Горячий старт
Не дойдя до улочки, где ждала снятая комната, Аурел свернул под ближайшую голограммную зыбь – рекламу небольшого бара. Бар звался «Потерянный кластер». Вероятно, его основали давным-давно, еще когда компьютеры были большими, потому что столики до сих пор были расписаны под древние трехдюймовые магнитные дискеты, которые вмещали – смешно подумать – аж полтора мегабайта! Интересно, кому были нужны файлы в полтора мегабайта? Что в такой спейс вообще можно впихнуть?
Народ здесь тоже собирался околокомпьютерный, ибо «сквишь», «дупес», «давить поганые форточки», «рулез» и «суксь» доносились из каждого угла. Аурел окинул взглядом зал, но взгляд вяз в табачном дыме. Длинная стойка, около которой грибами торчали высокие вертящиеся табуреты, показалась ему заманчивой. Он пересек прокуренный спейс бара, огибая столики-дискеты и стараясь никого не задеть. Взгромоздился на гриб-табурет и встретился с водянистыми глазками бармена.
– Пива, пожалуйста, – попросил он как можно вежливее. В этом баре, скорее всего, собирались обитатели какой-нибудь местной локалки, знавшие друг друга давно и прочно, и, без сомнений, успевшие обрасти пропастью законов и правил, непонятных чужаку. К чужакам и относились неприязненно, это Аурел безошибочно прочел в бесцветных глазах бармена. Вероятно, Аурел был здесь единственным чужаком.
Бармен с сомнением взглянул на истертую куртку Аурела.
– А заплатить у тебя найдется чем?
Аурел пожал плечами и протянул ему зажатую между средним и указательным пальцами карточку, где на равнодушный пластик были напылены все сведения о его счете. Счет не был честным, но подкопаться под него никто не сумел бы, потому что Аурел в сети чувствовал себя хозяином.
Бармен брезгливо покосился на белый квадратик, повисший над стойкой, но брать его не спешил. Аурел вопросительно поднял брови.
– Приятель, здесь расплачиваются наличными, – пояснил бармен.
Аурел изумился:
– Почему?
– Потому что Митрич не хочет терять деньги, когда полисы заявятся вязать очередного хакера-недоноска, подпатчившего свой счет, – пояснил тучный бородач-сосед с ближнего табурета. Перед ним стоял похожий на тюльпан бокал с густо-красной, почти черной жидкостью. Похоже, с вином. Глаза бородача смотрели несколько в разные стороны, но не от вина, скорее, а от природы.
Аурел снова пожал плечами, убрал карту и извлек внушительную пачку двадцаток. Во взглядах бородача и бармена тотчас вспыхнуло уважение.
– Сороковника пока хватит?
Потеплел даже голос бармена:
– Вполне. Все путем, парень, не обижайся, я тебя впервые вижу, а сюда кто только не ходит. Шваль всякая. Извини, к тебе это не относится, теперь я вижу, что ты прямой клиент. Сиди сколько хочешь, – бармен убрал деньги в прозрачный кассовый аппарат; бумажки скользнули в паз банкотеста, проползли по нескольким сдвоенным валикам и присоединились к другим купюрам-двадцаткам. – Какого тебе пива? Светлого, темного, сладкого, горького? А?
– "Осенний бархат" есть?
Теперь глаза бармена излучили даже некоторое тепло.
– Я тебя все больше уважаю, парень! Есть. Правда, не для всех, но для тебя – точно есть.
Бармен развернулся и проворно юркнул за пестрый занавес.
– Ну, все, – сообщил бородач Аурелу. – Покорил ты Митрича. Смотри, не разочаруй...
На стойке возникли две запотевших бутылки «Бархата» и сверкающий бокал с чудовищной гнутой ручкой. Впрочем, ручка была очень удобной. Одну из бутылок Митрич сноровисто откупорил при помощи вросшего в палец желтоватого кольца и опрокинул в бокал. Поднялась соблазнительная пена. Отхлебнув пива, Аурел поудобнее уселся и вяло оглядел зал. Бармен все не унимался.
– Эй, парень, если будешь часто заходить – заведу тебе персональный бокал. Вот этот самый. И голограммку пришлепну, хочешь, сниму прямо сейчас?
На кружках многих посетителей и впрямь виднелись голограммы. Наверное, это даже забавно: украсить личный бокал своей физиономией. Но Аурел уже чувствовал зуд в ладонях: дорога звала.
