Город Мертвых Талантов (СИ)
Она умолкла, лицо ее застыло, взгляд стал тяжелым и холодным.
— Я всегда чувствовала, что со мной что-то не так, что я всем чужая, другая, не такая. Существо второго сорта. Ты говоришь — слушались, уважали… Меня никто никогда не любил.
В ее голосе звучала самая настоящая, искренняя обида.
— А как же Бэлла? — мягко возразила Саша.
— Бэлла? — Кассандра взвилась, будто ей всадили булавку в бок. —
Лучше бы она меня ненавидела! Ты, любимая и единственная, никогда не сможешь понять, каково это — быть номером вторым!
Я собирала и сушила для нее травы, растирала их в порошки, помогала варить эти вонючие снадобья, пробовала на себе противные мази. Но лицо ее светлело только когда приходила она. Ариадна. Твоя мать. Чем она заслужила такую любовь? Я не могла понять. Я ее ненавидела. А эта глупая курица не замечала ни ненависти, ни любви. Когда этот бедолага Марк лишился по ее милости рассудка, она и бровью не повела! — в холодном голосе прорезалась неприкрытая злоба.
Внутри у Саши все кипело — как она смеет так говорить о маме! Она уже набрала воздуха для возмущенной речи, но заглянув в глаза Кассандре, осеклась. Разве можно что-то объяснить раненому ребенку, ревнивому, озлобленному ребенку с каменным лицом?
Кассандра помолчала немного и снова заговорила мягко и монотонно, будто сказку рассказывала:
— Так продолжалось до тех пор, пока в один прекрасный день, блуждая в тоске по болоту, я не встретила хухлика — жалкого и отверженного обитателя здешних мест. “Великая Утроба зовет тебя!” — пропищал он и поманил меня на болота. Я дрожала от страха, но пошла за ним. И под сводами Черной горы я обрела дом. Утроба рассказала мне все. О моей прародительнице — черной ведьме. О силе, которая дремлет во мне. О мерзавке Агафье, которая чуть не погубила наш род. Об изгнании. И о том, что я оказалась в Музеоне не случайно.
Наконец-то все встало на свои места. Я осознала свою истинную природу и мое предназначение открылось мне. Я поклялась разделаться с вашим поганым родом и положить Музеон к ногам Великой Утробы.
— Но это же глупо! — не выдержала Саша, — Кто-то утопился в болоте по собственной дурости, да еще пятьсот лет назад, а вы за это хотите уничтожить меня и маму? Мы-то в чем виноваты? Это что, кровная месть?
Кассандра посмотрела на нее с жалостью, как на слабоумную.
— Деточка. Я сама сочинила эту сказку. Ты поверила? Не огорчайся. Все верят.
— Но зачем? Для чего? — Саша ничего не могла понять.
— Сочинять истории полезно. — просто ответила Кассандра. Только это должны быть правильные истории. Кому нужна скучная, кислая правда? Захватывающие истории — вот чего все хотят!
— Так значит… проклятья нет?
Кассандра равнодушно пожала плечами.
— Понятия не имею. Не интересуюсь мистикой. Мне нет дела до прошлого. Я иду вперед и никогда не оглядываюсь.
— Но тогда зачем? Зачем вы это делаете?
— Деточка, мне нужна ты! — нежно промурлыкала Кассандра.
— Я? Зачем? — Саша на всякий случай отодвинулась в самый уголок.
— Сверни ковер нетерпения и спрячь в сундук ожидания.
Саша поморщилась:
— С детства ненавижу эту присказку!
— Если хочешь получить ответы на все вопросы, придется набраться терпения. — улыбнулась Кассандра и продолжала:
Я вернулась в Музеон и зажила как прежде. Но моя жизнь обрела новый смысл. У меня появилась цель.
Спешить было нельзя, все должно было происходить незаметно, как бы само собой. Я потихоньку делала свое дело. Заманивала в болото легковерных муз… Переродившись, они благодарили меня, ведь жизнь азумы легче и приятней. С талантами столько возни — растить, беречь, холить, лелеять. А нет таланта — нет проблем. Сама знаешь.
И вот настал день, когда мой кропотливый труд принес плоды — умер источник. Пришел черед Магнуса.
— Вы убили его? — прошептала Саша.
Кассандра вскинула бровь.
— За кого ты меня принимаешь? А кто, как ты думаешь, встретил тебя и развлекал все это время?
