Династия проклятых (СИ)
Все грани опасности стерлись, а приличия порвались в клочья! Я не думал о последствиях, когда одним ударом ноги вынес несчастную дверь, которая нагло отделяла меня от Астрид. Стражники не успели ничего понять, поэтому не сумели меня вовремя задержать. В покои я ворвался со стойким ощущением, что Хакон мучает ее, истязает, а я, как самый последний трус, не вмешиваясь слишком долго, стоял в коридоре! И неважно, что он ее законный муж! Плевать, что эта сцена станет самой обсуждаемой в ту же секунду! Мне надоело загонять свои чувства в рамки! Сегодня я из них вырвался! Без позволения вошел в королевскую опочивальню, где стражники подхватили меня под руки и попытались вывести обратно в коридор. Но им было не по силам справиться с моей яростью! Я стряхнул их с себя словно грязь, чувствуя, как дракон возрождается внутри, изменяя мое тело. Кожа покрывалась чешуйчатой броней, а кулаки превратились в стальные кувалды. Несколько мгновений отделяло меня от принятия истинной ипостаси прямо в их супружеской спальне, но меня остановил вид Астрид. Она стояла за ширмой, безвольно шатаясь в то время, когда слуги затягивали нити корсета на ее платье. Ее всхлипы прорезали тишину комнаты, утопая в дыме закурившего трубку Хакона. Абсолютно нагой, он стоял у окна и нагло пялился на Астрид похотливым взглядом, откровенно трогая свой готовый к соитию орган. Вся эта грязь, окружающая мою любимую женщину, напрочь сорвала голову! А когда Астрид повернулась в мою сторону, и я увидел, как мерцающие в свете свечей слезы катятся по ее щекам, как содрогается ее тело, как боль застыла в прелестных глазах, то и вовсе потерял рассудок! Все мысли резко улетучились, а разум наполнился всепоглощающей яростью. Я перевел гневный взгляд на Хакона и поймал ответную издевательскую ухмылку. За доли секунды, даже не понимая, что делаю, я оказался рядом с ним и схватил его за горло, отрывая паршивое тело Хакона от пола. Поднес к окну и вышвырнул его под жуткий, рвущий перепонки крик Астрид.
— Остановись! — услышал я позади ее голос и почувствовал, как она мертвой хваткой вцепилась в ворот моего камзола, оттягивая меня назад, но я даже не обернулся. В агонии злости наблюдал за тем, как в полете Хакон принял ипостась дракона, задевая мощным хвостом стену дворца, который содрогнулся от неожиданного натиска. С силой сжав запястье Астрид, я отстранил ее от себя и выпрыгнул вслед за Хаконом, превращаясь в дракона.
Площадь резко опустела, раздались крики перепуганного народа, а стражи слетели с башен, окружая нас со всех сторон, но сейчас ни один дракон был не в силах остановить начавшуюся битву! Я напал на Хакон первым, с рыком вцепившись клыками в его крыло. Он простонал от боли и тут же вырвался. Он взмыл ввысь, и я устремился за ним, разжигая не шуточную схватку ни на жизнь, а на смерть. Я хотел его убить и нападал именно с этой целью, со всей внутренней агрессией моего дракона из раза в раз впивался когтями и зубами в чешуйчатую кожу врага. В ответ он травил меня разъедающим зеленым ядом, исторгаемым из пасти, до крови бил по брюху шипованным хвостом, но я вцепился в его шею мертвой хваткой, не собираясь выпускать ее до тех пор, пока эта мразь не испустит дух! В ответ он издавал гортанные, булькающие от крови стоны, граничащие с гневным рычанием. Я смотрел в его горящие ненавистью глаза и выпускал зеленый пар прямо в прогрызенную мной рану, ощущая, как края разорванной плоти плавятся, как мое собственное крыло вскипает от его ответного яда и обессилено опускается, меняя траекторию моего полета.
Еще немного осталось продержаться! Я уже видел в его глазах увядающий огонек жизни. Смерть уже открыла свои чертоги в ожидании нового мертвеца, но один из стражников ухватил меня когтистыми лапами за затылок, и от приступа дикой боли я раскрыл пасть, выпуская из нее свою жертву. Другие стражи подхватили Хакона и опустили на каменистую площадь. Он вмиг сменил облик, и его тут же обступили жители дворца. Я вырвался из когтей стражника и спикировал вниз, чтобы наверняка добить врага, но Эрлинг набросил на Хакона купол магической защиты, об который я ударился, принял ипостась кармазина и скатился на камни.
