Не с первого взгляда, но до последнего вздоха (СИ)

— Юблённый, — пожав плечами, сказал Джеймс и продолжил рисовать.
Грейнджер смотрела на него во все глаза и не знала, как на это реагировать. Ему был всего год, а парень, кажется, уже понимал в жизни куда больше, чем она сама.
— Он сказал «влюблённый». Ты ведь это поняла? — услышала девушка и, подняв голову, увидела опершегося плечом о дверной проём Гарри. — Как удивительно, что такие малыши оказываются более наблюдательными, чем взрослые. Правда?
Гермиона ответить не успела, как в комнату вошёл Рон и, подняв её с пола, заключил в крепкие объятия. Она болталась в его руках, словно безжизненная кукла, но, когда из лёгких вышел последний воздух, с хрипом пропыхтела:
— Рон, ты меня раздавишь.
— Оу, прости меня, Миона, — сказал Уизли, ставя её на ноги. — Я так рад, что с тобой всё в порядке. Мы с Кэтти так переживали за тебя. Приходили, пока ты была в отключке.
— Спасибо, мне очень приятно, — легко улыбаясь, ответила девушка и переключила внимание на вошедшую в комнату невесту Рона. — Привет, Кэтти. Мне очень жаль, что я пропустила ужин из-за этого всего.
— Ты что, Гермиона, — ответила девушка, оставляя лёгкий поцелуй на щеке шатенки. — Глупости не говори. У тебя была, скажем так, очень уважительная причина. Главное, что с тобой все хорошо. А приглашения я сегодня взяла с собой.
Они сидели за столом и разговаривали обо всём на свете. Кэтти рассказывала, какой она хотела бы видеть свою свадьбу. Что предложила Рону устроить свадьбу в Ракушке на пляже. И что даже попросила разрешения у Билла и Флёр, но вскоре они передумали и решили провести свадьбу в Норе, чтобы не обременять всё семейство путешествиями.
Джинни с таким упоением рассказывала, что Кингсли попросил её помочь в организации благотворительного вечера. В свободное время, конечно. Поделилась, что очень хотела бы составить конкуренцию Рите Скитер, так как соскучилась по работе. Так же она с большим энтузиазмом говорила, что предвкушала поход по магазинам и выбор нарядов на вечер.
Гарри рассказывал, как они почти отловили оставшихся последователей Пожирателей. О том, насколько они стали свирепее и изощрённее. Убийства и пытки были куда более кровавые. И Гарри не мог найти этому объяснений. Откуда у них столько сил, и где они брали новые артефакты. Ведь все чистокровные семьи и их Мэноры были проверены и полностью зачищены. А контролировал это лично Малфой, потому что он был в этом лучшим.
— Тоже мне, нашёл специалиста, — недовольно бурчал Рон.
— Ты что-то имеешь против, Рон? — с негодованием спросил его Гарри. — Он действительно лучший в этом и постоянно доказывает свою пользу. Он спас мне жизнь, Рон. И не раз.
Гермиона сидела и наблюдала за перепалкой своих лучших друзей. Она сжимала руки в кулаки от злости и благодарила Мерлина за то, что Малфоя рядом не было. Именно сейчас могла бы начаться третья магическая война. И Гермиона даже знала, на чьей стороне бы была. Особенно после последующей фразы.
— А ты не думал, Гарри, что, может быть, это из-за него на Гермиону напали, а? Что через неё пытаются подобраться к нему? Она ведь теперь его подружка!
— Не неси чепухи, Рональд! — прошипела Гермиона.
— Так, давайте все успокоимся, — подняла руки в примирительном жесте Джинни.
— А что такое, Миона? Настолько промыл тебе мозги, что ты уже и знаков не замечаешь?
— Прекрати, Рон! — начал повышать голос Поттер.
— Уверен в том, что это этот придурок оставляет ей чёрные лилии. В его стиле! — всё не унимался Рон.
— Ты сказал «чёрные лилии»? Ты уверен? — три пары глаз устремили взор на заговорившую тихим голосом Кэтти.
— Ты что-то знаешь? — с надеждой спросил Гарри.
— Я… я не то чтобы что-то знаю. Просто у нас в Ирландии был один волшебник, старый, как вы называете, аврор. Он был уверен, что тот, кто найдёт чёрную лилию, обречён.
Все повернули голову к Гермионе, которая, кажется, забыла, что нужно дышать. В комнате и так поднялась температура воздуха от перепалки, а сейчас кожа и вовсе будто начала плавиться.
— Продолжай, — тихо сказала Грейнджер.
 
