет.
— Но ведь твой прадед был разведчиком, дед был разведчиком, отец разведчик, ваша родовая сила — мечта любого разведчика, — перечислял, загибая пальцы Иван, — к тому же твой атрибут воздуха...
— А что с ним? — улыбнулся я.
Даже интересно как этот добряк с волевым подбородком будет выкручиваться.
— Не подходит он для царского лицея, Артем, — смог тактично сгладить Сомов и поспешил пояснить, — Царский лицей — это не совсем учебное заведение, это комплекс полигонов общим размером с маленький город и их общая цель одна, вырастить Богатыря. Любой ценой, Артем. Других целей нет и ни законы, ни император им не указ. Важен только результат.
— Методы хоть рабочие? — спросил я когда Сомов закончил свою пламенную речь.
И говоря пламенную я имею в виду заботу, на которую внезапно перешел мой двоюродный брат после эмоции злости. Как это возможно понять не могу. Ожидал драки, а получил...
Человеческий мозг воистину загадка.
— Конечно рабочие! — искренне возмутился Сомов, — там лучшие умы империи!
— Чего же тогда Богатырей всего три?
— А не твое дело! — показал характер Иван, — почему я вообще должен перед тобой отчитываться? Делай что хочешь!
— Так я и делаю, — подметил я, — и тебе советую начать.
— Есть тут одна мысль, — тяжело вздохнул Сомов и нездорово на меня покосился.
— Выбросить меня из машины на ходу? Ты это брось, Иван, так с братьями не поступают. Даже с двоюродными, — чуть напрягся я.
— Даже с такими манипуляторами как ты? — сощурился Сомов.
— Особенно с такими манипуляторами как я, — хмыкнул я, — и как ты в столице выживал-то?
— Нормально выживал, — отмахнулся Сомов, — ты ведь понимаешь, что если я привезу тебя на порог царского лицея и ты устроишь там скандал, то это больно ударит по репутации моего рода? По моей личной репутации, которую я строил четыре года!
— Скандал? Я тебе что Зверева? — искренне возмутился я.
— Какая Зверева? — вновь переключился на недоумение Сомов.
Такое ощущение что у психики внука Богатыря есть только три режима и сменяются они по щелчку пальцев.
А что, даже удобно в какой-то степени.
— Я же тебе говорил про нее, — невозмутимо сказал я.
— Которая телохранительница что ли? — напрягся Иван, — только не говори мне что эта чокнутая встретит моих людей у твоего недоучилища?!
— Во-первых, недоучилище не мое, — заметил я и отодвинулся чуть дальше, — во-вторых, если перестанешь мысленно пытаться меня убить, мы даже сможем поладить. Разделять мое мнение на счет психического здоровья Зверевой это важный шаг к взаимопониманию.
— Ты не ответил на вопрос, — холодно повторил Сомов, и едва заметная волна льда пробежала по его телу.
Это четвертый режим или просто вариация злости? Запутался.
Хотел было задать уточняющий вопрос, но «Око» показывало, что время нашего с Иваном разговора почти на исходе, и я потянулся за ремнем безопасности.
— Да не буду я тебя выбрасывать на ходу, — хмыкнул Сомов, — мы уже почти приехали.
— Да это понятно, — повел я рукой и прощупал заднее сидение на мягкость, — подушки безопасности работают?