The Kills (СИ)

Жаль, что этому так и не суждено сбыться. 
Я вернусь туда, открою дверь и войду в этот чистый лист, который мне нечем раскрасить. Без тебя там будет пусто. Пустая одинокая жизнь. Нелюбимая и нежеланная. Дом, наполненный холостяцким скупым бытом да стерильным воздухом. 
Знаешь, что понял? Мужчине надо, чтобы было о ком заботиться. Все эти мелочи, вроде починки шкафов, совместного приготовления еды или открытой банки с соленьями, на которую у твоих нежных рук не хватает сил. Сидишь такой гордый потом, радуешься как дурак, банку открыл, глупость и мелочь. Дело-то не в банке вовсе, а в том, что ты нужен этой женщине . Четвертый десяток разменял, а некоторые истины только сейчас как откровение. 
Жизнь наполняют люди, не вещи. Можно жить во дворце, чувствуя себя совершенно одиноким, а можно в крошечной квартире маленького городка и быть самым счастливым человеком на земле. 
Я искал покоя и справедливости для своей мечущейся души. А нашел тебя — свой дом, маленький хаос и целую вселенную в одном человеке. Поразительно, как можно сочетать в себе столько всего, что суметь вдохнуть жизнь в того, кто почти мертв. Я существовал, не жил последние годы. Вел прицельную охоту за гадом, который пустил все в моей системе под откос. 
Рядом с тобой мне захотелось остановиться. Нажать паузу и прекратить все боевые действия с самим собой. Полнейшая капитуляция. 
Во мне столько нерастраченной заботы — хватит до конца моих дней. Она копилась, бережно разрастаясь внутри нежным, светлым чувством, спасающим меня от самого себя. 
По кусочку отрывал от своей души и жизни, латая твою жизнь и твою душу. Не жалея и не щадя. Находил в тебе смысл, который отчаянно искал столько лет. Оказалось, мне нужен был не убийца и справедливость, мне нужна была женщина, ради которой не буду опускать руки. Мое утешение и спасение. Та, с которой захочется создать семью. Я перестал ждать взамен твоей готовности к моей картине будущего, позабыл о своих желаниях, лишь мягко подталкивая тебя к лучшей жизни и ее принятию. Потому что заслужила, как никто другой. 
Любовь не просит выгоды. Она безвозмездна. Ты отдаёшь и, затаив дыхание, надеешься на взаимность. Я редко говорил тебе, что люблю, предпочитая словам дело. Всегда считал, что мужчину характеризуют поступки, а не пустое сотрясание воздуха. А теперь бегу от тебя, как последний трус, не нашедший слов. Я хотел оберегать нашу любовь, нашу крошечную вселенную для двоих, не дать на растерзание буре невзгод. Во что бы то ни стало. Но с нашей любовью случилась жизнь. Дорога, по которой мы шли вдвоем, разделилась на две разные (помнишь, как ты сказала про мерчандайзера и полки?). 
Верю, что смог тебе помочь, хотя бы немного. Починить твою жизнь, оставив огромную дыру в своем сердце, которая саднит и не заживает. Теперь как щенок, которого подобрали, накормили, обогрели, дали миску и теплый угол, а потом швырнули на улицу без объяснения причин. И вот, стоишь под ливнем, мокрый насквозь, дрожишь то ли от холода, то ли от обиды. А мимо люди бегут, суетятся, внимания не обращают. Мечешься, в глаза им заглядываешь с молчаливым вопросом: «Как так? За что?». Они отворачиваются, стыдно. Нет-нет, да приласкает кто-то, без настоящей открытости, осторожничая, и вновь оставит в одиночестве. Жизнь вышвырнула меня прочь, на обочину. Дала и забрала. 
К чему я это все, спросишь ты? К тому, что так надо. Сотню раз за день представлял, каким будет наш разговор и понял: не смогу лично проститься и отпустить. Увижу тебя, твой взгляд, полный надежды, почувствую руки на своих плечах, губы, целующие нежно и трепетно, и не устою. Сдамся, подвергну опасности. Ни перед чем в жизни не пасовал. Страха сильного не ощущал. Таким смелым был всегда, что под пули лез самый первый. Ты все изменила, перекроила. Душа теперь наизнанку. Излечиться от этого чувства к тебе не могу. Оно сильнее меня. Вьет веревки из моей выдержки. 
