Первое поселение (СИ)
— А мне вот интересно, почему такая разница между правым и левым берегами реки. Почему здесь все… вот так? — и, когда наемник вопросительно уставился на меня, я уточнил: — Здесь много деревень, но нет лесов. А по ту сторону Нируды есть леса и нет деревень.
— Деревни — это люди, — начал издалека Конральд. — А люди уничтожают леса. Их было много разных. Именитых. Жутких. Красивых. Но вырубили все. Вот Аврон, наверно, не в курсе, как это было. Уже не застал. Что-то уничтожили ради кораблей. Другие леса пошли на строительство оборонительных рубежей, башен, крепостей. Третьи вырубили под корень ради стрел. Оставшиеся корчевали ради дров. Даже корни в одну зиму шли на топку. Лишь бы не замерзнуть.
— Но по другую сторону реки никто не сунулся? И там даже сейчас не дикий край, а вполне себе! — воскликнул я, пораженный словами Конральда.
— Так сложилось исторически. Нируда — естественный рубеж.
— А по другую сторону тех земель тоже есть такой рубеж?
— В смысле?
— Ну, там наверно есть другая страна. Или другие города. Но они не могут добраться до левого берега Нируды точно так же, как и эти селяне?
— Никогда не бывал в той стороне и не могу сказать тебе, что там находится.
— Вот Аврон же туда собирался! — вспомнил я о своем друге, который вообще потерялся в наших беседах и, казалось, не планирует принимать в них участие.
— Куда? — парень повернулся. На вид он и правда был потерян. Точно он шел, куда вели его ноги. Или мы насильно тащили его с собой куда-то, где Аврона точно никто не ждет.
— Ты ехал на своем фургоне в какие-то земли.
— Земли по ту сторону Нируды… — хмыкнул наемник. — Скольких людей я повидал, но никто не сказал мне, что там есть волшебная страна. Да, страна есть, но не менее дикая, чем наша нынешняя. Точнее, ее остатки. И не думаю, что туда стоит перебираться. Тем более, одному. А почему ты раньше молчал?
— Я и думать про это забыл, — ответил я. — Даже не считал, что это важно!
— Так что за страна? — Конральд вдруг проявил напор, хорошо скрытый нарочитой вежливостью. — Слушай, правда. Мне интересно узнать. Мы тут все о своем болтаем, а ты будто бы и не с нами. Так нехорошо. Мне неудобно. Давай, Аврон.
И, если бы не частота предложений, я бы подумал, что наемник и правда хочет узнать получше Аврона и его желания отправиться по ту сторону Нируды. Но что-то было отдаленно фальшивое в его речи. Я распознал это, вероятно, благодаря собственному навыку красноречия, но Аврон этого не заметил вообще.
— Да так. Страна. Сказали, что есть какие-то деревни, где жирная почва, где коровы дают молоко каждый день, а куры несутся так, что яйца раздают задаром.
— Ага, — скептически ответил Конральд. — Слышал я подобные истории, но у всех разное направление. Что где-то там, далеко, за теми горами или лесами, быть может, широкими реками — есть страна. И находится она то в горах, то в лесах. Живут там то великаны, то карлики, реки молочные, берега кисельные…
Тут мне что-то кольнуло. Когда-то я подобное уже слышал. Когда-то давно. Вероятно, это даже было правдой. Или просто мой мозг уже подстраивается и пытается самостоятельно превратить любую информацию, которая поступает извне, в воспоминания.
Но в целом то, что хотел сказать Конральд, было предельно понятно. Легенды о стране, великой или не очень, но труднодоступной, ходили по остаткам некогда большого государства.
Людям не хватало ни стабильности, ни денег, ни возможностей. Хотелось безопасной жизни. И потому появлялись легенды. Но историю Аврона от легенды отличало то, что была дорога. И мост. А граница цивилизации кончалась гораздо севернее. Что не могло не натолкнуть на неудобные вопросы. И все же почему-то покраснел сам Аврон.
— Парень, в таких историях нет ничего постыдного. И не только простых селян эти истории обманывали. Куда более образованные люди верили в это. Шли неизвестно куда и пропадали. Нередко находили, правда, их останки. Но не твоя это история.
