The Kills (СИ)

— Не мог, — Мими постучала кистью о палетку. — Как видишь, ему этого было недостаточно.
Какое-то время мы молчали. Подруга колдовала над образом, я переваривала услышанное, размышляя, как появление Люцифера в Линдене затронуло всех жителей, радикально поменяв людские жизни. Мою жизнь в том числе. И теперь я здесь, в Чикаго, готовлюсь выйти за него замуж. У меня есть ребенок, дом — то, о чем я и помыслить не могла каких-то лет пять назад.
— Как дела в кондитерской? — подруга занялась тщательным сокрытием следов плохого отдыха.
— Довольно не плохо. Людям нравятся мои фирменные десерты, — не преминула я похвастаться. — Некоторые приезжают за ними с других районов.
— О, это серьёзное заявление, — Мими занялась последними штрихами в макияже, тыча в мое лицо спонжем что есть мочи. — Станешь известным кондитером.
— Для Люцифера я так точно лучший кондитер во всем мире, — похвасталась я. — Он бедный из спортзала не вылазит.
Подруга захихикала.
— Встретил на свою голову, — подколола она.
— Поверь мне, он не выглядит несчастным. Особенно когда приходит с работы, а там выпечкой пахнет на весь дом.
Каждый раз, когда Люцифер, возвращаясь, заставал на кухне меня с очередным кулинарным шедевром, он буквально сиял от счастья. Зацеловывая меня до умопомрачения.
— Клятву помнишь? — Мими щёлкнула колпачком помады и, критически осмотрев меня, поправила пряди спереди.
— Помню. Люцифер вообще сказал, что будет импровизировать.
— Импровизировать? — подруга едва не поперхнулась шампанским.
Я только плечами пожала.
— Сказал, за него будет говорить сердце, — передала слова своего будущего мужа.
— Ох, — Мими посмаковала алкоголь, закусила конфетой, размышляя о чем-то своем. — Это так романтично, — подвела она итог.
Бокал занял место на косметическом столике.
— Ну что? — подруга весело хлопнула в ладоши. — Одеваемся?
***
— Спасибо, — уже в сотый, наверное, по счету раз благодарил меня Джек.
— Да брось. За что? — я приглаживала юбку платья, унимая нервозность, а Мими, стоявшая рядом, шлепала меня за это по рукам.
— Испачкаешь, — изображала она строгую мать.
— За приглашение. За то, что попросила вести тебя к алтарю. Это большая честь, — Джек улыбнулся, показывая свою радость, но за этой улыбкой я разглядела грусть.
Он остался один и будет выдавать замуж не свою дочь, а совершенно постороннюю девушку, хоть я и стала для него родным человеком.
— Ты ведь знаешь, — я тронула мужчину за плечо, — как я благодарна тебе за все. Ты мне практически как отец. Люцифер тебя так точно считает моим названным отцом.
В глазах бывшего начальника блеснули слезы. В порыве эмоций он обнял меня, по-отечески, так, как обнимал бы мой отец, выдавая замуж повзрослевшую дочь.
— Ваши визиты очень многое для меня значат, — Джек взял мою руку. — У меня нет никого, кроме вас.
В холл, где мы стояли в ожидании начала, забежала ведущая.
— Готовы?
Я кивнула.
— Тогда подруга невесты и дети занимают свое место, и мы начинаем, — женщина скрылась так же быстро, как пришла.
Мими позвала к себе изрядно умаявшихся во всей этой взрослой круговерти детей — Амели с корзинкой цветов и мальчика, держащего обручальные кольца. Она что-то нашептала им, поставила детей передо мной и Джеком, сама вставая во главе.
Зазвучали первые ноты музыки, означающие наш выход. Я взяла Джека под руку, благодаря традиции за наличие рядом хоть кого-то. И на негнущихся ногах, вся слегка подрагивая в волнении буквально от макушки до пят, вышла к месту церемонии.
Гости синхронно, как по команде встали, гремя стульями. На меня сразу устремились десятки пар любопытных глаз.
«Их здесь нет. Их здесь нет. Только ты и Люцифер».
Амели, одетая в воздушное белое платье, беззаботно раскидывала впереди цветы, кружась вокруг своей оси и подпрыгивая, радуясь возможности размяться.
В тумане я плыла вперёд, фокусируясь лишь на будущем муже. Он стоял рядом со священником, улыбаясь своей самой довольной и счастливой улыбкой. В идеально сидящем на нем черном костюме, с бордовым галстуком.
