Мистер Фермер. В объятиях тьмы! (СИ)

— Всё… я готова, можете продолжать. — Робкий, слегка нерешительный тон Зуриэль вызывает приступ стыда. Я впервые слышал, чтобы она говорила столь тонким, странным голоском.
— Ага, я быстро… — Ударив себя по щекам, беру ещё одну веревочку. Просто сделай, что должен и закончим на этом Матвей! Словно накинутое на грудь лассо, веревочка повисает на сосках, я фиксирую данные и собираюсь убрать руку, как её тут же, в своей мертвой, цепкой хватке, ладонями сжимает ангел.
— Можете не торопиться, сделать всё как надо, я подожду. — Красная как бурак, забыв о необходимости во время разговора открывать рот, с лицом непорочного, чистого и невинного ангела божьего, хлопая своими голубыми, наивными глазками, произносит на своей божественной волне Зуриэль. Бля-я-я-я, ну не могу я, не хочу развращать ещё и её!
* * *
У подножья холма, на возвышенности, стоял молодой дроу по имени Тэо. Взгляд его фиолетовых глаз не отрывался от руин старого, некогда большого и живого поселения. Сто лет назад он бывал здесь с торговой миссией. Повсюду кипела жизнь, дымились печи кузнь, рабы таскали камни, добывали сталь, а хищники с рыкунами, как и положено сильным, преуспевшим в своих начинаниях видам, жили счастливой, полной пороков и достатков жизнью. Тогда, Тэо думал что и им, дроу, так же нужно относиться к соседям, сражаться, завоёвывать, править… Хорошие были времена, как для местных, чьи обглоданные кости покоятся под руинами уничтоженного поселения, так и для дроу, дом большинства из которых превратился в один бесконечный могильник.
Взбираясь по камням, пригоркам, хромая на ногу, на встречу Тэо бежал, явно непривыкший к подобной местности взрослый пустынный лис.
— Капитан, поселение заброшено, причём давно. Никаких следов местных, ни костров, ни испражнений, лишь трупы под завалами да оставленные рыкунами пещеры. Так же мы нашли тропу и метки, оставленные командующим Эглером. Наверняка он близко, и скоро мы настигнем его — Отчитался лис.
Должность капитана смущала Тэо. Она досталась ему незаслуженно, лишь потому, что Королева мать увидела в нём нечто, чего не видела в других. Он приглянулся ей, привлёк внимание её прекрасных глаз. Его госпожа требовала от парня всегда находиться по близости. Словно ожидая от молодого воина каких-то подвигов, как никого и никогда ранее звала его каждый вечер, а после, ища что-то у него за спиной, опрашивала и вновь отправляла на задание. Что искала Древняя, чего она ждала, почему именно он стал камнем преткновения между королевой и считавшимся её фаворитом Эглером? Каждая женщина, каждый мужчина дроу, знавший о происходящем, задавались этим вопросом так же, как и молодой, внезапно обрёвший статус и власть капитан.
— Прикажете отправить группу вслед за командиром? — Задумчивый вид Тэо вызвал озабоченность на лице лиса.
— Нет. Гнаться за Эглером, что с ветром в догонялки играть. Он лучший среди дроу и всегда будет на шаг впереди нас. Пусть ищет, выполняет приказ Королевы, а мы выполним свой. По тропе, что вы обнаружили, караван пройти сможет? — Вытащив из кармана золотую Дарийскую монету (монету отчеканенную дроу), спросил Тэо.
— Нет. Там едва ли простой смертный пройдёт, не говоря уже о верблюдах, ослах, лошадях и толпах рабов, что мы ведём за собой. Узкая тропа, отвесные склоны, размытые дождями горы и завала… путь очень сложен и опасен. — Предупредил лис.
Тэо улыбнулся, вспомнив свой последний бой против нечисти в обличье бывших товарищей, он тяжело вздохнул. «Лучше бы я трижды разбился о скалы, чем стал одним из них, тёмных слуг нечистого, пришедших убивать вчерашних братьев и сестёр» — рассуждал дроу.