— А ты еще с целым фургоном своих вещей отправился, — усмехнулся я. — Прости, друг, не хотел я тебя обидеть. Не над этим я посмеялся.
— Да ладно, — быстро улыбнулся Аврон. — Я на тебя не в обиде. Но неужели тебя не обманывали такими вот историями?
— Да уж, да уж, — я решил поскорее закончить неприятный разговор. — Наверняка и меня бы это сбило с толку.
— Вот видишь, — и он отвернулся от нас, чтобы продолжить путь.
Конральд сделал движение глазами, показав мне на Аврона. Мол, что-то с этим парнем не так. Я пожал плечами, прикинув, что скорее тот — обычный селянин со своей мечтой. Что от него еще ожидать? Хорошо еще, что он последовал за моей мечтой, чтобы добиться своего.
— Может, пора сделать привал? — вдруг сказал он. — Смотрите, вон там я вижу неплохое место! — и, встав на небольшом возвышении, он указал рукой на очередную рощицу, ничем не примечательную на фоне остальных.
Несколько берез, ив и еще каких-то деревьев неровно сгрудились посреди поля. Почему Аврон посчитал это место отличным укрытием — я не понял.
Но Конральд согласился — роща смотрелась пустынной и тихой. С учетом того, что мы довольно далеко отошли от деревни, нам нужно было найти место для ночлега как можно быстрее.
Темнело, а вот остаться без укрытия даже втроем, да еще и ночью не хотелось никому. Ни мне, ни Конральду, ни Аврону.
Но когда мы приблизились к деревьям, я понял, что здесь едва ли найдется даже достаточное количество хвороста для того, чтобы разжечь нормальный костер. Место вроде бы и сухое, но при этом веток почти не было, а попытки разжечь из крохотных сухих прошлогодних веточек явно ни к чему не приведут.
Так и будет мерзнуть странная троица: селянин, наемник. И я.
— И чего мы тут делать будем? — спросил я, шагнув вглубь рощицы. И тут же провалился. Сперва в листья, по колено, а потом еще глубже, не успев позвать на помощь. Только и почувствовал, как ударился головой о толстую ветку.
Глава 18
Карты в руки
— О-ох… — простонал я, поглаживая пальцами лоб. Потом понял, что я просто растираю грязь. Лучше бы мне действовать иначе, но лоб уже грязный. И мокрый.
Проведя пальцами мимо носа, я втянул в себя аромат сырой листвы и металлический запах крови. Шел он пальцев. Похоже, что я рассек лоб при падении. Это меньшая из проблем. Я даже не понимал, на какой глубине я нахожусь.
Но все же решил проверить, все ли конечности у меня в порядке. Принялся сгибать пальцы на руках и ногах, пока не понял, что безболезненно шевелю всеми. И, скорее всего, в самих конечностях у меня переломов нет.
Шумно выдохнул, оттолкнув от себя листья и грязь. А потом решил перевернуться набок и подняться. Получилось не очень.
Все же отчасти я умудрился повредить себе бок. Левый. Судя по тому, что футболка была вся сухой, только лишь сильно ударил, ничего не проткнув.
— Эй! — крикнул я. Звук получился не слишком громкий. И звучал он так, словно из спущенного мяча пытались выжать еще немного воздуха. Не тот эффект, который я хотел получить, призывая помощь. — Эй!
Вторая попытка получилась не лучше первой. Я сипел, а надо было кричать. Что получится, если меня никто не услышит? Тут не поможет ни красноречие, ни сила. Просто никто не придет и не вытащит.
А вот спутники мои… хорошо, если они просто ушли за подмогой. Но если на них напали, и теперь они оба мертвы? Тогда лежать здесь долго нельзя.
Или лучше дождаться, когда точно все уйдут… но это подло. Или глупо. А не глупо сразу лезть наверх, чтобы получить в бубен?
Со стоном, который прозвучал не громче, чем мой призыв о помощи, я перевернулся лицом вверх. Бок болел не очень сильно.
А вот судя по тому, что еще не до конца стемнело, я сознание если и терял, то на очень короткий промежуток времени. Максимум на полчаса, не больше. Но и за это время многое могло случиться.
Я переместил руку на живот. Все-таки, пострадал я сильно. Мокрая футболка. Насквозь. Хоть выжимай. Еще и живот под ней тоже побаливает. Как бы не…