— «Призрачный цветок», «демоническая лилия», «цветок мертвецов», «адов цветок» — вот как называли чёрную лилию у нас на родине. Ну или ещё «чёрная смерть, дарующая жизнь». Но дарила жизнь она только хозяевам. Этого я никогда особо не понимала, ведь как цветок может подарить жизнь? Бред, не так ли?
— Я читала что-то об этом в дневнике какого-то ирландского волшебника, — тихо, будто самой себе, сказала Грейнджер.
— Мерлин, Кэтти, что это ещё за страшилка на ночь? — с насмешкой спросил Рон.
— Не перебивай, Рональд! — строго сказал Гарри и зло сверкнул на него глазами. А Гермиона, слушавшая всё это, стремительно бледнела, схватившись за руку своей подруги.
— В Ирландии есть легенда, — продолжила девушка. — Вернее даже страшилка, которую рассказывают детям, чтобы они соблюдали дисциплину. Что в отдалённой местности, далеко от цивилизации, в доме на скале у самого океана жила одна семья, которой были не страшны ни время, ни болезни, ни боевые заклинания. Говорят, у них даже не было волшебных палочек. Мужчина и женщина жили, как паразиты, сохраняя силы за счёт других. Люди знали, что, если ты нашёл у себя чёрную лилию, выбор пал на тебя, и оставалось жить совсем немного. А кто переходил дорогу этой семье, пропадали или же оставляли после себя лишь обугленные тела.
Грейнджер перевела глаза, полные ужаса и слёз на Гарри, и прошептала:
— Алисия…
— Так, — подорвался Поттер со своего места, хлопнув руками по столу. — Гермиона, выйдем, на минутку!
Грейнджер медленно поднялась и на ватных ногах пошла за другом. Они поднялись в библиотеку, и, как только дверь за девушкой закрылась, Поттер наложил заглушающее. Он стоял к ней спиной, вытянувшись, как струна. Пытался выровнять дыхание, что явно означало, что он злится.
— Что происходит?
— О чём ты, Гарри? — с ноткой неуверенности произнесла Гермиона.
— Перестань мне лгать, Гермиона! — прокричал мужчина, поворачиваясь к ней. — Ты бы видела своё лицо, когда Кэтти рассказывала эту якобы легенду. Ты тряслась, словно лист на ветру. А в глазах виднеется страх прямо сейчас. Расскажи мне всё, или я заставлю! — он стукнул кулаком по рядом стоящему столу.
— Я думаю, это всё из-за Алисии, — сдавшись под натиском Поттера, начала она.
— При чем тут эта мертвая ведьма? — недоумевал мужчина. А Грейнджер с усталым выдохом присела в кресло и начала свой рассказ.
— Ты помнишь, что она сказала мне? — Поттер в ответ лишь согласно кивнул. — Это началось ещё до исполнения приговора. У меня было ощущение, что за мной наблюдают и ходят по пятам. Моя интуиция подсказывала мне, что эта женщина не просто так выбрала меня. И я должна была успокоиться после твоих слов о её смерти. Но нет. Я все время прокручивала её слова у себя в голове. Дальше я начала находить цветы. И поначалу я наивно полагала, что это какой-то знак внимания от ухажёра. Даже думала, что это Малфой, потому что наутро, после девичника Пэнс, я нашла такой у него в квартире.
— Ты серьезно? — спросил у неё Поттер, округляя глаза. — У него ведь сильные защитные чары!
— Я знаю, Гарри, я знаю… Я находила эти цветы везде: на работе и даже на острове, понимаешь. Но только там до меня дошло, что это угроза. Он нашёл меня даже там…
— Он?
— Тогда, у меня в квартире, были не только лилии. Мне так показалось сначала. Было чьё-то присутствие. Но он был у меня в голове, Гарри. Он сидел у меня в голове и говорил со мной. Это было ужасно… Ощущение было такое, что я дышу только потому, что он разрешает. А дальше ты знаешь, я пыталась вытолкнуть его из себя, видимо, это был магический выброс. Или то, что защитило меня.
 
— Что ему нужно? Почему именно ты? — он смотрел на неё пристально, скрестив руки и оперевшись бёдрами об стол. А Гермиона не знала, что сказать. Солжет — он сразу увидит. Скажет правду — он первый будет под ударом. Потому что узнает.
— Я думаю, что он как-то связан с Алисией. Может, он её возлюбленный и просто мстит мне за то, что я обнаружила её. — «Вот так Гермиона, почти не соврала», — подумала девушка.