Покойники, они шли за ними, медленно и верно, словно чума расползались по всей пустыне, заражая скверной всё на своём пути. Эти горы, их опасные тропы и ущелья выбраны Королевой не случайно. Вершины склонов в сотни раз выше любой из когда-либо построенных стен. Узкие ущелья идеально подходят для лишения трупов одного из немногих преимуществ, а именно — численного. Так же, в случае прорыва и гибели одного из оборонительных постов, всегда можно устроить завал и быстро возвести новую полосу укреплений. Королева, она лучше других знала, где искать спасение, но, помимо его, было и ещё что-то. Тэо боялся рассуждать о скрытых замыслах своей госпожи, боялся, но, как и любой другой молодой дроу, не мог сдержать своего любопытства.
 
— Лис, говорят, ваш народ был первым из тех, кто показал Королеве пустыню и привёл её на место, что позднее было названо Городом-оазисам Абу-Хайра. Может ты помнишь чего необычного, может родственники рассказывали какие-то странные детали, подробности её прибытия?
— А? Ха-ха, там всё необычно. Это ведь сказки переплетенные с реальным прошлым… — Глядя, как со стороны виднеющейся на горизонте пустыни, в их сторону длинной вереницей бредут спасающиеся жители всех видов и рас пустыни, отозвался лис. — Помнить и знать наверняка, как оно тогда было на самом деле, могут разве что эти горы, да сама Королева.
— Понимаю. Как думаешь, Хранители рощи ещё точат на нас зуб? — Вопрос Тэо ещё сильнее насмешил лиса, и тот, поспешив извиниться за порыв эмоций, обратился к старому знакомому с встречным вопросом.
— Вас ведь тогда ещё, как и меня, в помине не было, но вы ведь это помните, знаете, а значит и враг ваш может всё помнить и знать? — Задал риторический вопрос лис.
Где-то средь холмов, над поселением, раздался истошный крик, едва воины успели поднять свои головы, как с возвышенности, всего в десяти метрах от их ног, на скалы рухнул один из воинов разведчиков пустынных лисиц. Меч его находился в ножнах, в груди торчала стрела.
— Эй там… темнокожая баба в блестящей броне и с длинными волосами! — Тэо завертел головой, средь гуляющего эхо молодой воин не сразу смог найти говорившую. Усилив глаза магией, на дистанции в триста метров, сверху над ними стояла огромная, воинственная женщина из вида Волколаков. Пасть её звериная, забрызганная кровью, ехидно скалилась, за спиной виднелся колчан стрел. В левой руке незнакомка держала лук, в правой —, оторванную голову другого лиса. — Рабы, вас слишком много, столько еды нам сейчас не нужно, приходите позже!
Волколак несла какой-то бред, смеялась с них. Пустынный лис скалится в ответ, достаёт из-за плеча свой лук. Тэо, видя отрубленную голову и разбившегося воина пренадлежавшего его отряду, так же поддался эмоциями, положил руку на свой меч.
— Кто ты и зачем напала на нас? Раньше мы были союзниками, торговали с рыкунами и… — Едва воин заикнулся о рыкунах, в него тут же полетела оторванная голова.
— Заткнись, страшила, баба с мужским голосом! — Оторванная голова приземляется у ног дроу и разлетается на кусочки, словно спелый, рухнувший с высоты арбуз. — Все знают, хищники и рыкуны враги, и те, кто помогает рыкунам, тоже наши враги. Отныне, мы — свободные племена, правим этой грядой, боги доверили нам право охотиться, мы кровью заплатили за него и никому не позволим шляться по нашим землям без дозволения!
— Высокомерная шлюха… — Лис выхватывает из колчана стрелу, стреляет в женщину, но снаряд его, пролетев всего чуть больше половины расстояния, зависает, и падает на землю. Женщина Волколак смеётся, и смех её распространяется на других, окружавших возвышенность хищников.