Знаю, мой маленький хаос, будешь обижаться и злиться, но так правильно (или я себя утешаю, скажи?). Счастье двоих, наш эгоизм в обмен на десяток жизней других людей. Ведь твоя жизнь, твое слово в суде имеют колоссальный вес. Птичка, у них ведь тоже есть семьи, близкие, любимые. Они хотят жить, а не стать мертвой бабочкой в коллекции больного ублюдка, приколотой к полотну в рамке на стене ради угоды своей мании. 
 
Ты тоже должна жить! Ходить, не оглядываясь, не бояться шорохов по ночам и странных теней, возможно обратившихся твоей погибелью. Устроиться на новом месте, встретить хорошего парня, завести семью, терапию пройти (и тут даже не возмущайся, так надо). И все у тебя наладится. 
Помнишь, как рисовала мою жизнь? С Диснейлендом и пляжем? Позволь нарисовать и тебе небольшую картинку. 
Мы ещё увидимся, чувствую, верю. На суде, когда приедешь дать показания. Да, поймают его, не сомневаюсь, а значит и встреча наша неизбежна. Ты будешь как всегда мила и слегка суетлива. Бегать глазами по сторонам, искать меня, пока я старательно буду сливаться с толпой, все равно не утаившись в итоге. На тебе будет голубое, лёгкое платье, прямо в цвет глаз. Ты стушуешься завидев меня. Затем решишься, подойдёшь и скажешь короткое: «Привет» которым душу хлестнет жёстким кнутом до самого нутра. «Привет» — отвечу стоя окаменевший, борясь с желанием укутать тебя в своих объятиях. Почти решусь, когда к нам присоединится парниша, названный тобой мужем. Бьюсь об заклад у него будет самое банальное имя, вроде Стив или Джон. Он не поймет почему на нас обоих нет лица, нежно приобнимет тебя за талию и только тогда я пойму, что под просторным платьем намечается небольшой животик. У вас будет ребенок. Значит, у тебя все наладилось, ты живёшь, ты готова к переменам и ты счастлива, а значит, счастлив и я. 
Пусть это будет маленьким руководством к действию. Планом на чистом листе твоей судьбы. Я принес тебе свет, взрастил уверенность, они помогут собраться с духом. 
Сожги это письмо, вместе с мыслями обо мне (уверен, пепел непременно развеешь по ветру с каким-нибудь крепким словцом). Отпусти прошлое, дай новому наполнить кажущуюся безнадежной действительность. 
За меня не беспокойся. Я смогу найти силы в том чувстве, что греет меня пока я сижу в пустом салоне машины (где до сих пор пахнет твоими духами) решаясь пойти в свою старую жизнь. Остальное, на что сил не хватит сложится само. 
Спасибо, что была моим домом, моим светом, моим смыслом. 
Навсегда твой, с необъятной любовью. 
Л. 
***
Не знаю сколько времени прошло. Неделя? Или может быть две? А может всего лишь несколько дней. Я перестала считать дни, слившиеся в один большой, бесконечный поток.
После того, как Люцифер оставил меня опять решив все за двоих сначала я впала в невероятный гнев, после сменившийся дичайшей апатией. Перечитала письмо раза четыре, затем, со всей злостью скомкав кинула его поверх горы вещей, подготовленных к переезду.
Я металась по квартире разъяренная и нервная. Люцифер не отвечал на мои звонки. Он вычеркнул меня из своей жизни, вот так легко и просто. Опять все должно быть по его, а меня никто не спросил. Затем мои отборные ругательства сменил отчаянный плач. Я рыдала забившись в угол, пока слезы не закончились, оставив пустые всхлипы и усталость. Кажется, я заснула прямо там, в углу, на холодном полу. Просто свернулась калачиком, вздрагивая при каждом вдохе и погрузилась в тягучий, давящий сон.
Пробудившись я надеялась, что все произошедшее окажется плодом больного воображения, дурным сном. Сейчас Люцифер войдёт в комнату, обнимет меня, отругает за то, что я лежу на полу рискуя простудиться. Поднимет на руки и бережно положит на диван, нежно целуя напоследок. Ничего этого не было. Все такая же давящая тишина и пустота. Что это за такая необъятная любовь, которая позволяет вот так просто бросить того, кого любишь? Даже если это во благо, на твой скромный взгляд. Ложь. Наши чувства стали казаться ложью, выдумкой. Что если он с самого начала хотел меня бросить в итоге? Всего лишь развлекался приятно скоротая свободное время. Прикрылся благородными мотивами и слинял.