 
Высокий, красивый, мой.
Позади него маячил Джино. Решение Люцифера сделать его шафером повергло меня ступор на добрых пять минут.
Язык прилип к небу, в голове кружилось, а в платье стало жарко. К моменту, когда я дошла до цели, казалось, оно весит целую тонну. Сердце колотилось очень быстро. Не удивлюсь, если его биение слышали все присутствующие на церемонии.
— Не волнуйся, — шепнул Люцифер.
Я выдавила из себя паническую улыбку.
— Братья и сестры, — торжественно начал свою речь священник. — Сегодня мы собрались здесь, чтобы соединить узами брака два любящих сердца...
Люцифер взял меня за руки, похоже, как и я не слушая официальную речь. Он успокаивающе поглаживал тыльную сторону кисти, сияя от счастья, пока служитель церкви произносил вводную часть.
— ...Жених и невеста могут произнести клятвы, — объявил священник.
— Ты первый, — пискнула я.
Люцифер прочистил горло, начал речь, глядя мне в глаза, не отпуская рук, не пользуясь никакими подсказками, в самом деле говоря от сердца.
— Приготовьтесь, — усмехнулся он, бросая косой взгляд на гостей, — нам многое нужно сказать.
В толпе раздались тихие смешки.
— Кейт, — громко обратился он ко мне, и все замолчали, — пока ещё Уилсон, Но скоро я это исправлю.
Люцифер одарил меня своей знакомой, самодовольной улыбкой. Гости вновь засмеялись.
— Ты появилась в моей жизни в очень непростой период времени. Когда я впервые вошёл в бар и увидел тебя, совершенно точно не мог предположить, что все закончится у алтаря. Все годы до встречи с тобой состояли из пустого мрачного и унылого существования, — он мягко улыбнулся, чуть крепче сжимая мои руки. — В тот день я впервые посмотрел на девушку напротив глазами одинокого мужчины, а не глазами того, кто потерял смысл жизни. Ты оказалась такой беспечной, — он покачал головой, — что я готов был ночевать под твоей дверью с пистолетом, лишь бы суметь защитить. Много лет меня мучали кошмары. Рядом с тобой они исчезли как по волшебству. Все время до нашей встречи я не жил, существовал в водовороте унылых дней. А затем обрёл тебя, и мир начал возвращать краски. Ты спасла меня, буквально вытащила с того света. Я хотел понять тебя, узнать, увидеть, пусть и самые темные стороны, знать, что ты с такой же открытостью примешь меня и мои тайны.
Среди присутствующих послышались тихие всхлипы.
— Чувствовал, что наши отношения — не простая встреча, когда мужчина и женщина рядом, потому что нужно скрасить вечер. Мы с тобой — это нечто большее, чем может вообразить человек, — Люцифер дотронулся до моей щеки, только тогда я поняла, что плачу. — Мне нравится твоя трогательная хрупкость, открываемая лишь мне, — он стёр слезу, покатившуюся вниз. — Нравится, что ты позволяешь оберегать себя, давая мне ощущение нужности. Нравится та сила, которую ты взрастила в себе после встречи со мной.
Люцифер прервался, нежно коснувшись губами моей руки.
— Когда нам пришлось расстаться, мир будто покрыли серой краской, а я разучился чувствовать. Полнейшая атрофия эмоций, — он прикрыл глаза и покачал головой, возвращаясь в тот миг. — Нет на свете другой такой женщины, настолько подходящей мне. Просыпаясь в одинокие пустые дни, я каждый раз надеялся, открыв глаза, увидеть тебя. Иметь возможность прикоснуться, обнять, поцеловать, уткнуться в твои растрёпанные волосы и ощутить родное тепло. Увидеть, как ты хмуришься на мою слишком бурную утреннюю активность, затем улыбаешься и сонно потягиваешься.
Люцифер сделал паузу, успокаивающе поглаживая мои руки. Мы с Мими синхронно всхлипнули.
— Рядом с тобой радости заключаются в простых мелочах, вдали от тебя радости не доставят даже самые грандиозные вещи. Иногда, в особенно непроглядные от черного отчаяния ночи, — он отстраненно посмотрел в небо, — мне казалось, что я чувствую твои холодные ступни под одеялом. Ты всегда пыталась прижаться ближе, стремясь согреться, а я готов был отдать все свое тепло. Незримо ты всегда была со мной, в моем сердце и в моей душе.