Непристойно богатый вампир (ЛП)

― Нет, ― сказал Себастьян. ― Спаривание ― это миф. Я не знаю никого, кто бы действительно спарился.
― Она не может быть твоей парой, ― тихо сказал Бенедикт. ― Пока нет. Нет, если ты еще не…
― Я знаю. ― Мой голос звучал пусто, как будто исходил не из моего собственного горла, а откуда-то издалека. Была одна загвоздка. Мы все знали сказочные истории о спаривании, и мы все знали, как скрепляется связь.
― Черт, ― простонал Себастьян. ― Надо было взять с собой побольше виски.
― Где она сегодня? ― спросил Бенедикт. Я знал, о чем он думает. Он хотел сам увидеть нас вместе. Он никогда не был большим поклонником Жаклин. Вероятно, он думал, что она вкладывает в мою голову какие-то глупые идеи.
― Salon Du Rouge, ― сказал я, чувствуя зарождающуюся головную боль. Из-за постоянного подавления жажды крови и недавней вспышки кровавой ярости мне нужно было что-то покрепче виски.
― Что? ― Себастьян повернулся ко мне с бутылкой в руке. ― Где она?
Я повторил. Себастьян покачал головой, его лицо исказилось от беспокойства. Это выглядело настолько неуместно, что это могло бы показаться комичным, если бы речь не шла о Тее.
― Джулиан, ты знаешь, что там происходит? ― спросил он.
― Никто не знает, ― огрызнулся Бенедикт. ― В том-то и дело. Это только для женщин.
― Я знаю. ― Себастьян уставился на меня. ― Я слышал это от одной из маминых подруг.
― Ближе к делу, ― сказал я. Что бы ни происходило, это не могло быть хуже, чем осознание того, что Тея ― моя пара и что я никогда не смогу быть с ней. Только если я позволю другому мужчине овладеть ею первым. Зная это, я не мог беспокоиться о какой-то глупой вечеринке.
Оказалось, что я ошибался.
― Джулиан, ― Себастьян произнес мое имя так, словно оно было хрупким. ― Она на первом Обряде.
ГЛАВА СОРОК ПЕРВАЯ
Тея
Это было совсем не то, как я планировала провести вечер. После драматического объявления Сабины нас с фамильярами провели по древней каменной лестнице в подземное помещение. Каменные стены и пол придавали холодному воздуху сырую затхлость. По периметру горели богато украшенные факелы, но их пламя почти не освещало подземную пещеру.
― Мне это не нравится, ― пробормотала Квинн рядом со мной.
Я вздрогнула, пожалев, что Жаклин не подобрала мне накидку под это платье. Может быть, она не знала об этой части. Возможно, я не обратила внимания, когда она рассказывала мне.
Квинн обхватила меня за плечи, и мы прижались друг к другу. Несколько человек вокруг нас последовали нашему примеру. Никто не говорил громче шепота.
― Ты знала, что это первый Обряд? ― Спросила я Квинн.
Она покачала головой.
― Никто не упомянул об этом, и поверь мне, я спрашивала чего ждать сегодня. Наверное, именно это имелось в виду, когда нас предупреждали, что нам нельзя об этом говорить.
― Наверное, потому что они проследят за тем, чтобы мы не могли этого сделать.
― Ты думаешь, они собираются нас принуждать?
Я огляделась. Это место было всего лишь небольшим шагом вперед по сравнению с катакомбами или подземельем. То, что должно было произойти, должно было запомниться. Не может быть, чтобы все фамильяры, посещавшие Salon Du Rouge, хранили этот секрет.
Не успела я сказать об этом Квинн, как по лестнице спустилась Сабина. В руках она несла корзину в форме рога изобилия. Рядом с ней шла пожилая женщина в красном платье, ее руки были связаны темной веревкой. За ними в две шеренги шли красивые женщины в белых одеждах. Каждая из них несла свою небольшую корзину.
Мы все погрузились в молчание, когда Сабина остановилась.
― Сегодня мы отдаем дань уважения Благой богине16, ― произнесла она чистым, сильным голосом, отразившимся от каменных стен. ― Дамия ― мать всех нас. Ты дала нам вечную жизнь.
― Дамия ― мать всех нас, ― вторила ей женщина в красном. ― Благодаря тебе наша магия приносит плоды.
― Что за чертовщина? ― прошептала Квинн.
Это были в точности мои мысли. Мне показалось, что мы попали на церемонию посвящения в какую-то секту. Я заметила, как несколько женщин переглянулись. Мы были не единственными, кто задавался вопросом, во что мы ввязались.
 
― Мы приветствуем твой дух среди нас, ― продолжала Сабина.