– Наверное, я скоро уберусь из сити. Надолго ли – не знаю, – сказал он бармену. – Так что пока не стоит.
Бармен вздохнул.
– Как знаешь...
Вместо портрета на бокале соседа-бородача серебрился замысловатый вензель из переплетенных букв В, М и К.
– Это значит «Великий Медленный Король», – охотно пояснил сосед, перехватив взгляд Аурела. – Прозвище. А вообще я – Саша.
– Аурел, – представился Аурел. В принципе, он был не прочь поболтать, хотя бы с этим толстяком, даром, что он Великий и Медленный.
– Ха! – обрадовался Король. – Горец? Откуда?
– Из Кишшей, – отозвался Аурел. – А что?
– А я – из Тира! – радостно сообщил Король.
«Надо же, почти земляк», – подумал Аурел.
Они чокнулись и выпили. Бокал отозвался нежным, как голос бекбонного потока, звоном.
За столиком напротив сидели несколько парней; на спине одного из них, широкоплечего, с выбритой до состояния биллиардного шара головой, светились чеканные символы:
[Думаю... *** 37% done
Аурел усмехнулся.
– Только не вздумай сказать ему: «Приятель, ты висишь», – посоветовал Король.
– Буду не первым? – улыбнулся Аурел.
– Даже не тысяча двадцать четвертым, – хмыкнул бородач.
– Понятно... Кто сюда сбредается-то? Локалка?
– Ага. Рамон_105.ПВТ. Я – 105.274/11. А ты?
– Слайдер.88.слайдер, – честно сказал Аурел. Король даже выпрямился, словно услышал команду «смирно» от зверя-сержанта.
– Плавающая нода? Ни хрена себе!
Сказал он это достаточно громко, чтобы услышали сидящие за ближайшими столиками. На Аурела теперь глядело с десяток лиц, а по залу уже полз шепоток и все больше завсегдатаев «Кластера» оборачивались к Аурелу. Тот уже жалел, что открылся Королю, потому что заранее знал, чем теперь все кончится. Выяснением с местными хакерами кто круче. А уступать Аурел не любил.
Двое взъерошенных парней в вечной линялой джинсе нарочито неторопливо приближались.
«К чертям все, – подумал Аурел, залпом допил пиво, опустил бокал на стойку рядом со второй бутылкой „Бархата“ и устало посмотрел в зал. – Не буду сегодня выпендриваться».
Потом мысли запрыгали, как всегда не к месту.
«Я готов уступить? Привет! Такого еще не случалось... Может взрослею? О: это свежая идея – взрослость есть умение уступать. Интересно, чем пытать-то будут?» И тут Аурел впервые увидел ЕЁ.
***~# run console 1
@comment: verification inside
Синие цифры ползали по вижн-стене, отмеряя минуты. Фирму в понедельник ТП-шники не открывали, вывесив за дверь вежливую липучку:
«Извините, сегодня не работаем. Ждем вас завтра, во вторник, 12 февраля.» Сема с кислой физиономией очищал банан; перед ним желтела на столе внушительная гроздь, а в урне под столом было полно отслоившихся шкурок. Тигр скептически улыбался и вертел в руках диск, пуская тусклые зайчики вдогонку ползающим по стене часам. Синицын нервно шелестел «Спорт-Экспрессом», но смысл прочитанного не мог прорваться сквозь частокол мыслей, большей частью – тревожных. Не любил Син непредвиденных встрясок. Чен и Бай сосредоточенно глядели в затуманенный бок бутылки «Кремлевской лимонной»; водки оставалось еще больше половины.
Их было пятеро в офисе – пятеро компаньонов, готовых отдаться клиенту согласно заключенной сделке. Шестым в офисе было Ожидание, поскольку часы показывали уже полвторого, а клиент, обещавший заявиться в час, еще не пришел.
Син отшвырнул газету в сторону.
– Наливай, что ли...
Чен механически потянулся к бутылке.
– Я больше не буду, – заявил Сема.
– А я тебе больше и не наливаю. Ни каплей больше – столько же, сколько и в прошлый раз.
Чен был единственным, кто выглядел как обычно. Если он и нервничал, это было незаметно. Впрочем, Тигр тоже не нервничал, но скорее всего потому, что не верил в путешествия за барьер. Он вообще не верил в существование барьера, что, впрочем, не мешало ему торговать чужими программами.