Летальный исход. Год 2093 (СИ)
- Нравится осознавать свою беспомощность?
Животный страх сковал тело. Сердце забулькало в груди, словно кипящее масло. К горлу подошла блевота.
Я никогда не слышала этот голос, но без сомнений угадала владельца. Слова пулей пробил самые удаленные уголки сознания и вылетели наружу, заглушив собой разрыв снарядов, ор солдата за углом, которому оторвало пальцы руки, и даже стук моего собственного сердца, оглушительно гремящий посередине головы.
- Что за дерьмо ты сотворил со мной? - из груди вылетела старушечья хрипота.
- Ничего сверхъестественного. Лишь народная медицина: болиголов пятнистый для поражения нервной системы и кое-что для того, чтобы не вздумала отправиться на тот свет раньше времени.
- Но как? - Голова очередной раз пошла кругом и меня вырвало горькой желчью.
- Пустяки. Мелкий дротик в шею, пока ты удирала с завода.
Раздались шаги, а затем из спины чуть ниже лопатки словно достали занозу.
- Дротики с нейротоксинами использовали за тысячи лет до нас.
Не теряя веры, я продолжала попытки подняться на ноги, а заодно разглядеть своего врага сквозь пелену из расплывчатых клякс.
Мощный пинок в грудь, и, кажется, хрустнули рёбра. Позабыв, как дышать, рухнула в сугроб возле парковочного счётчика и свернулась калачиком. Автомат исчез в снегу, словно под слоем перьев.
Припав к его ногам, я с натугой подняла голову и соприкоснулась взглядом с полными ненависти красными огоньками.
Облепленной снегом, словно загипсованной, рукой, я попыталась достать из-за поясницы пистолет, но схлопотала очередной тумак, на этот раз ботинком по морде. Подошва скользнула по коже, что бритва, и рассекла губу, которая мигом набухла и увеличилась раза в три.
На фоне громыхания снарядов и стрекота винтовок под боком бились целые армии. А я, словно немощный котёнок валялась на снегу с коктейлем из разноцветных пятен перед глазами, и лишь явная чёрная фигура зловеще возвышалась надо мной. Возможно, перед самым концом предвкушение смерти фокусирует внимание на определённых деталях, связанных с твоей скорой кончиной, а может быть Энтони слишком близко находился ко мне и это характерно для действия вещества?
От удара я выронила пистолет, и тот сгинул вслед за автоматом в сугробе. Мне же осталось только сплюнуть густую кровавую слюну и пересчитать языком все ли зубы на месте после удара.
Фил Энтони двинулся на меня. Предплечья блеснули съемными имплантатами-пушками, а красные огни на шлеме погасли, как только наёмник тронул тот руками.
Не знаю, что ожидала увидеть, но оказалась удивлена и, как будто бы, даже разочарована. С гладковыбритого лица на меня смотрели глубокие, совершенно обычные серые глаза. Лицо, без малейшего намёка на эмоции украшали с полдюжины зарубцевавшихся шрамов, тонкая полоска губ плотно сомкнута, маленькие, кривые от переломов уши чуть выпирали с обритой головы. Взгляд источал мнимое спокойствие: словно жирный удав гипнотизировал тебя, готовясь схватить зубастой пастью и удушить.
- А ты думала я демон с голым черепом вместо лица? - ответил Энтони, словно учуяв удивление.
- Ничего я не думала. Мне все равно. Ты убийца, и как бы не выглядел, должен сидеть за решеткой! - в груди кололо.
Энтони разразился металлическим смехом, вроде тех НИМБовцев, что докопались до меня в доках.
- Многих я отправил на тот свет, но такую ерунду слышу впервые. Наверное, считаешь себя оплотом правосудия, как все эти генералы и чинуши? Важно накидываете на себя пуху, а закулисами спокойно устраиваете ад на земле.
Он скрипнул зубами и продолжил.
- Знаешь сколько мне было, когда твой папа продал меня? — семь. У меня не было семьи, я рос в детдоме, а твой папаша вместе со своими дружками решил: почему бы нам не подсластить жизнь этому парню и не отдать его на опыты?
Энтони положил правую ладонь на имплантат-пушку в левом предплечье, и оружие издало протяжный писк.