― Мы следуем за тобой, ― добавила женщина в красном. Она наклонилась, размотала шнур, связывавший ее запястья, и бросила его на землю. Но это оказался вовсе не шнур. Он зашипел, когда ударился о камень, и от этого звука меня чуть не вывернуло.
― О нет, черт возьми, ― сказала я, когда змея поползла по полу.
Фамильяры расступились, поднимая юбки и в панике оглядываясь по сторонам.
Но бежать было некуда. Вампиры загораживали лестницу, а окон не было.
Сабина заговорила успокаивающим голосом:
― Люди своей ложью сделали змею нашим врагом. Вас учили бояться ее, но она стремится лишь к наслаждению. Все вы здесь знакомы с изысканным удовлетворением плоти. Дамия учит нас принимать это наслаждение. Удовольствие ― это сила. Удовольствие ― это женственность. Удовольствие ― это семя, которое принесет прекрасный плод. Змея ― ее слуга, и она не причинит вам вреда. Она стремится лишь доставить свое подношение.
― Мы идем за ней, чтобы помнить, что мы ― сила в этом мире, ― продолжала женщина в красном.
― Наши кровные линии живы. Наши плоды благоденствуют. Дамия обнимает нас и благословляет. Она освящает наши утробы и готовит их к принятию семени нашего покровителя.
Квинн задыхаясь хихикнула, и я толкнула ее локтем в бок. Я не могла ее винить. Это было немного чересчур.
― И сегодня мы предложим Дамии свою кровь в знак благодарности за ее дары. По капле от каждой из вас, чтобы мы могли и дальше получать ее благословения.
Несмотря на заверения Сабины, женщины продолжали расступаться перед змеей, пока Сабина говорила.
― Страху нет места в наслаждении, ― взывала она. ― Змея ― друг для всех, кто познал ее объятия. Проявите свою храбрость и будьте достойны. Фамильяр не должен бояться клыков. Сегодня она не тронет дочерей Дамии. Вы подготовлены к тому, чтобы занять место рядом с ней.
― Значит, змея ― это вампир? Я правильно понимаю символику? ― спросила Квинн.
Но я едва услышала ее, потому что мое сердце билось так сильно, что кровь пульсировала в венах. Все, что я могла видеть, ― это змею, движущуюся сквозь толпу. Мне было все равно, что она символизирует. Мне было важно, кого она ищет.
― Тея, ― тихо сказала Квинн, ― ты выглядишь испуганной. Ты слышала, что она сказала. Змея не тронет никого из нас.
― Если только…
Не успела я закончить мысль, как женщины, стоявшие за Сабиной, в унисон воскликнули:
― Мы приветствуем твой дух среди нас. Мы следуем за тобой.
Подняв свои корзины, они опустошили их, высыпав на ступени еще больше змей. Сабина улыбнулась, опустив рог изобилия, и из него посыпались змеи. Они разматывались, как черные веревки, перекрещиваясь друг с другом, и расползались по сырому полу.
― Дамия! ― Сабина подняла голову и прокричала: ― Мы приветствуем тебя. Мы предлагаем нашу веру без страха. Благослови нас на первый Обряд.
― Все только что стало намного хуже, ― сказала Квинн, похоже, совершенно потрясенная. Но она не двигалась.
Ни один из фамильяров не шевелился. Это было испытание.
К которому я была не готова.
― Дамия призывает вас. ― Сабина сняла перчатки и передала их женщине, стоявшей позади нее.
Другая передала ей серебряный кубок. ― Вы признаны достойными. Подойдите к…
Вздох толпы прервал ее, и она замолчала, когда все змеи начали двигаться синхронно, образуя плотную линию извивающейся тьмы. Змеи скользили вокруг ног фамильяров, сливаясь в одну черную живую ленту. Несколько женщин выглядели так, что, казалось, вот-вот упадут в обморок, но вскоре стало ясно, что змеи объединяются в группу, словно направляемые какой-то невидимой силой.
― О, черт, ― пробормотала я, глядя, как они подползают все ближе и ближе. Первая змея, та, которую выпустила женщина в красном, достигла моих ног. Мне потребовалась каждая унция самообладания, чтобы не пошевелиться, когда она начала взбираться по моей юбке. Остальные змеи присоединились к ней, заставив Квинн отодвинуться, так как змеи окружили меня кольцом. Мгновение спустя первая змея скользнула по моему животу, мимо грудей, и медленно поднялась к шее. Чешуйки заскребли по моей голой коже, и я почувствовала, как в горле поднимается кислота. Змея обвилась вокруг моей шеи и положила голову на мое горло.