Не успел ничего понять, как меня подхватили под руки и повели в замок, у входа в который стояла перепуганная до смерти Астрид.
— Ваше величество, доставить нарушителя в темницу?
— Нет! Отведите в больничное крыло. Вызовите лекаря и обеспечьте уход, — ответила она дрожащим голосом, отводя от меня наполненные слезами глаза. Я же валился с ног от полученных ран и не нашел в себе сил что-то сказать. Кровь капала на пол всю дорогу до палаты. Я ощущал ее железный привкус во рту и почти ничего не видел впереди. Только когда стражники подвели меня к кровати, я сумел смахнуть кровь со лба и лег на постель. Отар склонился надо мной, судорожно обтирая мое тело мокрой тряпицей, нанося на раны мазь и накладывая повязки. Я смотрел в потолок и молил Великого Дракона о том, чтобы Хакон не выжил в этой схватке, чтобы его не успели спасти, и тогда Астрид сможет жить спокойно! Меня уже не волновали последствия драки. Я сделал то, что должен был совершить уже давно! Честь Астрид гораздо важнее моей жизни! Я больше и минуты прожить не смогу, осознавая, что его грязные руки еще раз коснутся тела моей любимой! Это выше моих сил! Важнее всякой выдержки и железного терпения! Мы с Туланом слишком разные! Если он смотрел, как другой мужчина имеет его возлюбленную и ничего не делал столько лет, то я не смог поступить так же! С меня хватит! Лучше умереть, чем жить с этой болью, с этой глубокой раной в сердце, которая разрастается и кровоточит все больше с каждым днем.
— Герцог Пармис, за что вы так с королем? — не сдержал свое любопытство лекарь.
— Вы выполнили свою работу и можете идти, Отар! Это не ваше дело! — прикрикнул я, и он в страхе просеменил к выходу. Захлопнул за собой дверь, оставляя меня наедине с собственными мыслями.
Ярость меня не отпускала! Я думал лишь о том, как же было прекрасно вгрызаться в шкуру этой мрази и рвать ее на куски! Я давно об этом мечтал и сегодня осуществил то, что мне так часто снилось! Я ни о чем не жалел!
Постепенно, секунда за секундой злость утихала, и на ее смену пришла дикая боль, пронзающая все тело, выворачивающая мою плоть наизнанку. Хоть на стену лезь! Но я стиснул зубы, осознавая, что совсем скоро моя драконья кровь залечит раны и прогонит боль. Осталось лишь ждать и терпеть, но эти мучительные минуты окунули меня в пылающую преисподнюю, напрочь лишая способности мыслить. Через раз дыша, я посмотрел на дверь, которая скрипнула, впуская в палату Эрлинга.
Маг без лишних слов подтащил стул к моей кровати и сел. Склонился надо мной и шепнул на ухо:
— Я обещал твоему дяде, что если его не станет, я во всем буду тебе помогать и сдержу обещание в память о Тулане, но сегодня ты собственными руками вырыл себе могилу! — высказал он без фамильярностей и прикоснулся к моему лбу, снимая жгучую боль. С тяжестью превозмогая боль, я вздохнул полной грудью и посмотрел в узкие глаза Мага.
— Хакон умер?
Эрлинг опустил взгляд и взял меня за руку.
ГЛАВА 18 Астрид
Все гости, включая моих родных, покинули замок как раз перед происшествием, и это была единственная хорошая новость за день! Моя коронация превратилась в сущий кошмар, который не заканчивался! Картина жестокой схватки так и стояла перед глазами, а кубок с вином дрожал в руках. Я выпила хмель залпом, чтобы хоть немного прийти в себя и согреться, но он не помогал, как и огонь в камине опостылевшего королевского кабинета, по которому вот уже битый час ходила из угла в угол, стирая ноги в кровавые мозоли от неудобных туфель. Эта тянущая боль в стопах не могла отвлечь меня от тяжелых мыслей, что разрывали душу на части. Мне было страшно, как никогда! Так же страшно, как в тот миг, когда Пармис набросился на Хакона. Я боялась, что изумрудный дракон падет в этой битве, и я потеряю его навсегда. Боялась, что муж умрет, и Пармиса обвинят в убийстве, а я не смогу его спасти! Каждая мышца тела напряглась от давящего на грудь страха. Я выпила еще, а потом наполнила кубок вновь и быстро его осушила, но дрожь лишь усилилась.