— Длинный? — ужаснулась Саша, — так это был Магнус? Что же вы с ним сотворили?
— А что? Помолодел, повеселел. Великолепный клоун получился! Болотная водица пошла ему на пользу.
Кассандра улыбнулась уголком длинных губ, от чего ее лицо неприятно перекосилось.
Саша незаметно вытерла о колени дрожащие, влажные ладони. Она проклинала свое безрассудство. Куда они едут? Что задумала эта безумная женщина? Может она решила утопить ее в болоте и превратить в кого-то вроде длинного? Или запереть в поэтической лаборатории? Что теперь делать? Выпрыгнуть на ходу из автомобиля и бежать? Но куда? Кругом болота и тьма кромешная.
А Кассандра тем временем продолжала:
— Все шло прекрасно. В Музеоне воцарились разброд и хаос. Голод — великая сила. Музы сходили с ума, сами кидались в болото. И с драгоценными оказалось проще, чем я думала. У каждого есть слабое место. Страх, тщеславие, привязанность, чувство долга. Надо лишь правильно надавить.
Одно мешало мне наслаждаться этой игрой — ваш треклятый род. Ваша способность летать на этой крылатой кляче. В любой момент вы могли свалиться как снег на голову и разрушить мой труд. Ариадне удалось хорошо спрятаться — мне никак не удавалось напасть на ее след.
И снова удача! Одна из моих помощниц обнаружила тебя, благодаря твоим милым сказочкам! Я не знала о твоем существовании, но сразу почуяла Агафьино отродье. Ты хоть понимаешь, что, сама того не зная, писала о Музеоне? Или все-таки маменька тебе рассказывала?
Саша помотала головой.
— Мне снились сны. Я их записывала.
— Я всегда говорила, что от таланта одни неприятности. — назидательно заметила Кассандра. — Если бы не твой писательский зуд, ничего бы с вами не случилось.
При последних словах у Саши заныло под ложечкой от страха.
“Прыгай и беги!” — стучало в голове. Но она взяла себя в руки. Даже если дело ее совсем плохо, если ее утопят в болоте, или еще что похуже, она должна узнать правду.
— Утащить вас обеих одновременно я не могла. — безмятежно продолжала Кассандра, — Поэтому решила сначала посадить на крючок твою мамочку. У меня с ней давние счеты.
А ты сама за ней прибежишь, стоит показать тебе дорогу — так я рассудила и дала задание моей умнице Зое.
— Зое? Всеволодовне?
— Так зовут ее люди. — улыбнулась Кассандра. — Она великолепна. Моя любимица. Таких достаточно одной на школу, чтобы юные таланты посыпались к нам в болото, как спелые яблоки.
— Я всегда догадывалась, что с ней что-то не так. Считала ее вампиршей.
— Смешные вы, детишки! За вампирами и оборотнями не замечаете очевидного.
— Она потом исчезла куда-то. — Саша поежилась, припомнив то, о чем так долго запрещала себе думать. — Так и не появилась в школе после того…
— Ну разумеется. Ты же не одна на свете — юное дарование! — хохотнула Кассандра, — Зоя выполнила задание и получила новое. Теперь успешно трудится в другой школе.
А с тобой она поработала блестяще — Ариадна мигом почуяла, чем пахнет и кинулась тебя защищать, как клушка цыпленка. Она-то сразу все поняла…Вместо Зои ее ждала я. Встреча была трогательной. Заманить ее в Музеон оказалось еще легче, чем я думала. Стоило только намекнуть, что настали трудные времена. Что тебе угрожает опасность. Что нужна ее помощь. Она поверила.
— Где она?
— Хватит меня перебивать! — сварливо прикрикнула Кассандра. — Слушай дальше.
Музеон погибал. Магнуса искать уже почти перестали, драгоценные смирились с неизбежным и ждали совершеннолетия Льва, чтобы свалить на беднягу полуразрушенный город.
И я решила — пора!
— И подослали хухлика? Каспара Хаузера?
Кассандра кивнула, лучезарно улыбаясь.
— Здорово придумала, правда? Странный человечек, таинственное письмо. Ты клюнула и помчалась в Самородье, обгоняя ветер.
— Почему вы так долго ждали?
— Ты должна была стать послушной. Безвольной. Запуганной. Чтобы тебе даже в голову не пришло пойти с моим письмом в полицию. Или к отцу.